Новости
13

янв

Кошка Матроска из Владивостока не будет символом Владивостока

Многие наверняка помнят историю произошедшую за несколько дней до

подробнее

22

дек

Промысловая обстановка хорошая заявил Андрей Горничных в режиме видеоконференции

Начальник Управления организации рыболовства Федерального агентства

подробнее

22

сен

Жители села Амга Примоского края до сих не получили никакой помощи после стихии

Как сообщает сайт «Новости Владивостока», север Приморского края, в

подробнее

17

сен

Дальневосточная рыба абсолютно безопасна, заявляют ученые

Зараженные воды, которые могли принести морские течения от «Фукусимы»

подробнее

17

сен

"Пиранья" поможет рыбоохране Бурятии

В ходе нового сезона охоты за браконьерами в Бурятии изъяты и

подробнее

Шон блэк дар дьявола


Шон Блэк - Дар Дьявола

Sean Black: The Devil’s Bounty

Copyright © Sean Black 2012. First published in Great Britain in 2012 by Bantam Press an imprint of Transworld Publishers.

© Перевод на русский язык, Терехина Ж.А., 2013

© Издание на русском языке, оформление ООО «Издательство «Э», 2017

Санта-Барбара, Калифорния

Вечер пятницы. Восемь часов. Бары и клубы Стейт-стрит уже наполняются посетителями. Три студента, шатаясь, выползли из ирландского паба «Джеймс Джойс» и устроили на тротуаре веселую кучу-малу. Один из них стиснул приятелей в «стальном зажиме». Перед входом в ночной клуб «Велвет Джонс» вышибала потребовал документы у студента и студентки, рассмотрел их с преувеличенной тщательностью, потом отцепил красный канат и пропустил юнцов, даром что удостоверения личности наверняка были поддельными. Под его пристальным взглядом парочка шмыгнула в клуб.

Сцены безобидного студенческого кутежа разыгрывались на всем протяжении главной клубной улицы города. Сколько помнят старожилы богатого калифорнийского побережья, такое бывает каждый год.

Чарли Мендес наблюдал за происходящим, застыв на пересечении Стейт-стрит и Уэст-Харли-стрит. Из закатанного рукава футболки он вытащил сигарету «Мальборо», из бокового кармана джинсов – зажигалку «Картье» и закурил. Чарли сделал пару глубоких затяжек и принялся разглядывать улицу. Мимо пронеслась стайка девчонок, и одна длинноногая брюнетка улыбнулась ему. В ответ Мендес подарил ей фирменный оскал калифорнийского серфера и провел рукой по своим густым светлым кудрям. Брюнетка захихикала, хотела что-то сказать, но подруга схватила ее за локоть и потащила за собой.

Чарли вытащил маленький цифровик, который всюду носил с собой именно ради таких ситуаций, и крикнул:

– Эй, красотка, улыбочку!

Сальная реплика и предложение сфоткаться для большинства ровесников этого человека были чреваты поднятием среднего пальца и презрительным взглядом, только Чарли к большинству не относился. Лет в двадцать он небезуспешно работал моделью в Нью-Йорке. Вопреки нездоровому образу жизни красота его не исчезла, а лишь немного поблекла. Загорелое лицо Мендеса источало зрелую мужественность, а его зубам и волосам не грех было и позавидовать.

Брюнетка покраснела, что-то шепнула подружке и упорхнула.

Мужчина просмотрел отснятые кадры. Девчонка явно испугалась вспышки и закрыла глаза. М-м-м, как многообещающе – Мендес аж содрогнулся от предвкушения.

Чарли жил ради таких вечеров. В своем родном городе он любил многое, но с возможностями, которые Санта-Барбара дает человеку вроде него, не сравнится ничто. Каждый год отсюда уезжают выпускники, и на их место приезжают восьмиклассники. Обновление идет непрерывно, постоянен лишь он, Чарли Мендес. Он смотрит. Ждет. Выбирает момент. Не упускает шанса пополнить свою коллекцию.

Чарли посмотрел на часы – совершенно не серферские «Ролекс Ойстер Сумбаринер» за пять тысяч долларов. Еще рано. Сейчас он пойдет домой и подготовится, а позднее, часов в одиннадцать, вернется проверить, что сулит ему вечер. Завтра студенты начнут разъезжаться, и Санта-Барбара за пару дней превратится из университетского города в туристический. Один за другим появятся жители Лос-Анджелеса и Сан-Франциско, имеющие здесь дачи. Хотя они Мендесу ни к чему – только заполонят пляж, у которого он по утрам занимается серфингом, и вообще подпортят ему жизнь.

Одним словом, эту ночь надо использовать по полной. Надо сделать ее яркой и незабываемой, чтобы хватило на долгие месяцы одинокого лета, пока к осеннему семестру не подтянется молодняк.

Чарли подошел к своей машине – «Астон Мартину», красному кабриолету с низкой посадкой, прыгнул на водительское сиденье и завел мотор. Он поехал по побережью на север, чтобы подготовить почву для предстоящего действа.

Шестнадцать месяцев спустя

Лос-Анджелес, Калифорния

С бешено колотящимся сердцем Мелисса Уорнер проталкивалась к сцене. Прямо над ней милый темнокожий паренек в мешковатых джинсах и майке с символикой «Лос-Анджелес Лейкерс» пел в стиле рэп о шлюшках и потаскушках, чуть поодаль крутились два диджея в таком же наряде, а справа и слева от рэпера извивались, явно кайфуя от каждого слова, десяток танцовщиц в нарядах в стиле БДСМ.

Шлюшки, шлюшки, Потаскушки, Всем вам подавай одно.

Два ярких прожектора зигзагами скользили по толпе, набившейся в зал. Басы пульсировали так, что Мелиссе казалось, будто бы пол содрогается в такт с ними. Одной рукой рэпер схватился за мошонку, другой стиснул пачку долларов и помахал купюрами. Его публика, в основном белые подростки из пригорода, вопила, восторгаясь песней. Кем это «произведение искусства» делало их сестер и матерей? Проститутками. Кусками мяса. Убогими тварями, умеющими лишь одно. «Не отвлекайся! – велела себе Уорнер. – Вспомни, для чего ты здесь. Чтобы найти его».

Разве легко его искать? Ничего подобного! Но Мелисса упрямо шла по следу, хотя все вокруг говорили, что самое разумное – забыть. Еще немного, и ей воздастся за упорство. Он рядом. Он… Человек, который поможет ей восстановить справедливость и, вероятно, начать новую жизнь.

Она заглянула за перегородку на дюжих секьюрити в футболках. Человека, которого она искала, среди них не оказалось. Словно пловец, мисс Уорнер работала руками, ныряла под занесенные локти, чтобы отодвинуться от сцены и завоевать себе немного свободного пространства. От давки ее замутило, и у нее закружилась голова. Мелисса жадно глотала воздух, вот только горячей влаги в нем было куда больше, чем кислорода. «Сейчас отключусь», – запаниковала было она, но в тот же момент очутилась в свободном закутке.

У барьера скучал секьюрити в футболке с промотура «Тройного К», что в переводе на общечеловеческий означало «Команда Комптонского Клоуна», с удостоверением на черном шелковом шнурке. Деревянная аппарель за его спиной вела за кулисы. Мелисса вытащила сотовый, разыскала единственный, с трудом добытый снимок того человека и показала его секьюрити. Тот лишь пожал плечами:

– Не знаю этого типа.

– Но вы должны знать, – настаивала Уорнер. – Он здесь начальник охраны.

– Не-а, не он.

– Я имела в виду охрану группы.

– О группе знать ничего не знаю.

Мелисса встала на цыпочки, чтобы заглянуть за кулисы, но охранник тотчас загородил ей обзор. Подмышки у него быстро темнели от пота. Девушка уловила терпкий запах мужского тела, и ее снова замутило.

– Хочешь за кулисы заглянуть? Могу устроить. Рэперов увидишь. – Секьюрити кивнул на сцену. – Не просто так, конечно, – добавил он, не сводя глаз с груди собеседницы.

libking.ru

Дар Дьявола

Серийный маньяк сумел избежать правосудия и уехал за границу, где прекрасно устроился и живет без забот. Всех, кто пытается наказать его за злодеяния ждёт смерть. Одна из жертв насильника наняла себе охранника Райана, но все равно смерть её не миновала. Телохранитель решил восстановить справедливость, исполнить последнюю волю девушки и отомстить за свою возлюбленную. В компании друга Райан направляется в Мексику. Здесь насилие процветает на каждом шагу, люди со страхом выходят на улицу, а правоохранительные органы покрывают уличные банды. Но даже в такой стране живут люди, которым не все равно. Везде есть свои герои, в том числе и женщины – они способны отстоять справедливость.

Читать книгу Дар Дьявола онлайн бесплатно и без регистрации в электронной библиотеке Reading-Books, Loveread, Litmir.

Читать онлайн
Page 2
замирали у самых губ. Глаза вылезали из орбит. Люди невольно отшатывались, освобождая проход, а кровь все текла. На полу появилась алая дорожка.

Среди всеобщего замешательства среагировал лишь Райан. Он снял пиджак и повернулся к высоченному афроамериканцу Таю Джонсону, своему напарнику и лучшему другу:

– Отведи ребят в номер.

На том концерте пару раз дошло до потасовки – возможно, группировки разбирались друг с другом, – и телохранитель не желал рисковать. Бывший морпех Тай быстро повел музыкантов и администраторов группы к лифтам. Их побег оборвал тишину – вокруг зароптали, забеспокоились. Райан бросился к раненой девушке и настиг ее за четыре широких шага.

Незнакомка сгорбилась и мелко дрожала. Когда Лок потянулся к ней, она содрогнулась особенно сильно. Несчастная морщилась от боли, когда он осторожно подвел ее к ближайшему диванчику и постарался успокоить.

На блузке у девушки Райан заметил отверстие с обугленными краями, из которого текла кровь. Пулевое ранение, других вариантов нет. Один внимательный взгляд, и охранник, смяв пиджак, приложил его к ране. Девушка вскрикнула от боли, но он успокоил ее.

В их сторону, недовольно поджав губы, двинулся администратор отеля. Кровь испачкала сверкавший чистотой пол, а теперь и дизайнерский диванчик. Администратор посмотрел на Райана и кивнул сперва на девушку, потом на дверь: давай, мол, уведи ее. Лок спокойно встретил его взгляд. Большего не требовалось. Голубые глаза телохранителя вспыхнули от гнева – как всегда, когда при нем плевали на чужую жизнь. Жуткое вышло зрелище.

Служащий отеля густо покраснел.

– Вызовите неотложку! – велел ему Лок. – Объясните, что у нас девушка с пулевым ранением. Она потеряла много крови.

Администратор убежал, а Райан оглядел фойе. Фанатов почти не осталось. К стене жалась стайка нарядных девчонок – на вид им было чуть за двадцать.

– Девушки, нет у кого тампона или прокладки? – громко спросил охранник. Девицы взирали на него в немом ужасе. – Мать вашу, в сумочки загляните! – заорал он.

Стройная блондинка в черном платье для коктейлей вытащила пачку тампонов:

– Такие подойдут?

– Отлично, тащи сюда.

Блондинка проковыляла к нему на высоких каблуках. Тампон, по-прежнему в обертке, она держала в вытянутой руке, зажав большим и указательным пальцами.

– Сними упаковку! – гаркнул Лок. – И найди антисептик.

– У меня есть, – пискнула девушка с азиатской внешностью.

– Чудесно, давай сюда, – скомандовал мужчина и снова повернулся к раненой. – Так, сейчас я уберу пиджак, сниму тебе блузку и заткну рану. Постараюсь аккуратнее, но больно будет.

Взгляд девушки скользил по его лицу, как палец туриста по карте местности. Зрачки чуть расширились – в глаза словно вернулась жизнь. Вблизи девушка показалась моложе, чем Лок сперва подумал. Ей было лет девятнадцать, максимум двадцать. Бледная желтоватая кожа, тонкие черты лица, ярко-зеленые глаза и темно-русые, с каштановым отливом волосы. Она кивнула, и Райан перевел взгляд на блондинку, которая подала ему тампон:

– Как тебя зовут?

– Эшли.

– Эшли, крепко держи пиджак, чтобы с места не сдвинулся.

– Да… Но кровь… Вдруг у нее… ну… инфекция? – задрожала девушка.

Лок смерил ее таким же взглядом, как администратора:

– Если не остановим кровь, она умрет от кровопотери прямо на наших глазах. Так что, пожалуйста, делай, что говорят.

Блондинка кивнула. Райан подставил ладони, и азиатка прыснула на них четыре порции антисептика.

– Эшли, убери пиджак и давай сюда тампон, – скомандовал Лок, растирая антисептик.

Его помощница послушалась, и он аккуратно отодрал хлопковую блузку от края раны. Это была страшная дыра диаметром в полдюйма, но Райан видел и пострашнее. Очевидно, пуля осталась внутри. Хорошо, что рана не сквозная, не то пришлось бы зажимать в двух местах. Лок вытянул голубой шнур тампона и прижал его к ране. Тампон тут же начал впитывать кровь и расширяться, заполняя дыру в животе девушки. Кровь все еще медленно текла из раны, но секундами раньше она лилась ручьем. Райан глянул на администратора – тот сидел с телефонной трубкой у уха.

– Уже едут, – сказал он охраннику.

– Когда будут? – уточнил тот, и служащий снова взялся за телефон.

Райан сложил известные ему факты. Где стреляли в девушку и когда? Жизнь и смерть будут разделять не минуты, а секунды.

– Мистер Лок! – вдруг позвала его раненая, глотая слезы.

Этой девушке известно его имя. Они уже встречались? Райан порылся в памяти. Нет, вряд ли, хотя какие-то ассоциации она и правда у него вызывала. Это она была на концерте? Стояла у служебного входа? Чего он только ни видел за последний месяц! На какие только ухищрения не шли девчонки ради внимания «Тройного К»! Не говоря уже о недавней разборке группировок…

– Ты меня искала? – спросил телохранитель.

Подбородок девушки опустился на грудь.

– Они… хотели… помешать мне, – пролепетала она еле слышно.

– Кто? Кто хотел тебе помешать?

– Он их подослал. Вынуждает меня бросить поиски, но я не брошу.

У Лока аж волосы на затылке зашевелились. Он посмотрел на медленно рассеивающуюся толпу. Фанаты украдкой оглядывались. У кого-то в глазах читалось любопытство, у кого-то – отвращение. Из общей массы никто не выделялся. Явной угрозы никто не представлял.

– Кто? Кто этого хочет? – опасливо допытывался Райан.

В ответ девушка зашевелила губами, но имя так и не произнесла.

– Он тебя преследует?

Девушка покачала головой, и в ее взгляд вернулась отрешенность.

– Поймайте его! – прошептала она.

Терпение Лока таяло.

– Не знаю ни кто ты, ни в чем здесь дело, но я не коп и людей не ловлю. Я их охраняю.

– Потому для этого нужны именно вы.

– Для чего «для этого»?

– Для того, чтобы вернуть его.

Девушка говорила загадками. Из каждого ее ответа выплывали новые вопросы.

– Кого вернуть? – спросил охранник растерянно.

– Джо пробовал, но его убили.

– Джо? Так зовут человека, которого я должен поймать?

– Это несправедливо! Он должен сидеть в тюрьме за свои поступки!

– Да о ком ты?

Девушка буравила Лока взглядом, но вот ее глаза вспыхнули, как вспыхивают свечи, прежде чем их затушит сквозняк:

– Вы – мой последний шанс. Если не поймаете его и не вернете, они меня убьют.

Лок старательно зажимал ей рану, но свеча гасла. У девушки закрывались глаза. Если позволить ей отключиться, живой она до больницы не доедет. Нужно тормошить ее, нужно с ней разговаривать.

– Слушай, начнем-ка сначала. Как тебя зовут? – поинтересовался он.

Глаза раненой сфокусировались. Хороший знак.

– Мелисса, – ответила она.

Ура, маленькая победа!

– Ну, Мелисса, я поеду с тобой в больницу, и по пути ты все мне расскажешь. Сейчас начнем с начала, ладно?

– Ладно.

Райан повернулся к администратору:

– ОВП[1]?

Тот ответил непонимающим взглядом.

– Когда «Скорая» приедет? – пояснил охранник.

– Сказали, минут через десять.

Лок снова занялся арифметикой. Неотложка едет из городской больницы, значит, понадобится еще минут десять. Двадцать минут раненая не протянет.

Райан поднял девушку на руки и побежал к двери, отчаянно стараясь не поскользнуться на окровавленном полу.

3

С бесконечной осторожностью Лок усадил Мелиссу на переднее пассажирское сиденье. Стоило ей шевельнуться, и она стонала. Но Райан отрешился от этого жалобного звука. Чтобы раненая выжила, нужно думать, как доставить ее в больницу, а все прочее отсечь.

Один козырь у него был. Охранник заранее подготовился к концерту «Тройного К», поэтому знал, где находится ближайший пункт «Скорой помощи» – в Медицинском центре Калифорнийского университета – и как быстрее всего добраться туда из отеля. Он завел машину – черная «Ауди А6» – и погнал по бульвару Уилшир. Впереди едва полз «Лексус». Райан подрезал его и, прорвавшись в левый ряд, еще сильнее надавил на педаль газа.

На перекрестке Уилшира и Беверли-Глен загорелся зеленый свет. Лок пролетел через него, не сбавляя скорости, но впереди, за перекрестком, обе полосы стояли намертво. Выручила поворотная полоса – телохранитель объехал пробку, а когда на очередном светофоре загорелся зеленый, подрезал стоящие впереди машины.

Пара водителей засигналила, но Лок, не обращая внимания, ехал дальше. Дальше на дороге было свободно. Райан чуть притормозил, чтобы свернуть на бульвар Уэствуд.

Девушка шевельнулась и застонала.

– Мелисса, не засыпай, ладно? – попросил ее водитель.

– Очень больно.

Лок переключил передачу и протянул пассажирке руку:

– Ты держишься молодцом.

– Сезар Мендес, – проговорила Мелисса, сжав его ладонь.

Имя всплыло откуда ни возьмись. Раненая побледнела как полотно – даже губы у нее стали бесцветными, а это плохой признак.

– Кто-кто? – переспросил Райан.

– Сезар Мендес. Все зовут его Чарли, – отозвалась девушка. – Этого человека я прошу вас найти. Разыщите его, верните обратно.

Лок отвлекся буквально на секунду, но этого хватило, чтобы колесо «Ауди» угодило в выбоину. Мелисса вскрикнула и вцепилась ногтями ему в руку.

– Если надо, царапай, не стесняйся, – проговорил охранник, не обращая внимания на боль. Раненая раздирала ему кожу. – Чарли? Это он в тебя стрелял?

Ответа не последовало. Райана радовало, что девушка сжимает ему руку. Через полквартала с правой стороны уже просматривался главный вход в больницу.

Лок рискнул еще раз взглянуть на Мелиссу. Опущенные веки пассажирки трепетали. Шофер нажал на кнопку, чтобы приоткрыть окно с ее стороны и проветрить салон.

– Мелисса, слышишь меня? – позвал он. – Ты только не спи, ладно? Мы почти на месте.

Райан погнал к больнице, то и дело поглядывая на девушку. Та отчаянно старалась не потерять сознание.

Скрипя тормозами, «Ауди» остановилась у главного входа, где стоянка запрещалась. Секьюрити вырос словно из-под земли и заорал, требуя переставить машину. Лок его проигнорировал: он выбрался из салона и скорее бросился к пассажирской двери. Он отстегнул ремень безопасности и, чертыхаясь, вытащил девушку.

С Мелиссой на руках он побежал в приемную неотложной помощи. Она закрыла глаза и перестала дышать.

4

Пока Мелиссу осматривал врач, в неотложку заглянули два детектива убойного отела Управления полиции Лос-Анджелеса, чтобы взять у Лока неофициальные свидетельские показания. Когда Райан попросил предоставить девушке охрану, ему отказали, как он, впрочем, и ожидал. Потом детективы уехали, а Лок остался мерить коридор шагами.

Он связался с Таем и попросил проверить крупицы имеющейся информации. В отеле пока было спокойно.

Прошло три

Page 3

Пролог

Санта-Барбара, Калифорния

Вечер пятницы. Восемь часов. Бары и клубы Стейт-стрит уже наполняются посетителями. Три студента, шатаясь, выползли из ирландского паба «Джеймс Джойс» и устроили на тротуаре веселую кучу-малу. Один из них стиснул приятелей в «стальном зажиме». Перед входом в ночной клуб «Велвет Джонс» вышибала потребовал документы у студента и студентки, рассмотрел их с преувеличенной тщательностью, потом отцепил красный канат и пропустил юнцов, даром что удостоверения личности наверняка были поддельными. Под его пристальным взглядом парочка шмыгнула в клуб.

Сцены безобидного студенческого кутежа разыгрывались на всем протяжении главной клубной улицы города. Сколько помнят старожилы богатого калифорнийского побережья, такое бывает каждый год.

Чарли Мендес наблюдал за происходящим, застыв на пересечении Стейт-стрит и Уэст-Харли-стрит. Из закатанного рукава футболки он вытащил сигарету «Мальборо», из бокового кармана джинсов – зажигалку «Картье» и закурил. Чарли сделал пару глубоких затяжек и принялся разглядывать улицу. Мимо пронеслась стайка девчонок, и одна длинноногая брюнетка улыбнулась ему. В ответ Мендес подарил ей фирменный оскал калифорнийского серфера и провел рукой по своим густым светлым кудрям. Брюнетка захихикала, хотела что-то сказать, но подруга схватила ее за локоть и потащила за собой.

Чарли вытащил маленький цифровик, который всюду носил с собой именно ради таких ситуаций, и крикнул:

– Эй, красотка, улыбочку!

Сальная реплика и предложение сфоткаться для большинства ровесников этого человека были чреваты поднятием среднего пальца и презрительным взглядом, только Чарли к большинству не относился. Лет в двадцать он небезуспешно работал моделью в Нью-Йорке. Вопреки нездоровому образу жизни красота его не исчезла, а лишь немного поблекла. Загорелое лицо Мендеса источало зрелую мужественность, а его зубам и волосам не грех было и позавидовать.

Брюнетка покраснела, что-то шепнула подружке и упорхнула.

Мужчина просмотрел отснятые кадры. Девчонка явно испугалась вспышки и закрыла глаза. М-м-м, как многообещающе – Мендес аж содрогнулся от предвкушения.

Чарли жил ради таких вечеров. В своем родном городе он любил многое, но с возможностями, которые Санта-Барбара дает человеку вроде него, не сравнится ничто. Каждый год отсюда уезжают выпускники, и на их место приезжают восьмиклассники. Обновление идет непрерывно, постоянен лишь он, Чарли Мендес. Он смотрит. Ждет. Выбирает момент. Не упускает шанса пополнить свою коллекцию.

Чарли посмотрел на часы – совершенно не серферские «Ролекс Ойстер Сумбаринер» за пять тысяч долларов. Еще рано. Сейчас он пойдет домой и подготовится, а позднее, часов в одиннадцать, вернется проверить, что сулит ему вечер. Завтра студенты начнут разъезжаться, и Санта-Барбара за пару дней превратится из университетского города в туристический. Один за другим появятся жители Лос-Анджелеса и Сан-Франциско, имеющие здесь дачи. Хотя они Мендесу ни к чему – только заполонят пляж, у которого он по утрам занимается серфингом, и вообще подпортят ему жизнь.

Одним словом, эту ночь надо использовать по полной. Надо сделать ее яркой и незабываемой, чтобы хватило на долгие месяцы одинокого лета, пока к осеннему семестру не подтянется молодняк.

Чарли подошел к своей машине – «Астон Мартину», красному кабриолету с низкой посадкой, прыгнул на водительское сиденье и завел мотор. Он поехал по побережью на север, чтобы подготовить почву для предстоящего действа.

Часть I

1

Шестнадцать месяцев спустя

Лос-Анджелес, Калифорния

С бешено колотящимся сердцем Мелисса Уорнер проталкивалась к сцене. Прямо над ней милый темнокожий паренек в мешковатых джинсах и майке с символикой «Лос-Анджелес Лейкерс» пел в стиле рэп о шлюшках и потаскушках, чуть поодаль крутились два диджея в таком же наряде, а справа и слева от рэпера извивались, явно кайфуя от каждого слова, десяток танцовщиц в нарядах в стиле БДСМ.

Шлюшки, шлюшки,

Потаскушки,

Всем вам подавай одно.

Два ярких прожектора зигзагами скользили по толпе, набившейся в зал. Басы пульсировали так, что Мелиссе казалось, будто бы пол содрогается в такт с ними. Одной рукой рэпер схватился за мошонку, другой стиснул пачку долларов и помахал купюрами. Его публика, в основном белые подростки из пригорода, вопила, восторгаясь песней. Кем это «произведение искусства» делало их сестер и матерей? Проститутками. Кусками мяса. Убогими тварями, умеющими лишь одно. «Не отвлекайся! – велела себе Уорнер. – Вспомни, для чего ты здесь. Чтобы найти его».

Разве легко его искать? Ничего подобного! Но Мелисса упрямо шла по следу, хотя все вокруг говорили, что самое разумное – забыть. Еще немного, и ей воздастся за упорство. Он рядом. Он… Человек, который поможет ей восстановить справедливость и, вероятно, начать новую жизнь.

Она заглянула за перегородку на дюжих секьюрити в футболках. Человека, которого она искала, среди них не оказалось. Словно пловец, мисс Уорнер работала руками, ныряла под занесенные локти, чтобы отодвинуться от сцены и завоевать себе немного свободного пространства. От давки ее замутило, и у нее закружилась голова. Мелисса жадно глотала воздух, вот только горячей влаги в нем было куда больше, чем кислорода. «Сейчас отключусь», – запаниковала было она, но в тот же момент очутилась в свободном закутке.

У барьера скучал секьюрити в футболке с промотура «Тройного К», что в переводе на общечеловеческий означало «Команда Комптонского Клоуна», с удостоверением на черном шелковом шнурке. Деревянная аппарель за его спиной вела за кулисы. Мелисса вытащила сотовый, разыскала единственный, с трудом добытый снимок того человека и показала его секьюрити. Тот лишь пожал плечами:

– Не знаю этого типа.

– Но вы должны знать, – настаивала Уорнер. – Он здесь начальник охраны.

– Не-а, не он.

– Я имела в виду охрану группы.

– О группе знать ничего не знаю.

Мелисса встала на цыпочки, чтобы заглянуть за кулисы, но охранник тотчас загородил ей обзор. Подмышки у него быстро темнели от пота. Девушка уловила терпкий запах мужского тела, и ее снова замутило.

– Хочешь за кулисы заглянуть? Могу устроить. Рэперов увидишь. – Секьюрити кивнул на сцену. – Не просто так, конечно, – добавил он, не сводя глаз с груди собеседницы.

Мелисса отступила на шаг и зажмурилась, запрещая себе плакать. Знал бы этот тип, что с ней делает его похоть! Хоть каплю ее боли почувствовал бы… Она разлепила веки, но секьюрити уже отвлекся. Он командовал кем-то по рации и вглядывался в толпу.

Мисс Уорнер обернулась. Клаберы разбегались. Музыка еще лилась из колонок, но рэпер больше не пел. Он стоял на краешке сцены и призывал свою публику к порядку:

– Эй, вы, успокойтесь! Да успокойтесь же!

Перехватив взгляд охранника, девушка увидела, как подростки в страхе несутся кто куда, будто мелкие рыбешки от акулы.

Она подалась вперед, чтобы присмотреться.

«Акул» было пять – молодые латиноамериканцы в синих шляпах и банданах. Ясно, группировка… Сквозь толпу они буквально продирались: здесь толкнут, там пнут – и так с любым, кто попадется под руку. Паренек лет семнадцати получил кулаком по лицу и упал. К нему тут же бросились три латиноса и начали пинать его – кто в голову, кто в живот. Другие клаберы использовались, чтобы удержать равновесие или чтобы оттолкнуться от них и пнуть упавшего еще сильнее. Один латинос стоял чуть поодаль. Совершенно неподвижный, он взирал на побоище с холодным равнодушием. Как ни странно, именно он командовал «акулами», которые были куда выше и здоровее его. Вот он что-то крикнул трем молодчикам, и те мгновенно перестали терзать несчастного.

Лидер напавших на клуб поднял голову. Оказалось, что это вовсе не парень. Побоищем командовала девушка. Абсолютно спокойная среди творящегося вокруг бесчинства, она обвела взглядом танцпол. Рэпер с группой удрали за кулисы, а из-за барьера прибежали секьюрити, тщетно пытавшиеся восстановить порядок.

Девушка заметила Мелиссу, перехватила ее взгляд и показала на нее пальцем. Теперь та догадалась, что происходящее здесь не случайность. Молодые латиносы появились в клубе не просто так. Она искала здесь его, поэтому они искали здесь ее. Мисс Уорнер попятилась и отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в металлический барьер.

Латиносы быстро подавили вялое сопротивление толпы и устремились к Мелиссе. Несчастная похолодела от ужаса: на ее глазах лидер группировки задрала футболку, показав черную рукоять пистолета.

Жуткое зрелище вернуло девушку к реальности. Она огляделась в поисках пожарного выхода. Вон он, одностворчатая дверь ярдах в двадцати от нее!

Она рванула к выходу, не решаясь оглянуться. Если она выскользнет за дверь, то доберется до стоянки. А если доберется до стоянки, то юркнет в машину и уедет.

Поиски брошены – Мелисса Уорнер вылетела за дверь навстречу теплой лос-анджелесской ночи.

Нужно найти его, то есть дожить до того момента, когда они встретятся. А потом будь что будет!

2

В каждом новом деле Райан Лок прежде всего обращал внимание на два аспекта. Во-первых, на отсутствие нормального – на исчезновение секьюрити на посту, на пустое место в кабинете, где прежде находилась камера слежения, на тишину во внутреннем дворе, который обычно сторожит злющий доберман, и так далее. Во-вторых, на присутствие ненормального, странного, из ряда вон выходящего – на незнакомую машину у школы в час окончания уроков, на новую крышку люка на пути следования парада…

Тем вечером Лок осматривал фойе отеля, битком набитое пришедшими на вечеринку после концерта дважды платиновой рэп-группы «Тройное К» – его нынешних клиентов – и увидел кое-что, а точнее, кое-кого, явно попадающего под вторую категорию. Никем не замеченная молодая женщина вошла через вращающуюся дверь и остановилась. Судя по мечущемуся взгляду, она кого-то разыскивала.

Само по себе ее появление не удивляло. На вечеринках «Тройного К» девушек хоть отбавляй. По наблюдениям Лока, в среднем их раз в шесть больше, чем парней. Но такой, как молодая особа, которая пробиралась к нему через толпу, на вечеринках этой группы охранник не встречал.

Прежде всего, волосы у девушки были красиво уложены, а не липли ко лбу неопрятным войлоком. У фанаток рэпа всегда блестят глаза – от возбуждения или от избытка алкоголя, а у этой особы они казались кукольными, тусклыми и безжизненными. А еще у фанаток не хлещет из живота кровь, не течет по ногам и густыми алыми каплями не капает на беломраморный пол фойе. Казалось, что вместе с этой девушкой по отелю бредет тишина. Бокалы и стаканы

Page 4
часа, а Лок все ждал. За годы службы в личной охране ждать он научился мастерски. Будь ожидание олимпийской дисциплиной, Райан претендовал бы на золотую медаль. Мелиссу перевели в одноместную палату на четвертом этаже. Доктор разговаривать с ним отказался, но охранник вызнал кое-что у медсестры, которая, вопреки больничным правилам, позволила ему охранять палату, когда он объяснил, что злоумышленники могут вернуться и добить пациентку.

У кровати стоял складной металлический стул. Райан переставил его в ближайший от двери угол, чтобы увидеть любого вошедшего прежде, чем заметят его. Решивший убить Мелиссу не станет рисковать и палить с порога: одна попытка уже провалилась. Убийца приблизится, накроет подушкой ее голову, поплотнее прижмет дуло пистолета, чтобы заглушить грохот, и лишь потом спустит курок. Или ее задушат – кардиомонитор подскажет, когда девушка умрет.

Лок заметил, что рубашка и брюки у него измазаны кровью. Он подошел к умывальнику, сполоснул лицо, руки и глянул на карту с историей болезни, прикрепленную к спинке кровати. На первой строке написали имя пациентки, чуть ниже – дату рождения. Когда медсестры срезали с нее одежду, они наверняка нашли ее удостоверение личности. Девушка лежала на боку, и ее каштановые волосы рассыпались по белоснежной подушке.

Мелисса Уорнер. Чарли Мендес. Знакомые имена… Райан их уже слышал, но где? Он снова сел на стульчик, отправил Таю эсэмэску с новостями и попросил пробить оба этих имени. Вскоре его коллега ответил и пообещал что-нибудь нарыть.

Кардиомонитор зеленым вычерчивал синусоиду сердцебиений, а охранник наблюдал за девушкой. Напряжение на ее лице медленно спало, но лежала она в позе зародыша – подтянув колени к груди. Лок часто думал, что поза, в которой человек спит, много говорит о его жизни. Малыши спят распластавшись, как морские звезды: им скрывать и опасаться нечего. Но этот период быстро проходит. Когда небо кажется с овчинку, люди почти не спят. В работе Райану это помогало: поспит часа три – и хватит, зато жизнь портилась непоправимо. Телохранитель знал, почему не спит, но разве от этого легче? Оставалось лишь надеяться, что время все вылечит.

Лок вернулся к стулу, но садиться не стал, решив постоять у стены. Несмотря на бессонницу, он боялся задремать. Глаза его были открыты, уши ловили малейший звук из коридора – сама бдительность, Райан караулил девушку, которая свалилась на него как снег на голову. Сколько ночей он так простоял за всю свою жизнь?

Ровно через два часа охранник увидел, как медленно поворачивается дверная ручка. Медсестры уже дважды заглядывали проверить состояние Мелиссы, и входили они очень уверенно, как и свойственно невинным людям – нажимали на ручку, открывали дверь и переступали порог.

Ручка повернулась еще немного, потом еще чуть-чуть. Лок напрягся и неслышно приблизился к двери.

С тихим щелчком защелка сдвинулась со своего места. Райан крался спиной к стене, а когда дверь приоткрылась, замер. В палату вошел некто. Во мраке его было особо не рассмотреть, но роста он был невысокого, от силы пять футов и два дюйма. Такие типы носят мешковатые джинсы, бейсболки и огромные куртки. Лунный луч, падающий на пол, высветил тонкое длинное лезвие в правой руке вошедшего. Коротышка метнулся к спящей Мелиссе, сжимая нож в занесенной для удара руке.

5

Тайрон Джонсон сидел в номере один и стучал длинными указательными пальцами по клавиатуре ноутбука. Сезара «Чарли» Мендеса и Мелиссу Уорнер он искал просто – в «Гугле»: сперва его, потом ее. Изучать информацию очень мешали звуки из соседнего номера – там у рэпера «Тройного К» явно затянулась интимная встреча с двумя молодыми особами из фойе. Под такой аккомпанемент неприятное чтение казалось еще противнее.

Бывший военный листал веб-страницы и постепенно разбирал, что к чему. История представлялась простой – ничего удивительного, что Мелисса разыскала Лока. «Гугл» выдал все ответы и объяснения. Чем дальше Джонсон читал, тем сильнее беспокоился. Райан был одним из немногих, кто мог выручить эту девушку. Тая тревожило, что с психологической точки зрения его напарник был идеальным кандидатом.

Разгадка скрывалась в недалеком прошлом. Когда Райан с Таем защищали Рейвен Лейн, молодую порнозвезду, от преследовавшего ее убийцы, Кэрри, невеста Лока, была похищена. Ей удалось сбежать, но по чудовищной иронии судьбы она угодила под колеса машины, на которой Лок с Джонсоном ехали ее спасать. Райан не уберег любимую, и чувство вины навсегда омрачило жизнь обоих. Друг и напарник Тая очень горевал, а под горем скрывалась толстая прослойка гнева.

Джонсон знал об этом и содрогался при мысли, что натворит Лок, если займется делом Мелиссы. Тем не менее он выбрал из блогов и новостных лент главное и скомпоновал всю информацию в одном текстовом файле. В итоге все ужалось до четырех строчек.

Преступление.

Суд.

Побег.

Гора мертвых тел, которые все появлялись и появлялись.

Тай перепроверил готовый текст, сохранил его на флешке и спустился в бизнес-центр отеля, чтобы распечатать. Мраморный пол фойе уже очистили от крови, а дизайнерский диванчик, на котором Лок затыкал Мелиссе рану, унесли. Никто не догадался бы, что несколько часов назад здесь истекала кровью молодая девушка.

Если бы этим все и закончилось!

6

– Пусти меня, извращенец старый!

Неудавшийся убийца повернулся, чтобы плюнуть ему в лицо, и Лок увидел, что это девушка-подросток. Он прижал ее к полу, а нож спрятал себе в карман куртки. Правым коленом Райан сдавил девушке поясницу и крепко стиснул ее правое запястье, чтобы заломить руку, если она не прекратит брыкаться.

– Эй, ты, полегче со старым! – рявкнул он. Стоило ослабить хватку – и девица двинула локтем, задев висок телохранителя. Она вырывалась, и Лок снова стиснул ей запястье. Вряд ли она весила больше сорока пяти килограммов, но от этого было только тяжелее удерживать ее на месте. Заскрипели шаги, и Лок поднял голову: по больничному коридору шел секьюрити с двумя патрульными на буксире.

Времени было в обрез – если Райан рассчитывал что-то выбить из девчонки, начинать следовало немедленно. Прямые вопросы успех не принесут: преступница – шпана, почти наверняка из местной группировки. В лос-анджелесских бандах принято спихивать грязную работу на молодняк, ведь уголовная система довольно снисходительна к подросткам. И если даже их посадят – невелика потеря.

– За кого лазаешь? В какой ты группировке? – спросил охранник.

– Любишь сверху, да? – ухмыльнулась его противница. – Чувствую, как твой дружок в меня тычется.

Лок закатал ей рукав и чуть сдвинулся, чтобы взглянуть на татуировки.

Первым бросилось в глаза мужское имя, Рамон, наколотое синим и протянувшееся от запястья до локтя. Кто это? Бойфренд? Сутенер? Главарь группировки?

– Кто такой Рамон? – спросил Лок девчонку.

– Парень, который очко тебе, мразь, прострелит.

«Ладно, хоть стариком звать перестала», – подумал Райан и осмотрел другую руку девицы – там наколок не оказалось.

– Зачем тебе Мелисса? – задал он следующий вопрос.

Несостоявшаяся убийца ощерилась:

– А сам не догадываешься? Эту гадину нужно убить.

– Рамон велел?

Девчонка ответила мрачным молчанием. Оба понимали: Лок от нее больше ничего не добьется. Секьюрити и два копа уже приблизились почти вплотную. Райан стянул капюшон толстовки, в которую была одета малолетняя бандитка, откинул ее спутанные черные волосы и увидел на шее то, что искал, – два слова и цифру, «Loco Diablo 13». Слово «Loco» означало «сумасшедший», «Diablo» – «дьявол», а «13» – «М», тринадцатую букву латинского алфавита, сокращение слов «Мексиканская мафия» или «Ла Эме».

7

Мелисса еще не открыла глаза, когда около восьми утра Тай принес апельсиновый сок и бублики, калифорнийский аналог кофе и пончиков. Джонсон протянул Локу маленькую упаковку сока, поставил на выдвижной столик коричневый пакет с бубликами и пачку нежирного мягкого сыра, а рядом положил несколько салфеток.

– Не хочешь немного отдохнуть в отеле? – спросил Тай.

Его друг покачал головой и кивнул на папку из плотной бумаги, которую он держал в руках:

– Что-то нашел?

Тайрон кивнул:

– Тут настоящая каша. Хотя, наверное, мы скоро зароемся примерно в том же самом. – Джонсон положил папку на стол рядом с бубликами и взглянул на Мелиссу. – Она нас точно не слышит?

Райан подошел к кровати. Лицо девушки дышало тревогой и напряжением. На лбу прорезались три параллельные морщины. Охранник поднял ей правую руку и провел пальцами по ладони.

– Нет, она еще от анестезии не отошла, – помотал он головой.

Тай пожал плечами:

– Мелисса – студентка университета Калифорнии в Санта-Барбаре. Хорошая девочка из семьи среднего достатка. У нее есть мама и старшая сестра. Отец не то умер, не то пропал. Она работает официанткой, но учебу не забрасывает. Итак, в день окончания первого курса эта девушка с друзьями отправляется гулять. Один из ее приятелей ввязывается в драку с футболистом. Тут появляется Чарли Мендес и спасает незадачливого студента.

– Кто такой Чарли Мендес?

Джонсон поднял руку:

– Хороший вопрос. Погоди, дойдем и до этого. В общем, Мендес приглашает Мелиссу с друзьями к себе на виллу. Место некислое, на пару миллионов потянет. Студенты угощаются, студенты нежатся в джакузи, студенты остаются там ночевать. Наутро Мелисса просыпается голой рядом с голым Чарли.

– Мендес что-то подсыпал в выпивку?

– Трудно сказать. Использовал либо «наркотик для изнасилования», либо только выпивку. Зачастую девушки пеняют на наркотики, а дело просто в напитке покрепче. В общем, чем бы ни угостили Мелиссу, согласие дать она не могла, а сексом занималась. – Тай понизил голос. – Секса было много, если ты понимаешь, о чем я.

– Договорим в коридоре. – Локу стало не по себе. В отключке или нет, раненая вполне могла их услышать.

Напарники взяли завтрак, бумаги и перебрались в коридор. Райан, по-прежнему сама бдительность, застыл спиной к полуоткрытой двери.

– Что дальше? – спросил он.

– Мелисса сбегает с виллы и сразу же мчится к копам. Ее осматривают и – бинго! – находят ДНК красавца Мендеса.

– Он уже был в базе данных?

– Да, за хранение наркотиков, еще по малолетству. Но копы его нашли и устроили проверку. Мелисса позвонила ему, спросила, зачем он так с

Page 5
живет?

– Да, но разглашению это не подлежит. По долгу службы вы наверняка сталкивались с такими случаями.

Райан и впрямь с этим сталкивался.

– Хорошо, а нельзя ли передать, что я хотел бы с ней поговорить? – попросил он.

– Я передам ей, что вы ее ищете, но это не значит, что она захочет с вами встретиться.

Лок вернулся в машину и позвонил Таю. Состояние Мелиссы по-прежнему было тяжелым, но стабильным. Райан отсоединился и взглянул на пассажирское сиденье. Изнасиловали, а потом едва не застрелили, чтобы шум не поднимала. Только подумаешь, что удивляться уже нечему, как жизнь преподносит очередной сюрприз!

Охранник завел «Ауди» и влился в транспортный поток. Он раздобыл адрес прибрежной виллы, где Мендес надругался над Мелиссой. Неизвестно, даст это что-нибудь или нет, но Локу хотелось увидеть виллу своими глазами. По крайней мере, это поможет составить впечатление о Чарли Мендесе и очень пригодится в поисках. Поиски как охота: чем лучше знаешь добычу, тем проще ее поймать.

Поездка заняла минут пятнадцать. День выдался чудный. «Наверное, в Санта-Барбаре почти все дни такие, – подумал Райан. – В чудный день проще запудрить мозги молодой студентке…»

Он свернул на улицу, где стоял дом, и нашел его по номеру. Мендес продал свое жилище незадолго до суда. Выручка наверняка влилась в двухмиллионный залог, обеспечивший Чарли свободу.

Райан выбрался из машины и взглянул на виллу. Сперва он хотел позвонить в дверь, но передумал и спустился по лестнице к пляжу. На последней ступеньке он разулся и побрел по песку босиком.

Дом с панорамными окнами очень напоминал тот, в котором жили они с Кэрри. Да, сходство было пугающим. Террасы пустовали, окна и балконные двери были закрыты, у парадного входа не было машин. Новый хозяин наверняка приезжал сюда лишь по выходным и в отпуск.

По ступенькам охранник поднялся к деревянной калитке, перемахнул через нее и подошел к боковому окну. Внутри дом казался холодным и безукоризненно чистым. Он одновременно и изобличал Мендеса, и ничего о нем не говорил.

Зазвонил сотовый. Райан нажал на кнопку приема и услышал женский голос:

– Мистер Лок?

– Да.

– Мне передали, что вы хотите со мной поговорить.

10

После выхода на пенсию Марси Браун далеко не уехала. Теперь она жила рядом с автотрассой, милях в тридцати от Санта-Барбары, в глубине побережья, в домике под щипцовой крышей с конюшнями и полем для выгула лошадей. Когда приехал Лок, бывшая сотрудница полиции чистила стойла. Майка, рубашка, волосы стянуты в конский хвост – Марси выпрямилась, бросила вилы и потерла поясницу.

– Хотите разыскать Чарли Мендеса? – спросила она с улыбкой, когда ее гость извинился за беспокойство. – Знаете ведь, что случилось с парнем, который его нашел?

Лок кивнул.

– По-вашему, игра стоит свеч? – прищурилась пожилая женщина.

– Не знаю, детектив Браун, но девушка, угодившая в лос-анджелесскую больницу, попросила меня помочь.

Его собеседница явно заколебалась и долго молчала.

– Зовите меня Марси. Сейчас закончу с этим, – она кивнула на кучу навоза, – зайдем ко мне и поговорим.

Охранник потягивал кофе, а экс-детектив принесла на кухню папку и положила ее на большой сосновый стол. Тяжело вздохнув, она вытащила целую стопку ксерокопий.

– Дело Мендеса единственное, материалы которого я решила скопировать перед увольнением, – рассказала пенсионерка. – Наверное, потому что Чарли не явился в суд, и дело кажется мне не законченым.

– Сколько вы прослужили детективом? – спросил Лок.

– Слишком долго. После Управления полиции Лос-Анжелеса я решила перевестись в Санта-Барбару. Подумала, так будет проще выйти на пенсию.

– Проще не получилось? – осторожно поинтересовался Райан.

– До дела Мендеса вполне получалось. В Управлении много хороших ребят. Горожане тоже очень милые… Только вы ведь не ради моих воспоминаний приехали.

– До того дела вы Мендеса знали?

Марси запрокинула голову и захохотала:

– Чарли знает каждый коп Санта-Барбары, а каждый житель Санта-Барбары знает семью Мендес! Они здесь давно, куда дольше, чем я.

– Судья тоже их знает? – спросил телохранитель, понимая, что делает опасный шаг.

Беззаботная улыбка его новой знакомой погасла.

– Если я верно поняла ваш намек, это весьма серьезное обвинение в адрес судьи.

– Тогда почему он отпустил Чарли под залог?

Браун пожала плечами:

– Если вы спрашиваете, помогла ли Чарли богатая семья, то да, конечно, помогла. На другой исход надеяться было бы наивно. Это же Америка, страна равных возможностей, но те, кто при деньгах, равнее других! Мистер Лок, да вы же все прекрасно понимаете! В нашей стране к богатым особое отношение. На суде важны не сами деньги – с присяжными они иногда и мешают, – а грамотная защита, которую можно на них купить. Мендесу адвокаты достались отличные. Такие запросто убедят, что черное – это белое, а дважды два – пять. Наверное, поэтому у них такие гонорары.

– А судья что же?

– Ну вот, опять вы за свое… – проворчала Марси, подув на свой кофе. – Почему прямо не спросите? Не думаю ли я, что судью подкупили или стребовали с него какой-нибудь старый должок? Нет, не думаю. По-моему, его уговорили принять неверное решение. Круговой поруки, как бывает в маленьких городках, здесь нет.

Лок решил не настаивать. Он верил этой женщине и хотел вернуть разговор к Чарли.

– Но ведь Чарли Мендес и раньше сталкивался с Управлением полиции? – спросил он.

– Да, в подростковом возрасте, – поморщившись, ответила Браун. – Ему же все подносили на блюдечке с голубой каемочкой! Баловень, вот и добаловался. Хотя ни в чем серьезном его не уличали.

– А в чем уличали? – уточнил Райан.

– Появлялся нетрезвым в общественных местах. Болтал лишнее. Пару раз дрался, но либо с теми, кто слабее его, либо когда был с приятелями. В общем, проигрышем не рисковал никогда.

– А на сексуальной почве нарушения были?

Марси хлебнула кофе:

– Сексуальная почва меня и удивила. Говорю же, он баловень, любитель женщин, и притом богатый и симпатичный. Зачем такому кормить девушек наркотиками? Хотя, по-моему, насилие мало связано с сексом.

– Зачем же он так поступил? – спросил охранник. – Показывает, что ему все можно?

– Чего я только ни перевидала за годы службы! Хотите знать, какой урок я считаю самым важным?

Райан кивнул.

– Есть люди, буквально сдвинутые на зверствах, и ничего тут не попишешь. – Марси выплеснула остатки кофе в старую керамическую раковину и включила воду. – Свежий материал в конце, – добавила она, глянув на папку, которую передала своему гостю.

– О чем он?

– О том, что мне кажется бессмысленным.

– Например?

– Например, о месте, где его видели в последний раз. – Пожилая женщина вздохнула. – Если не являешься на суд и богат как Крез, почему бы не сбежать в страну, с которой у США нет договора о выдаче преступников?

Лок решил сыграть в адвоката дьявола:

– Таких осталось не так много, а Мексика пока к нему очень гостеприимна. Те, кому он платит за охрану, – настоящие профессионалы.

– Если Чарли до сих пор в Мексике, – добавила Марси.

– По-вашему, он оттуда сбежал?

– Сама я точно сбежала бы.

Мужчина задумался. Если первый охотник за головами не спугнул Чарли и не согнал с места, у него был отличный повод сидеть и не рыпаться. Наверняка ему там спокойно.

– А семья его с Мексикой не связана? – спросил он. – Может, деловые партнеры есть?

– Единственная связь – фамилия. По крайней мере, так считают в Управлении полиции, хотя эти богатые семейства не поймешь. Подставные компании, разные трастовые фонды… Главное, что все в частной собственности.

– Не представляете, кто опекает Чарли в Мексике?

Марси поджала губы:

– Наркоторговцы, судя по тому, как там расправились с Брэди. Но вы наверняка и сами это сообразили. Девушка, которую вы поймали в больнице, из группировки латиносов?

Гадать, откуда ей это известно, Райану долго не пришлось.

– Я навела справки сразу, как услышала, что в Мелиссу стреляли, – пояснила его собеседница.

– У той девицы татуировка члена группировки.

Марси протянула папку Райану:

– Многие старались вернуть Мендеса, только вы же знаете: чем больше воды утекло, тем менее актуальна проблема. На границе столько всего творится, что Мендес давно отошел на второй план.

Папка оказалась тяжелой.

– Спасибо за все! – поблагодарил охранник.

– Очень надеюсь, что вы вернете Мендеса, – с улыбкой отозвалась Марси. – Он слишком опасен, чтобы гулять на свободе.

11

Отель, в котором поселился Райан, находился в центре Санта-Барбары, напротив станции междугородных автобусов. Лок заказал себе в номер клубный сэндвич, минералку и принялся изучать свидетельские показания, протоколы которых получил у Марси Браун. Ничего принципиально нового охранник не выяснил, но подробности позволили настолько реально представить произошедшее, что он возжелал нанести серьезные телесные повреждения не только самому Чарли Мендесу, но и его пронырам-адвокатам.

Когда Лок добрался до середины папки, аппетит у него пропал. Он выставил поднос с сэндвичем за дверь номера и вернулся к работе. Закончив с папкой, мужчина включил ноутбук, запустил интернет-браузер, задал «Гуглу» имя Чарли Мендеса и стал искать.

На второй странице результатов попалась ссылка на видеосюжет местного новостного канала. Райан открыл ее в новом окне, кликнул «Воспроизведение» и лишь потом подумал, что не представляет, как выглядит Мендес. Он прочел о нем тысячи слов, но ни единой фотографии в папке не было.

На экране Чарли стоял на ступеньках здания суда в хорошем, но явно не дизайнерском костюме – неужели такой выбрали звездные адвокаты, чтобы их подопечный не раздражал своим богатством? Стройный кареглазый блондин, рост под метр восемьдесят, он мог похвастаться правильными чертами лица и здоровым видом человека, выросшего в достатке.

Его мать Мириам, типичная калифорнийская матрона в пуловере и такого же цвета кардигане и жемчугах, стояла слева, положив руку ему на плечо. Волосы у нее безукоризненно осветлены и уложены, а вот лицо казалось довольно худым. Справа стоял Тони Медина, ведущий адвокат Чарли, видный, рано поседевший латинос средних лет с серьезными политическими амбициями. Вообще-то испанской крови у Мендесов не больше, чем у

Page 6
ней, а этот идиот давай хохотать.

– То есть он не отпирался?

Тай грустно улыбнулся:

– Этот хлыщ не семи пядей во лбу, зато эго раздутое. Молодой, богатый хлыщ, иначе не скажешь. Копы забирают Чарли, а он заявляет, что шутил, когда девушка звонила, а еще – что у него полно денег, точнее, их полно у его семьи. Мендесы нанимают целый батальон дорогущих адвокатов, после чего и начинается весь цирк. Адвокаты убеждают судью отпустить Чарли под залог.

Лок аж похолодел:

– Под залог?

– Он платит два миллиона, сдает паспорт, но бегает на свободе, – ответил Тай.

– Откуда у него два лимона?

– Думаешь, все Мендесы – бедняки? Говорю же, у его семьи есть и деньги, и вековые связи в Санта-Барбаре.

Что случилось дальше, Райан догадался сам.

– Чарли выпускают под залог, и он дает деру? – уточнил он.

– Ну, не сразу. Сперва он отмечается каждое утро, как хороший мальчик, но быстро догадывается, что удача отвернулась от него окончательно и бесповоротно. Крутые адвокаты не оставили живого места в Мелиссиных показаниях, но она стоит насмерть. Да еще с присяжными сглупили – избавились от женщин, а отцов отставили. – Джонсон сделал паузу. – У этих отцов – молоденькие дочки. В общем, плачет по Чарли тюрьма, а мы с тобой знаем, как любят насильников где-нибудь в Пеликан-Бэй[2]. А потом парень как сквозь землю проваливается. Судебные исполнители ищут, ищут – не доищутся. Адвокаты защиты добиваются отсрочки, но суд проходит при пустой скамье подсудимых. Чарли единогласно признают виновным, а судью выставляют дураком.

– От шести до десяти лет? – попробовал угадать приговор Лок, который хорошо знал: для американской судебной системы важнее не люди, а деньги.

– Так и получилось бы, не представь главный следователь целую кучу видеозаписей, где Чарли насилует других девушек. Всех их он предварительно одурманивал наркотиками. Судья так озверел, что, когда вернулись присяжные, присудил Мендесу пожизненное без права на УДО.

Значит, Чарли умрет в тюрьме. Шансов на УДО никаких, даже если в тюрьме он резко уверует в Иисуса. Редкий приговор для такого, как этот парень, хотя тут вскрылись факты коррупции, и, как сказал Тай, он еще и разрушил карьеру судьи.

– Что, хороший повод сидеть и не высовываться? – криво улыбнулся Джонсон.

– И постараться, чтобы Мелисса не слишком громко жаловалась, – добавил Райан. Он прикрыл дверь палаты, оставив небольшую щелку для наблюдения за девушкой.

Его друг глотнул апельсинового сока, достал из папки распечатки и протянул их Локу:

– Поручителем под залог был вот этот тип по имени Джо Брэди, он с севера Лос-Анджелеса. Мелисса уговорила Джо разыскать нашего красавца. Хотя особых уговоров не понадобилось. Залог в два миллиона гарантирует поручителю двести штук, если вернуть преступника живым. Брэди разыскал Чарли в мексиканском городе Чихуахуа.

Лок просмотрел распечатки. В основном они были из новостей. Немало поручителей и охотников за головами пересекали южную границу, чтобы разыскать Мендеса, привезти в Штаты и получить свою долю залога. Большинство тратили огромные средства, но оказывались в луже. Лишь один подобрался к Мендесу вплотную – Джо Брэди, вероятно, тот самый, про кого говорила Мелисса.

«Джо пробовал…»

Если верить распечаткам, Брэди оправился в Мексику со съемочной группой, чтобы запечатлеть поимку насильника для потомства. Вот только людям, присматривавшим за Мендесом, не понравилось его стремление вернуть беглеца на родину. Среди ночи, когда Джо и вся съемочная группа мирно спали в отеле, явились вооруженные боевики. Они взяли в заложники и американцев, и австралийца-звукооператора. Наутро тела заложников, в том числе и Брэди, висели на мосту в Санта-Марии, приграничном городке, чемпионе мира по числу убийств на душу населения. Афганистан и Сомали нервно курят в сторонке.

– А сейчас Мелисса хочет, чтобы за Мендесом отправился я, – проговорил Лок, вернув распечатки напарнику. Повисла тишина.

Прервал ее Тай:

– Что ты об этом думаешь?

– Пока не знаю, – ответил его товарищ, снова глянув на спящую девушку. – Побольше бы информации. Тут еще какая-то мелочь пытается ее убить.

Джонсон запрокинул голову и вздохнул:

– Может, договоримся с ними? Мелисса не трогает Мендеса, а они не трогают Мелиссу.

– Тай, с ними не договоришься. Девчонка, которую я поймал тут с ножом, вся в татушках. Вот здесь, – Райан потрогал свой загривок, – у нее название группировки и номер тринадцать.

– «Ла Эме»?

– Именно.

В рамках одной операции Лок внедрился к заключенным тюрьмы сверхстрогого режима «Пеликан-Бэй». За время своей отсидки он узнал о тюремных бандах и их покровителях куда больше, чем иные полицейские за всю жизнь. Администрация тюрьмы проводит политику жесткой расовой сегрегации. Блок для особо опасных преступников, в котором содержится треть заключенных (всего их примерно три с половиной тысячи), можно назвать штаб-квартирой банд. Там сидят главари, и там заключаются многомиллионные, а в случае мексиканской мафии многомиллиардные преступные сделки.

На прогулочном плацу латиносы делятся на нортеньо (северные латиносы), суреньо (южные латиносы) и так называемых пограничных братьев (выходцы из приграничных районов), но основной правящей силой считается «Ла Эме». Способные на чудовищное насилие, как в самой тюрьме, так и за ее пределами, члены «Ла Эме» отличаются от других бандитов деловитостью. Мексиканская мафия работает так же хладнокровно и слажено, как любая компания из списка «Форчун 500»[3].

Раз к Мелиссе заявилась девчонка от мексиканской мафии, значит, убить ее решили окончательно и бесповоротно.

– Думаешь, этот Мендес связан с мафией? – спросил Тай, сложив распечатки веером.

– Не знаю, – отозвался Лок. – Собираюсь выяснить, но, если начну искать кретина, хочу представлять, во что ввязываюсь. Побудешь с Мелиссой?

Джонсон сжал огромный кулачище и ударил им о кулак приятеля:

– Ясен день! Я уже говорил с продюсерами «Тройного К», поставил их в известность и подобрал им других секьюрити. Кстати, куда ты направляешься?

– В Санта-Барбару: попробую разобраться, что к чему. – Райан глянул на Мелиссу, по-прежнему бледную и слабую.

– Так мы едем в Мексику ловить Чарли?

– Если он еще там.

– Думаешь, удрал?

– Не знаю. – Лок пожал плечами. – А отправляться туда, не зная… – Он осекся. – Читал ведь, что стало с последними из тех, что решил разыскать Мендеса?

– Незавидная участь, – буркнул Тай.

8

Лок, по-прежнему в измазанном кровью костюме, поставил «Ауди» на стоянку отеля. Элегантная пара из Беверли-Хиллз, дожидавшаяся, когда парковщик подгонит их машину, при виде его разинула рты от удивления.

– Прости, в салоне грязновато, – посетовал охранник, вручая парковщику ключи и двадцатку. Тот заглянул в салон и нервно сглотнул. – Хорошо, что я выбрал кожаные сиденья, да? – Райан развернулся и через фойе – вчерашний администратор встретил его самодовольной улыбкой и радостным «Доброе утро!» – зашагал к лифтам, чтобы подняться к себе в номер. Там он принял душ, переоделся, выбросил грязные вещи, а чистые сложил в сумку, упаковал в кейс ноутбук и через сорок пять минут вышел в коридор, оставив дверь незапертой. Получить лицензию на охранную деятельность в Лос-Анджелесе было практически невозможно – это вполне разумно: сколько лихачей набивается в охранники! – поэтому Райан был без оружия, но, если они с Таем поедут в Мексику, это придется изменить. Вероятно, даже раньше.

До чего красив участок Тихоокеанского шоссе от Лос-Анджелеса до Санта-Барбары! Откуда только ни приезжают туристы, чтобы по нему прокатиться: таких дорог раз, два и обчелся. Для Лока после поворота от каньона Топанга на Малибу начиналась дорога призраков и демонов.

В Малибу Риардон Галт похитил Кэрри, а дом, в котором она и Райан жили, сжег, чтобы замести следы. Телохранитель чуть сбавил скорость. На месте пепелища уже красовался новехонький дом в стиле постмодерн. Лок поддал газу, чтобы проехать светофор в Биг-Рок, пока не загорелся красный. Задерживаться и смотреть в глаза прошлому совершенно не хотелось. В Кросс-Крик Райан заправился, купил воды и погнал прочь из Малибу через Транкас-каньон. С каждой милей на душе становилось легче. До Санта-Барбары недалеко, но подумать времени хватит. На первый взгляд дело Мендеса представлялось совершенно логичным. Богатенького мальчика обвиняют в изнасиловании. Отмазаться не получается, и тогда он использует деньги и легковерного судью, чтобы сбежать в Мексику. Там он решает остаться и даже приплачивает серьезно настроенным боевикам.

Только с Мелиссой Уорнер преступник просчитался. На кассетах, которые всплыли на суде, было много девушек, но лишь Мелисса привлекла к поискам Чарли наемного профессионала. Это спровоцировало Мендеса на ответные действия, пусть даже и через третье лицо. С другой стороны, разве не глупо дергать Чарли? Рано или поздно министерству юстиции надоела бы его строптивость, и чиновники выдвинули бы мексиканскому правительству требование задержать парня. Отсюда вытекал другой вопрос – кто опекает Мендеса в Мексике и, что еще интереснее, зачем? Конечно, Чарли – парень богатый, однако казнь охотников за головами – визитная карточка печально известного мексиканского наркокартеля, главари которого далеко не бедствуют. Помощь Мендесу для них чревата ненужным вниманием правительства и прессы, а этот минус перевешивает плюс в виде вознаграждения Чарли.

Нет, что-то тут не сходится.

9

Дежурный сержант в Управлении полиции Санта-Барбары оказался приятным в общении, но помочь ничем не мог. Лок понимал его скрытность: такой уж это город!

Полицейские Санта-Барбары Чарли Мендеса арестовали и собрали достаточно улик для признания его виновным. Разве они в ответе, что судья опростоволосился? Лок сочувствовал им, но уходить ни с чем не собирался.

После двухчасового ожидания Райан встретился с молодым патрульным Кеном Фоссумом, который заступал на смену.

– Позвольте поинтересоваться, как с этим делом связаны вы? – начал Фоссум.

– Вчера вечером Мелиссу Уорнер пытались убить. По-моему, киллера нанял Чарли Мендес.

– Это случилось здесь, в Санта-Барбаре?

– Нет, в Лос-Анджелесе.

– Тогда не понимаю, почему вы обратились к нам. Мистер Лок, это дело Управления полиции Лос-Анджелеса.

Охранник прикусил язык, чтобы не съязвить:

– Сэр, это понятно. Я надеялся поговорить со следователем, который вел первое дело.

– Она вышла на пенсию, – со страдальческим видом объявил Кен. – Пару месяцев назад.

– Знаете, где она

Page 7
Рональда Макдональда, но Медина сумел приплести к делу национальный вопрос – мол, полиция и обвинение рвут и мечут, потому что потерпевшая – молодая белая женщина, а его подзащитный – представитель нацменьшинства, пусть даже только по фамилии.

Разумеется, выставить жертвой молодого повесу, наследника многомиллионного состояния – задача не из легких, тем более в стране, еще не оправившейся от сильного экономического спада. Впрочем, Тони, как любой адвокат, выстроил защиту на том, что имел, – практически на пустом месте.

Окруженный лесом микрофонов, Чарли Мендес зачитал приготовленное заявление. Читал он монотонно, без всякого выражения: «Хочу поблагодарить свою семью, в первую очередь мать, за поддержку в это сложное время. Большое спасибо Энтони Медине, моему адвокату, и всем его помощникам за прекрасную работу и усердие – Медина по-отечески потрепал Чарли по плечу. – Отдельные слова благодарности судье, который позволил мне дождаться конца разбирательства в кругу близких».

– Хорош врать-то! – пробормотал Лок и приостановил воспроизведение. Менее чем через две недели Чарли сбежал. Насильник и трус!

Зазвонил сотовый. На дисплее высветился местный номер. Лок ответил:

– Марси?

– Мистер Лок, я звоню по поручению Мириам Мендес, матери Чарли Мендеса, – бойко начал женский голос. – Миссис Мендес хотела бы с вами поговорить. Запишете адрес?

12

Черные ворота высотой более трех метров отворились, и машина Лока скользнула на территорию виллы. Впереди на пассажирском сиденье лежала папка Марси Браун. Когда Райан поднялся на пригорок, вдали мелькнул Монтесито, самая элитная часть элитного района Санта-Барбары. Вдали синел Тихий океан.

Лок гадал, откуда главе клана Мендесов известно, что он в городе. Хотя особой прыти для того, чтобы выяснить это, не требовалось. Управление полиции Санта-Барбары – структура небольшая, а высший свет наверняка дружен и сплочен. Слухи разлетаются моментально.

Через полторы минуты телохранитель подъехал к большому дому для гостей, стоящему перед хозяйским домом – особняком в колониальном стиле, построенным в тридцатых годах. В стороне от дома находились два теннисных корта, один с травяным, другой с глиняным покрытием. Чуть дальше виднелся бассейн олимпийского размера с десятиместными джакузи с разных сторон. Молодой уборщик сачком вылавливал упавшие в воду листья.

Райан поставил машину между угольно-черным «Астон-Мартин Вантаж В12» ограниченного тиража и «Бентли Флаинг Спер» и взглянул на обе машины. Ни на одной из них не ездили, обе новехонькие, только-только из автосалона. Вот оно, богатство по меркам Монтесито! Солнечные лучи пронизывали листву растущих у дома платанов. На массивную дверь падали трепещущие тени. Лок позвонил и приготовился ждать. Ему назначили на пять, а часы показывали одну минуту шестого. Интересно, это считается стильным опозданием?

Парадная дверь распахнулась, и служанка пригласила гостя войти. Она хотела взять у него пиджак, но Райан отказался.

– Миссис Мендес в гостиной, – объявила женщина.

Охранник побрел за ней длинным коридором. Паркет из красного дерева гулким эхом разносил их шаги. Лок не слишком разбирался в искусстве, но пару картин, висевших на стене, опознал. Кэрри таскала его в Нью-Йоркский музей современного искусства. На одной стене у Мендесов висел Климт[4], а угловатое лицо напротив явно писал Пикассо. И Райан очень сомневался, что это репродукции.

Он поднял голову и увидел красный глазок камеры, следящей за их передвижениями. Никто не станет вкладывать большие деньги в произведения искусства, не обеспечив им надежную охрану. Что видели эти камеры? Как Чарли Мендес прощался с матерью прежде, чем пуститься в бега?

– Мистер Лок, спасибо, что согласились со мной встретиться.

Коридор привел гостя в просторную солнечную комнату, центром которой был большой мраморный камин. Мириам Мендес стояла у балкона, выходящего на лазурную гладь бассейна. Заочному впечатлению охранника она решительно не соответствовала. От безукоризненных белокурых локонов богатой калифорнийской матроны остались редкие клочья на висках. Изможденное лицо с выпирающими скулами напомнило картину Пикассо, мимо которой только что прошел Райан. За время, прошедшее с тех пор, как ее сын давал интервью на ступеньках здания суда, эта женщина превратилась в высохший скелет.

– Рак, – коротко пояснила она. – В конечной стадии. Я не упустила бы шанс вылечиться, уверяю вас. У меня есть и деньги, и выход на лучших докторов. К сожалению, некоторые вещи за деньги не купишь. Пожалуйста, садитесь.

Лок опустился в мягкое кресло с невысокой спинкой.

– Насколько я понимаю, вы ищете моего сына, – после длинной паузы проговорила хозяйка.

– Да, как и многие, – сказал Райан, откашлявшись. – Единственное различие в том, что я намерен разыскать его и вернуть за решетку.

Мириам улыбнулась, и эта открытая улыбка выбила Лока из колеи. Такой реакции он не ожидал.

– Надеюсь, у вас получится, – сказала женщина. – Да, совершенно искренне надеюсь. Чарли – позор нашей семьи. Ничего плохого я ему не желаю, но думаю, что за свои поступки он должен ответить, как мужчина.

– Миссис Мендес, так вы поможете мне найти Чарли? – спросил охранник.

– Вы не знаете, где он? – невинно удивилась его собеседница.

– Понятия не имею, – ответил Райан, улыбнувшись.

– Мистер Лок, если бы я знала, где мой сын, то сама полетела бы туда и заставила бы его прекратить бессмысленную беготню. Членам семьи известно лишь, что Чарли в Мексике, да и то не наверняка. Ему же ничего не стоит перебраться в другое место.

– Зачем вы пригласили меня, раз не знаете, где ваш сын?

– Вы ведь в курсе, что случилось с теми, кто искал Чарли до вас? – Вопрос Мириам остался без ответа. – Он наверняка попал в плохую компанию.

Лок подавил ухмылку. «Плохая компания» говорят про подростков, которые допоздна болтаются на улице, курят травку и пьют пиво, а не про боевиков-наркоторговцев, которые хладнокровно убивают людей.

– По-вашему, мне не стоит туда ехать? – спросил Райан.

Хозяйка старательно изобразила удивление:

– Я ни в коем случае не пытаюсь вас отговорить, но в то же время надеюсь, что больше ни одна жизнь не будет загублена впустую.

– Миссис Мендес, ваш сын перед побегом не намекал, где намерен скрыться?

– Если бы намекал, я вряд бы ли это озвучила, – вздохнула Мириам. – Но нет, мистер Лок, Чарли ни на что не намекал. По-моему, он поддался панике.

«Ага, точно», – подумал про себя телохранитель.

– Миссис Мендес, вы хотели спросить что-то еще? – поинтересовался он вслух.

Мириам опустила руку в карман и достала конверт кремового цвета:

– Пожалуйста, передайте это Чарли, когда его разыщете. Дни мои сочтены, боюсь, я не увижу его до…

Лок встал, подошел к ней и взял конверт. Судя по толщине, в нем было три или четыре листа старомодной писчей бумаги. На конверте мать аккуратно написала имя сына.

– Обязательно передам, – пообещал Райан.

Мириам Мендес стиснула ему ладонь. Надо же, сколько у нее силищи!

– Конечно, передадите, – сказала она. – Мистер Лок, счет у меня идет не на месяцы, а на дни, поэтому, пожалуйста, если разыщете Чарли, сразу сообщите мне. В тот же самый момент. Мне будет куда спокойнее знать, что сын получил это письмо до моей кончины. Обещаете?

– Обещаю, что вы узнаете об этом первой, – отозвался охранник.

Прежде чем отправиться на встречу с миссис Мендес, он навел кое-какие справки. У Мириам и впрямь обнаружили рак, только форма, которой страдала она, как правило, не смертельна. Сейчас мать Чарли находилась в ремиссии. Волосы она растеряла, но явно шла на поправку. Просить Райана связаться с ней сразу после поимки Чарли эта женщина могла по одной-единственной причине – она не желала, чтобы ее сына выдавали властям.

– Спасибо, мистер Лок, вы очень хороший человек, – сказала Мириам, вымучив улыбку.

– Миссис Мендес, я найду выход. Не надо меня провожать.

Уже на пороге телохранитель замер, а обернувшись, увидел хозяйку дома в той же позе.

– В чем дело, мистер Лок? – удивилась она.

– Я тут подумал… Миссис Мендес, если вы получите весточку от сына раньше, чем я, вы не передадите ему кое-что?

Глаза Мириам едва не вылезали из орбит, и Райан почувствовал, что она злится.

– Пожалуйста, передайте Чарли, что ни деньги, ни насилие не помешают мне упрятать его обратно в клетку к диким зверям, – сказал он вежливым тоном.

Взгляд его собеседницы посуровел, но улыбка не померкла.

– Будьте осторожны, мистер Лок. Не хотелось бы, чтобы число пострадавших росло.

У бассейна типично американского уборщика сменил крепыш латинос, габариты которого наводили на мысль, что он проглотил своего предшественника. «Присутствие странного», – отметил охранник. Пока он шел к машине, крепыш не сводил с него глаз. Лок бросил письмо на пассажирское сиденье, завел «Ауди» и покатил прочь от дома. Стоило ему приблизиться к воротам, и они открылись. Райан покинул владения Мендесов, отъехал на полмили и остановился у обочины. Он смотрел на письмо, гадая, очень ли аморально будет его вскрыть. В итоге он порвал конверт и вытащил три толстых листа кремовой писчей бумаги.

Листочки были девственно-чисты.

13

Райан не остановился в обслуживаемом секторе стоянки – он заехал в самый дальний ее угол и припарковался между двумя огромными внедорожниками. «Ауди» встала носом к кирпичной стене, поэтому разглядеть, что творится в салоне, можно было лишь сзади. Лок почти не сомневался, что от виллы Мендесов за ним не следили, но то, что он собрался сделать, было не для посторонних глаз.

Охранник выбрался из «Ауди», медленно обошел вокруг машины сначала один раз, а потом еще, тщательно ощупывая внутреннюю часть колесных арок. Потом он залез под машину, а когда выбрался, распахнул обе двери, проверил салон и багажник, не оставив без внимания ни один дюйм. То, что он искал, оказалось в самой глубине багажника – черная коробочка размером с пачку сигарет. Райан достал светодиодный фонарь «Маглайт» и осветил темное чрево салона. Затем в ход пошел нож «Гербер» – телохранитель отодрал коробочку и повертел ее в руках.

Навигатор с отслеживанием местоположения в реальном времени, вот что это было. Эта система имелась в свободной продаже, по пятьдесят баксов за штуку.

reading-books.me

Шон Блэк: Дар Дьявола

Sean Black: The Devil’s Bounty

Copyright © Sean Black 2012. First published in Great Britain in 2012 by Bantam Press an imprint of Transworld Publishers.

© Перевод на русский язык, Терехина Ж.А., 2013

© Издание на русском языке, оформление ООО «Издательство «Э», 2017

Санта-Барбара, Калифорния

Вечер пятницы. Восемь часов. Бары и клубы Стейт-стрит уже наполняются посетителями. Три студента, шатаясь, выползли из ирландского паба «Джеймс Джойс» и устроили на тротуаре веселую кучу-малу. Один из них стиснул приятелей в «стальном зажиме». Перед входом в ночной клуб «Велвет Джонс» вышибала потребовал документы у студента и студентки, рассмотрел их с преувеличенной тщательностью, потом отцепил красный канат и пропустил юнцов, даром что удостоверения личности наверняка были поддельными. Под его пристальным взглядом парочка шмыгнула в клуб.

Сцены безобидного студенческого кутежа разыгрывались на всем протяжении главной клубной улицы города. Сколько помнят старожилы богатого калифорнийского побережья, такое бывает каждый год.

Чарли Мендес наблюдал за происходящим, застыв на пересечении Стейт-стрит и Уэст-Харли-стрит. Из закатанного рукава футболки он вытащил сигарету «Мальборо», из бокового кармана джинсов – зажигалку «Картье» и закурил. Чарли сделал пару глубоких затяжек и принялся разглядывать улицу. Мимо пронеслась стайка девчонок, и одна длинноногая брюнетка улыбнулась ему. В ответ Мендес подарил ей фирменный оскал калифорнийского серфера и провел рукой по своим густым светлым кудрям. Брюнетка захихикала, хотела что-то сказать, но подруга схватила ее за локоть и потащила за собой.

Чарли вытащил маленький цифровик, который всюду носил с собой именно ради таких ситуаций, и крикнул:

– Эй, красотка, улыбочку!

Сальная реплика и предложение сфоткаться для большинства ровесников этого человека были чреваты поднятием среднего пальца и презрительным взглядом, только Чарли к большинству не относился. Лет в двадцать он небезуспешно работал моделью в Нью-Йорке. Вопреки нездоровому образу жизни красота его не исчезла, а лишь немного поблекла. Загорелое лицо Мендеса источало зрелую мужественность, а его зубам и волосам не грех было и позавидовать.

Брюнетка покраснела, что-то шепнула подружке и упорхнула.

Мужчина просмотрел отснятые кадры. Девчонка явно испугалась вспышки и закрыла глаза. М-м-м, как многообещающе – Мендес аж содрогнулся от предвкушения.

Чарли жил ради таких вечеров. В своем родном городе он любил многое, но с возможностями, которые Санта-Барбара дает человеку вроде него, не сравнится ничто. Каждый год отсюда уезжают выпускники, и на их место приезжают восьмиклассники. Обновление идет непрерывно, постоянен лишь он, Чарли Мендес. Он смотрит. Ждет. Выбирает момент. Не упускает шанса пополнить свою коллекцию.

Чарли посмотрел на часы – совершенно не серферские «Ролекс Ойстер Сумбаринер» за пять тысяч долларов. Еще рано. Сейчас он пойдет домой и подготовится, а позднее, часов в одиннадцать, вернется проверить, что сулит ему вечер. Завтра студенты начнут разъезжаться, и Санта-Барбара за пару дней превратится из университетского города в туристический. Один за другим появятся жители Лос-Анджелеса и Сан-Франциско, имеющие здесь дачи. Хотя они Мендесу ни к чему – только заполонят пляж, у которого он по утрам занимается серфингом, и вообще подпортят ему жизнь.

Одним словом, эту ночь надо использовать по полной. Надо сделать ее яркой и незабываемой, чтобы хватило на долгие месяцы одинокого лета, пока к осеннему семестру не подтянется молодняк.

Чарли подошел к своей машине – «Астон Мартину», красному кабриолету с низкой посадкой, прыгнул на водительское сиденье и завел мотор. Он поехал по побережью на север, чтобы подготовить почву для предстоящего действа.

Шестнадцать месяцев спустя

Лос-Анджелес, Калифорния

С бешено колотящимся сердцем Мелисса Уорнер проталкивалась к сцене. Прямо над ней милый темнокожий паренек в мешковатых джинсах и майке с символикой «Лос-Анджелес Лейкерс» пел в стиле рэп о шлюшках и потаскушках, чуть поодаль крутились два диджея в таком же наряде, а справа и слева от рэпера извивались, явно кайфуя от каждого слова, десяток танцовщиц в нарядах в стиле БДСМ.

Читать дальше КОНЕЦ ОЗНАКОМИТЕЛЬНОГО ОТРЫВКА Вы можете купить эту книгу и продолжить чтение Хотите узнать цену? ДА, ХОЧУ

libcat.ru

Дар Дьявола

Sean Black: The Devil’s Bounty

Copyright © Sean Black 2012. First published in Great Britain in 2012 by Bantam Press an imprint of Transworld Publishers.

© Перевод на русский язык, Терехина Ж.А., 2013

© Издание на русском языке, оформление ООО «Издательство «Э», 2017

Пролог

Санта-Барбара, Калифорния

Вечер пятницы. Восемь часов. Бары и клубы Стейт-стрит уже наполняются посетителями. Три студента, шатаясь, выползли из ирландского паба «Джеймс Джойс» и устроили на тротуаре веселую кучу-малу. Один из них стиснул приятелей в «стальном зажиме». Перед входом в ночной клуб «Велвет Джонс» вышибала потребовал документы у студента и студентки, рассмотрел их с преувеличенной тщательностью, потом отцепил красный канат и пропустил юнцов, даром что удостоверения личности наверняка были поддельными. Под его пристальным взглядом парочка шмыгнула в клуб.

Сцены безобидного студенческого кутежа разыгрывались на всем протяжении главной клубной улицы города. Сколько помнят старожилы богатого калифорнийского побережья, такое бывает каждый год.

Чарли Мендес наблюдал за происходящим, застыв на пересечении Стейт-стрит и Уэст-Харли-стрит. Из закатанного рукава футболки он вытащил сигарету «Мальборо», из бокового кармана джинсов – зажигалку «Картье» и закурил. Чарли сделал пару глубоких затяжек и принялся разглядывать улицу. Мимо пронеслась стайка девчонок, и одна длинноногая брюнетка улыбнулась ему. В ответ Мендес подарил ей фирменный оскал калифорнийского серфера и провел рукой по своим густым светлым кудрям. Брюнетка захихикала, хотела что-то сказать, но подруга схватила ее за локоть и потащила за собой.

Чарли вытащил маленький цифровик, который всюду носил с собой именно ради таких ситуаций, и крикнул:

– Эй, красотка, улыбочку!

Сальная реплика и предложение сфоткаться для большинства ровесников этого человека были чреваты поднятием среднего пальца и презрительным взглядом, только Чарли к большинству не относился. Лет в двадцать он небезуспешно работал моделью в Нью-Йорке. Вопреки нездоровому образу жизни красота его не исчезла, а лишь немного поблекла. Загорелое лицо Мендеса источало зрелую мужественность, а его зубам и волосам не грех было и позавидовать.

Брюнетка покраснела, что-то шепнула подружке и упорхнула.

Мужчина просмотрел отснятые кадры. Девчонка явно испугалась вспышки и закрыла глаза. М-м-м, как многообещающе – Мендес аж содрогнулся от предвкушения.

Чарли жил ради таких вечеров. В своем родном городе он любил многое, но с возможностями, которые Санта-Барбара дает человеку вроде него, не сравнится ничто. Каждый год отсюда уезжают выпускники, и на их место приезжают восьмиклассники. Обновление идет непрерывно, постоянен лишь он, Чарли Мендес. Он смотрит. Ждет. Выбирает момент. Не упускает шанса пополнить свою коллекцию.

Чарли посмотрел на часы – совершенно не серферские «Ролекс Ойстер Сумбаринер» за пять тысяч долларов. Еще рано. Сейчас он пойдет домой и подготовится, а позднее, часов в одиннадцать, вернется проверить, что сулит ему вечер. Завтра студенты начнут разъезжаться, и Санта-Барбара за пару дней превратится из университетского города в туристический. Один за другим появятся жители Лос-Анджелеса и Сан-Франциско, имеющие здесь дачи. Хотя они Мендесу ни к чему – только заполонят пляж, у которого он по утрам занимается серфингом, и вообще подпортят ему жизнь.

Одним словом, эту ночь надо использовать по полной. Надо сделать ее яркой и незабываемой, чтобы хватило на долгие месяцы одинокого лета, пока к осеннему семестру не подтянется молодняк.

Чарли подошел к своей машине – «Астон Мартину», красному кабриолету с низкой посадкой, прыгнул на водительское сиденье и завел мотор. Он поехал по побережью на север, чтобы подготовить почву для предстоящего действа.

Часть I
1

Шестнадцать месяцев спустя

Лос-Анджелес, Калифорния

С бешено колотящимся сердцем Мелисса Уорнер проталкивалась к сцене. Прямо над ней милый темнокожий паренек в мешковатых джинсах и майке с символикой «Лос-Анджелес Лейкерс» пел в стиле рэп о шлюшках и потаскушках, чуть поодаль крутились два диджея в таком же наряде, а справа и слева от рэпера извивались, явно кайфуя от каждого слова, десяток танцовщиц в нарядах в стиле БДСМ.

 Шлюшки, шлюшки,Потаскушки,Всем вам подавай одно.  

Два ярких прожектора зигзагами скользили по толпе, набившейся в зал. Басы пульсировали так, что Мелиссе казалось, будто бы пол содрогается в такт с ними. Одной рукой рэпер схватился за мошонку, другой стиснул пачку долларов и помахал купюрами. Его публика, в основном белые подростки из пригорода, вопила, восторгаясь песней. Кем это «произведение искусства» делало их сестер и матерей? Проститутками. Кусками мяса. Убогими тварями, умеющими лишь одно. «Не отвлекайся! – велела себе Уорнер. – Вспомни, для чего ты здесь. Чтобы найти его».

Разве легко его искать? Ничего подобного! Но Мелисса упрямо шла по следу, хотя все вокруг говорили, что самое разумное – забыть. Еще немного, и ей воздастся за упорство. Он рядом. Он… Человек, который поможет ей восстановить справедливость и, вероятно, начать новую жизнь.

Она заглянула за перегородку на дюжих секьюрити в футболках. Человека, которого она искала, среди них не оказалось. Словно пловец, мисс Уорнер работала руками, ныряла под занесенные локти, чтобы отодвинуться от сцены и завоевать себе немного свободного пространства. От давки ее замутило, и у нее закружилась голова. Мелисса жадно глотала воздух, вот только горячей влаги в нем было куда больше, чем кислорода. «Сейчас отключусь», – запаниковала было она, но в тот же момент очутилась в свободном закутке.

У барьера скучал секьюрити в футболке с промотура «Тройного К», что в переводе на общечеловеческий означало «Команда Комптонского Клоуна», с удостоверением на черном шелковом шнурке. Деревянная аппарель за его спиной вела за кулисы. Мелисса вытащила сотовый, разыскала единственный, с трудом добытый снимок того человека и показала его секьюрити. Тот лишь пожал плечами:

– Не знаю этого типа.

– Но вы должны знать, – настаивала Уорнер. – Он здесь начальник охраны.

– Не-а, не он.

– Я имела в виду охрану группы.

– О группе знать ничего не знаю.

Мелисса встала на цыпочки, чтобы заглянуть за кулисы, но охранник тотчас загородил ей обзор. Подмышки у него быстро темнели от пота. Девушка уловила терпкий запах мужского тела, и ее снова замутило.

– Хочешь за кулисы заглянуть? Могу устроить. Рэперов увидишь. – Секьюрити кивнул на сцену. – Не просто так, конечно, – добавил он, не сводя глаз с груди собеседницы.

Мелисса отступила на шаг и зажмурилась, запрещая себе плакать. Знал бы этот тип, что с ней делает его похоть! Хоть каплю ее боли почувствовал бы… Она разлепила веки, но секьюрити уже отвлекся. Он командовал кем-то по рации и вглядывался в толпу.

Мисс Уорнер обернулась. Клаберы разбегались. Музыка еще лилась из колонок, но рэпер больше не пел. Он стоял на краешке сцены и призывал свою публику к порядку:

– Эй, вы, успокойтесь! Да успокойтесь же!

Перехватив взгляд охранника, девушка увидела, как подростки в страхе несутся кто куда, будто мелкие рыбешки от акулы.

Она подалась вперед, чтобы присмотреться.

«Акул» было пять – молодые латиноамериканцы в синих шляпах и банданах. Ясно, группировка… Сквозь толпу они буквально продирались: здесь толкнут, там пнут – и так с любым, кто попадется под руку. Паренек лет семнадцати получил кулаком по лицу и упал. К нему тут же бросились три латиноса и начали пинать его – кто в голову, кто в живот. Другие клаберы использовались, чтобы удержать равновесие или чтобы оттолкнуться от них и пнуть упавшего еще сильнее. Один латинос стоял чуть поодаль. Совершенно неподвижный, он взирал на побоище с холодным равнодушием. Как ни странно, именно он командовал «акулами», которые были куда выше и здоровее его. Вот он что-то крикнул трем молодчикам, и те мгновенно перестали терзать несчастного.

Лидер напавших на клуб поднял голову. Оказалось, что это вовсе не парень. Побоищем командовала девушка. Абсолютно спокойная среди творящегося вокруг бесчинства, она обвела взглядом танцпол. Рэпер с группой удрали за кулисы, а из-за барьера прибежали секьюрити, тщетно пытавшиеся восстановить порядок.

Девушка заметила Мелиссу, перехватила ее взгляд и показала на нее пальцем. Теперь та догадалась, что происходящее здесь не случайность. Молодые латиносы появились в клубе не просто так. Она искала здесь его, поэтому они искали здесь ее. Мисс Уорнер попятилась и отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в металлический барьер.

Латиносы быстро подавили вялое сопротивление толпы и устремились к Мелиссе. Несчастная похолодела от ужаса: на ее глазах лидер группировки задрала футболку, показав черную рукоять пистолета.

Жуткое зрелище вернуло девушку к реальности. Она огляделась в поисках пожарного выхода. Вон он, одностворчатая дверь ярдах в двадцати от нее!

Она рванула к выходу, не решаясь оглянуться. Если она выскользнет за дверь, то доберется до стоянки. А если доберется до стоянки, то юркнет в машину и уедет.

Поиски брошены – Мелисса Уорнер вылетела за дверь навстречу теплой лос-анджелесской ночи.

Нужно найти его, то есть дожить до того момента, когда они встретятся. А потом будь что будет!

2

В каждом новом деле Райан Лок прежде всего обращал внимание на два аспекта. Во-первых, на отсутствие нормального – на исчезновение секьюрити на посту, на пустое место в кабинете, где прежде находилась камера слежения, на тишину во внутреннем дворе, который обычно сторожит злющий доберман, и так далее. Во-вторых, на присутствие ненормального, странного, из ряда вон выходящего – на незнакомую машину у школы в час окончания уроков, на новую крышку люка на пути следования парада…

Тем вечером Лок осматривал фойе отеля, битком набитое пришедшими на вечеринку после концерта дважды платиновой рэп-группы «Тройное К» – его нынешних клиентов – и увидел кое-что, а точнее, кое-кого, явно попадающего под вторую категорию. Никем не замеченная молодая женщина вошла через вращающуюся дверь и остановилась. Судя по мечущемуся взгляду, она кого-то разыскивала.

Само по себе ее появление не удивляло. На вечеринках «Тройного К» девушек хоть отбавляй. По наблюдениям Лока, в среднем их раз в шесть больше, чем парней. Но такой, как молодая особа, которая пробиралась к нему через толпу, на вечеринках этой группы охранник не встречал.

Прежде всего, волосы у девушки были красиво уложены, а не липли ко лбу неопрятным войлоком. У фанаток рэпа всегда блестят глаза – от возбуждения или от избытка алкоголя, а у этой особы они казались кукольными, тусклыми и безжизненными. А еще у фанаток не хлещет из живота кровь, не течет по ногам и густыми алыми каплями не капает на беломраморный пол фойе. Казалось, что вместе с этой девушкой по отелю бредет тишина. Бокалы и стаканы замирали у самых губ. Глаза вылезали из орбит. Люди невольно отшатывались, освобождая проход, а кровь все текла. На полу появилась алая дорожка.

Среди всеобщего замешательства среагировал лишь Райан. Он снял пиджак и повернулся к высоченному афроамериканцу Таю Джонсону, своему напарнику и лучшему другу:

– Отведи ребят в номер.

На том концерте пару раз дошло до потасовки – возможно, группировки разбирались друг с другом, – и телохранитель не желал рисковать. Бывший морпех Тай быстро повел музыкантов и администраторов группы к лифтам. Их побег оборвал тишину – вокруг зароптали, забеспокоились. Райан бросился к раненой девушке и настиг ее за четыре широких шага.

Незнакомка сгорбилась и мелко дрожала. Когда Лок потянулся к ней, она содрогнулась особенно сильно. Несчастная морщилась от боли, когда он осторожно подвел ее к ближайшему диванчику и постарался успокоить.

На блузке у девушки Райан заметил отверстие с обугленными краями, из которого текла кровь. Пулевое ранение, других вариантов нет. Один внимательный взгляд, и охранник, смяв пиджак, приложил его к ране. Девушка вскрикнула от боли, но он успокоил ее.

В их сторону, недовольно поджав губы, двинулся администратор отеля. Кровь испачкала сверкавший чистотой пол, а теперь и дизайнерский диванчик. Администратор посмотрел на Райана и кивнул сперва на девушку, потом на дверь: давай, мол, уведи ее. Лок спокойно встретил его взгляд. Большего не требовалось. Голубые глаза телохранителя вспыхнули от гнева – как всегда, когда при нем плевали на чужую жизнь. Жуткое вышло зрелище.

Служащий отеля густо покраснел.

– Вызовите неотложку! – велел ему Лок. – Объясните, что у нас девушка с пулевым ранением. Она потеряла много крови.

Администратор убежал, а Райан оглядел фойе. Фанатов почти не осталось. К стене жалась стайка нарядных девчонок – на вид им было чуть за двадцать.

– Девушки, нет у кого тампона или прокладки? – громко спросил охранник. Девицы взирали на него в немом ужасе. – Мать вашу, в сумочки загляните! – заорал он.

Стройная блондинка в черном платье для коктейлей вытащила пачку тампонов:

– Такие подойдут?

– Отлично, тащи сюда.

Блондинка проковыляла к нему на высоких каблуках. Тампон, по-прежнему в обертке, она держала в вытянутой руке, зажав большим и указательным пальцами.

– Сними упаковку! – гаркнул Лок. – И найди антисептик.

– У меня есть, – пискнула девушка с азиатской внешностью.

– Чудесно, давай сюда, – скомандовал мужчина и снова повернулся к раненой. – Так, сейчас я уберу пиджак, сниму тебе блузку и заткну рану. Постараюсь аккуратнее, но больно будет.

Взгляд девушки скользил по его лицу, как палец туриста по карте местности. Зрачки чуть расширились – в глаза словно вернулась жизнь. Вблизи девушка показалась моложе, чем Лок сперва подумал. Ей было лет девятнадцать, максимум двадцать. Бледная желтоватая кожа, тонкие черты лица, ярко-зеленые глаза и темно-русые, с каштановым отливом волосы. Она кивнула, и Райан перевел взгляд на блондинку, которая подала ему тампон:

– Как тебя зовут?

– Эшли.

– Эшли, крепко держи пиджак, чтобы с места не сдвинулся.

– Да… Но кровь… Вдруг у нее… ну… инфекция? – задрожала девушка.

Лок смерил ее таким же взглядом, как администратора:

– Если не остановим кровь, она умрет от кровопотери прямо на наших глазах. Так что, пожалуйста, делай, что говорят.

Блондинка кивнула. Райан подставил ладони, и азиатка прыснула на них четыре порции антисептика.

– Эшли, убери пиджак и давай сюда тампон, – скомандовал Лок, растирая антисептик.

Его помощница послушалась, и он аккуратно отодрал хлопковую блузку от края раны. Это была страшная дыра диаметром в полдюйма, но Райан видел и пострашнее. Очевидно, пуля осталась внутри. Хорошо, что рана не сквозная, не то пришлось бы зажимать в двух местах. Лок вытянул голубой шнур тампона и прижал его к ране. Тампон тут же начал впитывать кровь и расширяться, заполняя дыру в животе девушки. Кровь все еще медленно текла из раны, но секундами раньше она лилась ручьем. Райан глянул на администратора – тот сидел с телефонной трубкой у уха.

– Уже едут, – сказал он охраннику.

– Когда будут? – уточнил тот, и служащий снова взялся за телефон.

Райан сложил известные ему факты. Где стреляли в девушку и когда? Жизнь и смерть будут разделять не минуты, а секунды.

– Мистер Лок! – вдруг позвала его раненая, глотая слезы.

Этой девушке известно его имя. Они уже встречались? Райан порылся в памяти. Нет, вряд ли, хотя какие-то ассоциации она и правда у него вызывала. Это она была на концерте? Стояла у служебного входа? Чего он только ни видел за последний месяц! На какие только ухищрения не шли девчонки ради внимания «Тройного К»! Не говоря уже о недавней разборке группировок…

– Ты меня искала? – спросил телохранитель.

Подбородок девушки опустился на грудь.

– Они… хотели… помешать мне, – пролепетала она еле слышно.

– Кто? Кто хотел тебе помешать?

– Он их подослал. Вынуждает меня бросить поиски, но я не брошу.

У Лока аж волосы на затылке зашевелились. Он посмотрел на медленно рассеивающуюся толпу. Фанаты украдкой оглядывались. У кого-то в глазах читалось любопытство, у кого-то – отвращение. Из общей массы никто не выделялся. Явной угрозы никто не представлял.

– Кто? Кто этого хочет? – опасливо допытывался Райан.

В ответ девушка зашевелила губами, но имя так и не произнесла.

– Он тебя преследует?

Девушка покачала головой, и в ее взгляд вернулась отрешенность.

– Поймайте его! – прошептала она.

Терпение Лока таяло.

– Не знаю ни кто ты, ни в чем здесь дело, но я не коп и людей не ловлю. Я их охраняю.

– Потому для этого нужны именно вы.

– Для чего «для этого»?

– Для того, чтобы вернуть его.

Девушка говорила загадками. Из каждого ее ответа выплывали новые вопросы.

– Кого вернуть? – спросил охранник растерянно.

– Джо пробовал, но его убили.

– Джо? Так зовут человека, которого я должен поймать?

– Это несправедливо! Он должен сидеть в тюрьме за свои поступки!

– Да о ком ты?

Девушка буравила Лока взглядом, но вот ее глаза вспыхнули, как вспыхивают свечи, прежде чем их затушит сквозняк:

– Вы – мой последний шанс. Если не поймаете его и не вернете, они меня убьют.

Лок старательно зажимал ей рану, но свеча гасла. У девушки закрывались глаза. Если позволить ей отключиться, живой она до больницы не доедет. Нужно тормошить ее, нужно с ней разговаривать.

– Слушай, начнем-ка сначала. Как тебя зовут? – поинтересовался он.

Глаза раненой сфокусировались. Хороший знак.

– Мелисса, – ответила она.

Ура, маленькая победа!

– Ну, Мелисса, я поеду с тобой в больницу, и по пути ты все мне расскажешь. Сейчас начнем с начала, ладно?

– Ладно.

Райан повернулся к администратору:

– ОВП[1]1   Ожидаемое время прибытия.

[Закрыть]

?

Тот ответил непонимающим взглядом.

– Когда «Скорая» приедет? – пояснил охранник.

– Сказали, минут через десять.

Лок снова занялся арифметикой. Неотложка едет из городской больницы, значит, понадобится еще минут десять. Двадцать минут раненая не протянет.

Райан поднял девушку на руки и побежал к двери, отчаянно стараясь не поскользнуться на окровавленном полу.

3

С бесконечной осторожностью Лок усадил Мелиссу на переднее пассажирское сиденье. Стоило ей шевельнуться, и она стонала. Но Райан отрешился от этого жалобного звука. Чтобы раненая выжила, нужно думать, как доставить ее в больницу, а все прочее отсечь.

Один козырь у него был. Охранник заранее подготовился к концерту «Тройного К», поэтому знал, где находится ближайший пункт «Скорой помощи» – в Медицинском центре Калифорнийского университета – и как быстрее всего добраться туда из отеля. Он завел машину – черная «Ауди А6» – и погнал по бульвару Уилшир. Впереди едва полз «Лексус». Райан подрезал его и, прорвавшись в левый ряд, еще сильнее надавил на педаль газа.

На перекрестке Уилшира и Беверли-Глен загорелся зеленый свет. Лок пролетел через него, не сбавляя скорости, но впереди, за перекрестком, обе полосы стояли намертво. Выручила поворотная полоса – телохранитель объехал пробку, а когда на очередном светофоре загорелся зеленый, подрезал стоящие впереди машины.

Пара водителей засигналила, но Лок, не обращая внимания, ехал дальше. Дальше на дороге было свободно. Райан чуть притормозил, чтобы свернуть на бульвар Уэствуд.

Девушка шевельнулась и застонала.

– Мелисса, не засыпай, ладно? – попросил ее водитель.

– Очень больно.

Лок переключил передачу и протянул пассажирке руку:

– Ты держишься молодцом.

– Сезар Мендес, – проговорила Мелисса, сжав его ладонь.

Имя всплыло откуда ни возьмись. Раненая побледнела как полотно – даже губы у нее стали бесцветными, а это плохой признак.

– Кто-кто? – переспросил Райан.

– Сезар Мендес. Все зовут его Чарли, – отозвалась девушка. – Этого человека я прошу вас найти. Разыщите его, верните обратно.

Лок отвлекся буквально на секунду, но этого хватило, чтобы колесо «Ауди» угодило в выбоину. Мелисса вскрикнула и вцепилась ногтями ему в руку.

– Если надо, царапай, не стесняйся, – проговорил охранник, не обращая внимания на боль. Раненая раздирала ему кожу. – Чарли? Это он в тебя стрелял?

Ответа не последовало. Райана радовало, что девушка сжимает ему руку. Через полквартала с правой стороны уже просматривался главный вход в больницу.

Лок рискнул еще раз взглянуть на Мелиссу. Опущенные веки пассажирки трепетали. Шофер нажал на кнопку, чтобы приоткрыть окно с ее стороны и проветрить салон.

– Мелисса, слышишь меня? – позвал он. – Ты только не спи, ладно? Мы почти на месте.

Райан погнал к больнице, то и дело поглядывая на девушку. Та отчаянно старалась не потерять сознание.

Скрипя тормозами, «Ауди» остановилась у главного входа, где стоянка запрещалась. Секьюрити вырос словно из-под земли и заорал, требуя переставить машину. Лок его проигнорировал: он выбрался из салона и скорее бросился к пассажирской двери. Он отстегнул ремень безопасности и, чертыхаясь, вытащил девушку.

С Мелиссой на руках он побежал в приемную неотложной помощи. Она закрыла глаза и перестала дышать.

Page 2

Каждый раз, когда дверь открывалась, Джулия вздрагивала. Сдержаться у нее не получалось, такой страшный был этот звук. Дверь стонала, точно срывалась с петель, и пленница чувствовала, что будет помнить этот стон долго – если выживет.

Над ней возвышался немолодой мексиканец: ноги на ширине плеч, грудь колесом. Говорил он на хорошем английском, хотя и с акцентом.

– Джулия! – позвал он.

Девушка открыла глаза и посмотрела на него:

– Что?

– Сейчас я сниму наручники. Ты сходишь в уборную и сполоснешься под душем. Предупреждаю: о побеге не думай, ничего не получится. Ты выберешься отсюда, только если я позволю, поняла?

После таких слов похищенная едва не разрыдалась: горло у нее сжалось, а глаза наполнились слезами. Виной тому были мысли о доме, о конце этого кошмара. Но Фишер решительно их подавила. Она не сломается, только не перед этим мексиканцем! Когда все это случилось, она не сломалась, потому что думала о другом. Тогда она справилась: пленница понимала, что происходит, но не могла поверить в реальность этого.

– Да, конечно, – отозвалась она.

– Вот и хорошо. Если будешь слушаться, вернешься домой. Но сперва тебе нужно вымыться.

Мексиканец, опустившись на колени, освободил ей руки и ноги. Джулия заметила, как осторожно он снимает путы – стоит поодаль, чтобы она не пнула его и не стукнула. Лодыжки и запястья у нее посинели, а ступни и икры девушка перестала чувствовать еще несколько часов назад. Она пошевелила пальцами, а потом растерла онемевшие ноги.

– Ничего страшного, не спеши, – сказал ее тюремщик.

Наконец Джулия почувствовала, что сумеет встать – она прижала ладони к полу и начала подниматься.

– Давай я помогу. – Незнакомец поднял ее, поддерживая за подмышки. Пленница едва не отпрянула, но стоило ей выпрямиться, как мужчина отпустил. – По лестнице сможешь идти? – Он был сама вежливость и забота. Ситуация казалась совершенно нереальной, и девушка ждала, что вот-вот проснется в отеле.

На лестнице мексиканец держался за спиной Джулии. Его присутствие не пугало, а, скорее, успокаивало. Лестница упиралась в дверь, которая оказалась приоткрытой. Похищенная двинулась по длинному коридору. Где-то на середине пути тюремщик похлопал ее по локтю. Фишер обернулась – он протягивал ей темные очки.

– Ты долго сидела в темноте, солнце может повредить глаза, – сказал мексиканец.

Джулия надела очки – в коридоре потемнело, не ненамного. Ее спутник направил ее к двери, и они оказались в другом коридоре. Там они прошли мимо большой комнаты: дверь была открыли, и в окно комнаты лилось солнце. Мексиканец был прав: без очков девушка ослепла бы. Она почувствовала дуновение ветерка, и к горлу у нее подкатил комок. За окном выводила переливчатую трель какая-то птица. Лишь сейчас Фишер поняла, что в темной тюрьме не слышала никакого внешнего шума: ни птичьего пения, ни шагов – наверняка ее комната была звукоизолированная.

За дверью в это просторное помещение виднелась еще одна дверь. Мексиканец торопливо распахнул ее – за ней оказалась большая, выложенная кафелем ванная.

– Можешь закрыться изнутри и помыться, никого не стесняясь. Только, пожалуйста, не забывай, что я говорил про побег. Отсюда ты выберешься, только если будешь выполнять мои приказы, – повторил незнакомец.

Джулия прошла в ванную. Там была ванна, отдельный душ, а еще раковина, унитаз и даже биде, а кафель на стенах был зеленым, желтым и красным. Дверь закрылась, и девушка машинально повернула ключ в замке. Так из одной запертой комнаты она попала в другую, только теперь заперла дверь сама.

Пока ванна наполнялась, Фишер села на унитаз и подумала о том, что сказал мексиканец. Если слушаться и не пытаться сбежать, ее отпустят. Казалось, этот человек говорил искренне, но пленница и не подумала расспрашивать его.

43

По дороге в маленький курортный отель Рафаэла собиралась с духом. Для тех, кто не знает, что случилось с любимым человеком, надежда препятствует возвращению в нормальную жизнь. Со временем надежда мутирует в нечто злокачественное, в эмоцию-тупик. Примеров этого Карчарон видела столько, что и вспоминать не хотелось. Как ни банально, самое страшное в похищении – неизвестность. Труп – это всегда определенность, а определенность – это точка отсчета. Чем скорее начнешь горевать, тем скорее пройдет острая фаза. Нет, родителям, потерявшим ребенка, от горя не избавиться, но знание того, как любимый человек провел свои последние часы, лучше плодов измученного воображения.

Разумеется, родители Джулии были пока в самом начале пути. Надежда, причем вполне реальная, еще не покинула их. Охвативший их кромешный мрак еще разбавлялся лучиком света. Рафаэле надлежало убедить их, что лучший способ сохранить этот лучик – внять ее совету, а посоветовать она собиралась нечто кардинально противоречащее родительскому инстинкту. Пока им не следовало делать абсолютно ничего. Никакого общения с прессой. Никаких громких заявлений. Никаких попыток привлечь внимание к своей беде. Все это могло спровоцировать гибель похищенной, если она еще не погибла.

Родители Джулии и молодой представитель американского консульства сидели на залитой солнцем террасе, а служащие отеля суетились вокруг их столика и встревоженно переглядывались. Человек ведь не просто пропал, а, предположительно, был похищен. Казалось, в Мексику нагрянули богатые родственники и, невольно разворошив грязное белье, окончательно убедились в полной никчемности ее жителей.

Отец Джулии разменял шестой десяток. Он был высоким и поджарым, с гривой седых волос и носил очки без оправы. Мать, рыжеватая блондинка, собирала волосы в конский хвост. Рафаэле она показалась года на два моложе супруга. Миссис Фишер сжимала в руках фотографию дочери, снимок, который сделали всего пару дней назад. На нем Джулия стояла рядом с отцом и прикрывала глаза рукой. На заднем плане виднелся бассейн, рядом с которым они сейчас сидели. Расслабленная, загорелая, счастливая девушка растянула губы в чересчур открытой улыбке. Было ясно, что эта молодая особа прекрасно понимает, что почти самостоятельна, вот родители за нее и цепляются.

Для начала попросила мистера Джона Фишера вспомнить подробности вечера, когда исчезла его дочь. Она слушала не перебивая. Пересказывать неприятные события в очередной раз отцу девушки совершенно не хотелось. Ему хотелось вернуть дочь.

Рафаэла делала пометки в блокноте. Молодой человек из консульства принялся барабанить пальцами по столу, но под взглядом матери похищенной остановился. У мистера Фишера дрожал голос: он рассказывал, где и когда видел дочь в последний раз.

Карчарон откашлялась и поблагодарила несчастных родителей за терпение. Теперь следовало их утешить.

– Поисками вашей дочери уже занимается десяток полицейских. Хочу заверить вас и американское правительство, что к делу мы относимся очень серьезно. Сомнений быть просто не должно.

– Думаете, с Джулией что-то случилось? – спросила миссис Фишер, подавшись вперед.

Проблема заключалась в том, что Рафаэла не просто думала, а знала: эта девушка в беде. Только поможет ли ее знание Фишерам?

Сотрудница полиции выпрямила спину и заглянула женщине в глаза:

– Точно я знаю только одно: ваша дочь пропала.

Мистер Фишер словно окаменел:

– Я вам не верю.

– Полагаю, пока нам нужно… – начал представитель консульства.

– Ни секунды я мексиканцам не верю. – Отец Джулии пригвоздил Рафаэлу взглядом. Пульс у нее буквально зашкаливал. – Вам что-то известно. Не отпирайтесь, по глазам вижу! – Он схватил женщину за руку.

– Джон, пожалуйста! – воскликнула его жена.

Карчарон быстро сориентировалась:

– Определенно я ничего не скажу, а вот подозрения, основанные на недавних событиях, у меня есть.

Мистер Фишер ослабил хватку, наверняка почувствовав: сейчас он что-то узнает:

– Что за события?

– В последнее время участились похищения с требованием выкупа. Я не утверждаю, что случилось именно это, но возможности такой не исключаю.

Джон отпустил ее и ссутулился:

– Я заплачу́ любую сумму. Слышите меня? Продам дом, если понадобится, возьму кредит.

– Может, дело и не в этом, хотя, как я объяснила, сейчас такое не редкость. Если Джулию похитили, в ваших силах мне помочь.

В глазах Фишера стояли слезы, и он смахнул их рукавом:

– Как?

– Для начала избегайте контактов с прессой. Зачастую подобные дела можно решить без шумихи, которая напугает похитителя, – ответила Рафаэла.

Служащий консульства поднял руку, раскрыв ладонь:

– Она права. Здесь очень важна осторожность.

– Если мы последуем вашим советам, нам вернут Джулию? – допытывался Джон.

– Обещать не могу, это было бы нечестно. Но шансы, безусловно, возрастут, – заверила его.

Мистер Фишер низко опустил голову и взял жену за руку:

– Мы понимаем.

Выехав за территорию отеля, Рафаэла остановилась. Она могла сказать Фишерам, где и с кем в последний раз видели их дочь. Могла сказать и это, и другое. Хотелось бы ей знать правду на их месте? Да, несомненно. По какому же праву она скрыла ее от этих людей? По какому праву взяла решение на себя?

Слишком много вопросов. Интересно, а режиссеры этих преступлений просчитывают каждый свой шаг? Ничего подобного, они просто выполняют намеченное!

Карчарон собралась повернуть ключ зажигания, но в последний момент остановилась. Надо же, чуть не забыла о том, что давно вошло в привычку! Она распахнула водительскую дверь, взяла зеркало, которое держала на заднем сиденье, и заглянула под машину.

Муж Рафаэлы погиб четыре года назад, когда картели резко активизировались. Под его машину заложили бомбу. Он был спецкором газеты, специализировался на криминальных новостях и поначалу писал о картелях практически безнаказанно. Волна насилия и неспособность политиков и правительства ее обуздать вызвали мощный общественный протест. Картели, в свою очередь, стали острее реагировать на пиар. Словно напористые знаменитости, они хотели использовать СМИ себе в угоду. Мужу Рафаэлы угрожали дважды, а на третий раз исполнили обещание и подорвали его. Карчарон знала, кто заложил бомбу, но, как она сказала Локу, знать недостаточно, особенно если у фигуранта есть власть и связи.

Бомбы под ее автомобилем, к счастью, не оказалось. Женщина села за руль, завела мотор и поехала прочь от отеля и от горя Фишеров. «Хватит вопросов, – решила она. – Их время прошло».

44

Они встретились в частном обеденном зале в глубине ресторана. Первым явился Габриэль Сапатеро, шеф местной полиции. Он скользнул за стол и тотчас заказал виски, который испарился, едва его принесли. Та же участь постигла и вторую порцию, потом третью…

Через пять минут приехал Мануэль Манагуа. Профессиональный политик до мозга костей тепло поприветствовал официантку – расцеловал в обе щеки и пожал руку, – а потом стал изучать меню, глядя поверх очков в роговой оправе. Сапатеро частенько представлял, как Манагуа за завтраком пожимает руки своим детям и сулит им печенье в обмен на поддержку. Тем не менее на их маленьких праздниках Мануэль появлялся с завидной регулярностью. Хотя если о его участии в них просочится хоть какая-то информация – его политической карьере конец.

Сапатеро удивлялся поведению Манагуа, пока Федерико, его друг детства, не объяснил, что многие политики балуются саморазрушением, а то и играют в опасные игры. Мануэль баловался совершенно беззастенчиво, но Федерико заметил, что так кажется лишь в данный исторический момент. По сравнению с Римской империей при Калигуле или с Римско-католической церковью при Борджиа ничего страшного в его делишках нет. Богатых всегда привлекали греховные удовольствия, так что удивляться нечему.

Пока Манагуа разбирался с меню, в сопровождении двух телохранителей прибыл и Федерико Тибиалис, босс всех боссов. Разумеется, официально его сопровождающие назывались охранниками, однако этого человека охраняли по-особому. Близкие шутили, что, проснувшись ночью, он видит рядом не жену или любовницу, а телохранителя. Тибиалис сел, отпустив своих спутников – один теперь встанет у двери в закрытый обеденный зал, а другой – во внутреннем дворе. Официантки забрали меню, приняли заказы и налили вино, а когда они удалились, Манагуа снял очки и протер стекла. Сапатеро проверял почту на «Блэкберри», пока не перехватил выразительный взгляд Федерико. Конец связи: по негласному правилу на время встреч сотовые отключались.

– В газетах пишут, что пропала молодая американка, – начал наконец Тибиалис, скользнув взглядом по присутствующим и остановив его на стене из беленого камня.

Начальник полиции откашлялся, периодически поглядывая на отключенный «Блэкберри».

– Дело ведет мой лучший детектив, женщина. Семью пропавшей и американское правительство уже успокоили, – доложил он.

– Господи, куда мир катится? – вздохнул Федерико.

– Нельзя ли фотографию той американки? – спросил Мануэль, снова надев очки.

– Федерико, ты позволишь? – Сапатеро покосился на свой «Блэкберри».

Тибиалис кивнул, не сдержав улыбки. Все знали: Манагуа ни одной юбки не пропустит, настоящий Билл Клинтон!

Шеф полиции включил «Блэкберри», открыл электронную почту, вывел на дисплей фото девушки и передал смартфон политику.

– Хорошенькая, – отметил тот, присмотревшись. – Надеюсь, она еще жива.

– Еще жива, – задумчиво повторил Сапатеро. – Я тоже надеюсь, что она жива, хотя доподлинно мне ничего не известно. – Он взглянул на Федерико, который пристально смотрел на столовые приборы.

Манагуа отложил смартфон. Теперь девушка с фотографии смотрела на Сапатеро, но тот повернулся к своему старому другу. Что решит босс? Что поднимет, нож или вилку? Если нож, девушке позволят жить, по крайней мере, какое-то время и, разумеется, утолить аппетит Манагуа. Если вилку, американке конец.

Федерико барабанил пальцами по столу: большой палец его правой руки был рядом с вилкой, а мизинец – около ножа. Он глотнул красного вина, упиваясь вниманием присутствующих и ролью судьи, решающего, кому жить, а кому умереть. «Вот в чем суть», – подумал Сапатеро. Мануэль в их компании утолял свой волчий аппетит, но коноводил тут Тибиалис. Это он притащил первую девчонку, и он выпустил ситуацию из-под контроля, когда она захотела сбежать из спальни. Он мог в любую минуту сказать: «Хорош», но не сказал: власть вскружила ему голову.

– Думаю, девушку вернут родителям, – изрек босс всех боссов, чуть заметно шевельнув пальцами.

– Живой или мертвой? – спросил Сапатеро, не выдержав напряжения. Ему ведь еще Гектора в известность ставить!

45

Сгустились сумерки. За весь день они увидели только садовника и несколько нечетких силуэтов в задней части дома. Звонила Рафаэла: она проверила два других объекта и обнаружила то же, что они, – ничего. Никаких следов девушки или Чарли Мендеса. Еще она сообщила напарникам, что босс назначил ее ответственной за поиски Джулии.

Лок надел парусиновую куртку, Тай вытащил из сумки радиопередатчик и кинул ему. Райан поймал его одной рукой.

– Уверен, что затея стоящая? – спросил Джонсон.

– Не-а, но это лучше, чем смотреть, как в бассейне тонут опавшие листья.

– Пойти с тобой? – предложил чернокожий охранник, ерзая на своем месте.

– Появишься по моему сигналу. – Райан надел бейсболку, пониже опустил козырек, проверил пистолет, настроил громкость передатчика и вышел из квартиры.

Он перепрыгивал через две ступеньки, стремясь отойти подальше от наблюдательного пункта прежде, чем его увидят. Но переживал он зря. Абсолютную пустоту лестницы и подъезда нарушали только несколько мешков с гниющим мусором у одной из дверей. Райан захватил мешки и, изображая добропорядочного жильца, двинулся на улицу.

Там тоже царила тишина. Под деревом затаился пес, поглядывая на пожарную колонку, что стояла у дома. Ясно, собака не знает, что делать, какое принять решение. Лок хорошо понимал, каково это.

Высокая стена вокруг особняка теперь была слева от него. С мешками мусора в руках Райан зашагал параллельно ей, но по другой стороне улицы, которая упиралась в узенький переулок. Там стояли мусорные баки. Телохранитель швырнул в них мешки и, вытирая руки о джинсы, украдкой посмотрел на передний фасад дома. Стена здесь сменялась металлической оградой, длиной футов восемьдесят, а потом начиналась снова, поворачивала на девяносто градусов и опоясывала дом.

У ворот скучал вооруженный охранник в черных брюках и черной футболке с эмблемой местной компании. Он, казалось, витал в облаках и даже не заметил присутствие чужака. Других охранников, видимо, не было. Райан зашагал обратно. Сумерки сменялись темнотой. С последними солнечными лучами таяло терпение Лока.

Что ж, кое-что интересное разведывательная вылазка принесла. Особняк было не разглядеть с улицы, но и из дома не просматривались ни улица, ни внешняя сторона стены. Камеры у ворот следили за въезжающими и выезжающими, зато остальные снимали исключительно внутреннюю территорию.

Райан отправил радиосигнал. Через две минуты из многоэтажки появился Тай. Он подсадил друга на стену и вернулся на наблюдательный пункт, откуда мог предупредить его об опасности.

Со стены Лок осмотрел двор, заросший изумрудной травой. Задний фасад дома оказался неожиданно близко. Свет в окнах не горел. Американец огляделся в поисках следящих устройств. Неподвижную камеру направили на бассейн, а к дому прикрепили два световых датчика движения. Похоже, балконная дверь была единственным входом в дом с заднего фасада.

Лок медленно сползал в кустарник, стараясь не делать резких движений и в то же время не оставлять надолго спину незащищенной. Приземлился он с тихим стуком, который показался ему оглушительным, хотя мягче не смогла бы спрыгнуть и кошка. Райан замер, прячась в кустарнике, и прислушался.

Футах в двадцати от него кто-то шаркал ногами. Телохранитель присел на корточки и машинально сжал рукоять «Зиг-Зауэра-226». Из-за угла показался мексиканец с автоматом Калашникова на ремне. Нормальные люди так борсетки носят! Лок мог следить за ним по огоньку сигариллы. Фунтов пятьдесят лишнего веса охранника не оставляли сомнений: он целиком полагается на автомат.

Мексиканец подошел к бассейну, расстегнул брюки, помочился в воду, а потом вздохнул с облегчением и зашагал прочь. Но на этом везение Лока не закончилось. Неожиданно для него включились световые датчики движения.

Райан выждал еще несколько минут, вышел из укрытия и медленно двинулся к задней стороне дома, старательно огибая зону покрытия камеры. Он вычислил ее по высоте, углу установки и фокусу объективов – а еще с учетом того, что в бассейн писали безнаказанно.

Подсветки на дне бассейна хватало, чтобы хорошенько рассмотреть окна. Судя по толщине и внешнему виду, стекло в них было взрывоустойчивым. Райан приближался к дому, стараясь не попасть в объектив камеры. У балконной двери он сложил пальцы биноклем, приставил к глазам и заглянул внутрь. Там он увидел большую гостиную с панорамным окном. На низеньком столе стояли пустые стаканы, бутылки и принадлежности для употребления наркотиков – здесь недавно была вечеринка.

Неожиданно загорелся свет. Лок прижался к стене и вытащил пистолет. Лишь через несколько секунд он понял, что это не внешний датчик движения сработал, а в гостиной включили освещение. Райану очень повезло, если его не заметили. А может, заметили и поднимают тревогу? Он вытянул шею и рискнул заглянуть в гостиную.

Вот она, пропавшая девушка, до нее пара дюймов взрывоустойчивого стекла и меньше пятнадцати футов ковра! Она в длинном цветастом платье, изможденная, хотя в целом выглядит прилично. И это было еще не все. За девушкой стоял Чарли Мендес, погрубевший, загорелый, но вполне узнаваемый. Между ними вклинился телохранитель.

Лок юркнул во тьму. От волнения он дрожал, словно от удара током. Райан понял, почему Брэди рискнул всем. Ощущение было непередаваемым.

– Они оба в доме, – сказал Райан Таю, включив рацию.

46

Вернувшись на свой наблюдательный пункт, Лок крепко задумался. Человек не хочет или не может выбраться из страны, значит, его придется вывозить силой, а для этого надо больше двух человек. Их же было всего двое – или трое, если считать Рафаэлу. Однако Райан предпочитал довольствоваться имеющимся, а не сетовать на невезение. При нормальных обстоятельствах для того, что они задумали, нужно человек тридцать: тогда все пройдет гладко, и можно говорить о безопасности. Разведывательная и штурмовая группы обычно действуют по отдельности. Назначаются ответственные за оружие, транспорт и так далее…

Для Райана с Таем ситуация усложнялась еще и тем, что субъектов, с которыми им предстояло работать, было два. Один, как надеялся Лок, сопротивления не окажет. Хотя отнюдь не факт: вдруг сломленная, подавленная похищением девушка уже сочувствует своим тюремщикам? А уж Мендес наверняка станет кричать и биться.

Напарники собрали вещи и ждали Рафаэлу.

– Мендеса пока по боку. Вытащим девушку, а с ним потом разберемся, – решил Райан.

Его другу явно не понравилось, что беглого преступника, ради которого они сюда явились, придется оставить.

– А обоих выдернуть не получится? – спросил он.

– Можно попробовать, но это сокращает наши шансы, а они без того не шибко велики.

– И он опять сбежит?

– Может, мы за ним вернемся?

– Не вернемся, мы оба это понимаем.

– Если Мендес замешан в похищении девушки, Госдепу придется оторвать жирный зад от кресла и заставить мексиканцев выдать беглеца.

– Или он удерет в Венесуэлу. Либо на Кубу смоется, – вставил Джонсон.

Лок застегнул сумку:

– Тай, ну чего ты от меня ждешь? Ситуация хреновая, но вытаскивать их обоих слишком рискованно.

– А как насчет Мелиссы и ее просьбы?

Повисла тишина. Райан покраснел и, сжав кулаки, двинулся на товарища:

– Мелисса погибла, и Кэрри тоже. Погибших не вернешь. А эта девушка жива. Мы можем ее спасти, тут и спорить не о чем.

Они так и стояли у двери, когда вошла Рафаэла.

– Я не вовремя? – спросила она, увидев ссорящихся друзей.

– Нет, все в порядке, – ответил Тайрон, опустив глаза. – Мы о делах говорим.

– И что теперь? – поинтересовалась женщина.

Лок сердито зыркнул на напарника.

– Идем за девушкой, – отозвался тот.

– Вам официально поручено найти Джулию Фишер, – с мрачной улыбкой напомнил Райан Рафаэле. – Проблем возникнуть не должно.

Карчарон улыбнулась в ответ. Все трое понимали: позвонить в дверь и потребовать Джулию Фишер для нее все равно что летом попытаться слепить снеговика в Палм-Сприс. Разумеется, бандиты могли отдать Джулию, но тогда они наверняка подложат бомбу в машину или подошлют к ней киллера. Впрочем, Лок надеялся и спасти девушку, и сохранить лицо. Для Рафаэлы они могли стать не сообщниками, а козлами отпущения.

– Ага, сущая ерунда, – хмыкнула женщина.

Page 3

Пока Мелиссу осматривал врач, в неотложку заглянули два детектива убойного отела Управления полиции Лос-Анджелеса, чтобы взять у Лока неофициальные свидетельские показания. Когда Райан попросил предоставить девушке охрану, ему отказали, как он, впрочем, и ожидал. Потом детективы уехали, а Лок остался мерить коридор шагами.

Он связался с Таем и попросил проверить крупицы имеющейся информации. В отеле пока было спокойно.

Прошло три часа, а Лок все ждал. За годы службы в личной охране ждать он научился мастерски. Будь ожидание олимпийской дисциплиной, Райан претендовал бы на золотую медаль. Мелиссу перевели в одноместную палату на четвертом этаже. Доктор разговаривать с ним отказался, но охранник вызнал кое-что у медсестры, которая, вопреки больничным правилам, позволила ему охранять палату, когда он объяснил, что злоумышленники могут вернуться и добить пациентку.

У кровати стоял складной металлический стул. Райан переставил его в ближайший от двери угол, чтобы увидеть любого вошедшего прежде, чем заметят его. Решивший убить Мелиссу не станет рисковать и палить с порога: одна попытка уже провалилась. Убийца приблизится, накроет подушкой ее голову, поплотнее прижмет дуло пистолета, чтобы заглушить грохот, и лишь потом спустит курок. Или ее задушат – кардиомонитор подскажет, когда девушка умрет.

Лок заметил, что рубашка и брюки у него измазаны кровью. Он подошел к умывальнику, сполоснул лицо, руки и глянул на карту с историей болезни, прикрепленную к спинке кровати. На первой строке написали имя пациентки, чуть ниже – дату рождения. Когда медсестры срезали с нее одежду, они наверняка нашли ее удостоверение личности. Девушка лежала на боку, и ее каштановые волосы рассыпались по белоснежной подушке.

Мелисса Уорнер. Чарли Мендес. Знакомые имена… Райан их уже слышал, но где? Он снова сел на стульчик, отправил Таю эсэмэску с новостями и попросил пробить оба этих имени. Вскоре его коллега ответил и пообещал что-нибудь нарыть.

Кардиомонитор зеленым вычерчивал синусоиду сердцебиений, а охранник наблюдал за девушкой. Напряжение на ее лице медленно спало, но лежала она в позе зародыша – подтянув колени к груди. Лок часто думал, что поза, в которой человек спит, много говорит о его жизни. Малыши спят распластавшись, как морские звезды: им скрывать и опасаться нечего. Но этот период быстро проходит. Когда небо кажется с овчинку, люди почти не спят. В работе Райану это помогало: поспит часа три – и хватит, зато жизнь портилась непоправимо. Телохранитель знал, почему не спит, но разве от этого легче? Оставалось лишь надеяться, что время все вылечит.

Лок вернулся к стулу, но садиться не стал, решив постоять у стены. Несмотря на бессонницу, он боялся задремать. Глаза его были открыты, уши ловили малейший звук из коридора – сама бдительность, Райан караулил девушку, которая свалилась на него как снег на голову. Сколько ночей он так простоял за всю свою жизнь?

Ровно через два часа охранник увидел, как медленно поворачивается дверная ручка. Медсестры уже дважды заглядывали проверить состояние Мелиссы, и входили они очень уверенно, как и свойственно невинным людям – нажимали на ручку, открывали дверь и переступали порог.

Ручка повернулась еще немного, потом еще чуть-чуть. Лок напрягся и неслышно приблизился к двери.

С тихим щелчком защелка сдвинулась со своего места. Райан крался спиной к стене, а когда дверь приоткрылась, замер. В палату вошел некто. Во мраке его было особо не рассмотреть, но роста он был невысокого, от силы пять футов и два дюйма. Такие типы носят мешковатые джинсы, бейсболки и огромные куртки. Лунный луч, падающий на пол, высветил тонкое длинное лезвие в правой руке вошедшего. Коротышка метнулся к спящей Мелиссе, сжимая нож в занесенной для удара руке.

5

Тайрон Джонсон сидел в номере один и стучал длинными указательными пальцами по клавиатуре ноутбука. Сезара «Чарли» Мендеса и Мелиссу Уорнер он искал просто – в «Гугле»: сперва его, потом ее. Изучать информацию очень мешали звуки из соседнего номера – там у рэпера «Тройного К» явно затянулась интимная встреча с двумя молодыми особами из фойе. Под такой аккомпанемент неприятное чтение казалось еще противнее.

Бывший военный листал веб-страницы и постепенно разбирал, что к чему. История представлялась простой – ничего удивительного, что Мелисса разыскала Лока. «Гугл» выдал все ответы и объяснения. Чем дальше Джонсон читал, тем сильнее беспокоился. Райан был одним из немногих, кто мог выручить эту девушку. Тая тревожило, что с психологической точки зрения его напарник был идеальным кандидатом.

Разгадка скрывалась в недалеком прошлом. Когда Райан с Таем защищали Рейвен Лейн, молодую порнозвезду, от преследовавшего ее убийцы, Кэрри, невеста Лока, была похищена. Ей удалось сбежать, но по чудовищной иронии судьбы она угодила под колеса машины, на которой Лок с Джонсоном ехали ее спасать. Райан не уберег любимую, и чувство вины навсегда омрачило жизнь обоих. Друг и напарник Тая очень горевал, а под горем скрывалась толстая прослойка гнева.

Джонсон знал об этом и содрогался при мысли, что натворит Лок, если займется делом Мелиссы. Тем не менее он выбрал из блогов и новостных лент главное и скомпоновал всю информацию в одном текстовом файле. В итоге все ужалось до четырех строчек.

Преступление.

Суд.

Побег.

Гора мертвых тел, которые все появлялись и появлялись.

Тай перепроверил готовый текст, сохранил его на флешке и спустился в бизнес-центр отеля, чтобы распечатать. Мраморный пол фойе уже очистили от крови, а дизайнерский диванчик, на котором Лок затыкал Мелиссе рану, унесли. Никто не догадался бы, что несколько часов назад здесь истекала кровью молодая девушка.

Если бы этим все и закончилось!

6

– Пусти меня, извращенец старый!

Неудавшийся убийца повернулся, чтобы плюнуть ему в лицо, и Лок увидел, что это девушка-подросток. Он прижал ее к полу, а нож спрятал себе в карман куртки. Правым коленом Райан сдавил девушке поясницу и крепко стиснул ее правое запястье, чтобы заломить руку, если она не прекратит брыкаться.

– Эй, ты, полегче со старым! – рявкнул он. Стоило ослабить хватку – и девица двинула локтем, задев висок телохранителя. Она вырывалась, и Лок снова стиснул ей запястье. Вряд ли она весила больше сорока пяти килограммов, но от этого было только тяжелее удерживать ее на месте. Заскрипели шаги, и Лок поднял голову: по больничному коридору шел секьюрити с двумя патрульными на буксире.

Времени было в обрез – если Райан рассчитывал что-то выбить из девчонки, начинать следовало немедленно. Прямые вопросы успех не принесут: преступница – шпана, почти наверняка из местной группировки. В лос-анджелесских бандах принято спихивать грязную работу на молодняк, ведь уголовная система довольно снисходительна к подросткам. И если даже их посадят – невелика потеря.

– За кого лазаешь? В какой ты группировке? – спросил охранник.

– Любишь сверху, да? – ухмыльнулась его противница. – Чувствую, как твой дружок в меня тычется.

Лок закатал ей рукав и чуть сдвинулся, чтобы взглянуть на татуировки.

Первым бросилось в глаза мужское имя, Рамон, наколотое синим и протянувшееся от запястья до локтя. Кто это? Бойфренд? Сутенер? Главарь группировки?

– Кто такой Рамон? – спросил Лок девчонку.

– Парень, который очко тебе, мразь, прострелит.

«Ладно, хоть стариком звать перестала», – подумал Райан и осмотрел другую руку девицы – там наколок не оказалось.

– Зачем тебе Мелисса? – задал он следующий вопрос.

Несостоявшаяся убийца ощерилась:

– А сам не догадываешься? Эту гадину нужно убить.

– Рамон велел?

Девчонка ответила мрачным молчанием. Оба понимали: Лок от нее больше ничего не добьется. Секьюрити и два копа уже приблизились почти вплотную. Райан стянул капюшон толстовки, в которую была одета малолетняя бандитка, откинул ее спутанные черные волосы и увидел на шее то, что искал, – два слова и цифру, «Loco Diablo 13». Слово «Loco» означало «сумасшедший», «Diablo» – «дьявол», а «13» – «М», тринадцатую букву латинского алфавита, сокращение слов «Мексиканская мафия» или «Ла Эме».

7

Мелисса еще не открыла глаза, когда около восьми утра Тай принес апельсиновый сок и бублики, калифорнийский аналог кофе и пончиков. Джонсон протянул Локу маленькую упаковку сока, поставил на выдвижной столик коричневый пакет с бубликами и пачку нежирного мягкого сыра, а рядом положил несколько салфеток.

– Не хочешь немного отдохнуть в отеле? – спросил Тай.

Его друг покачал головой и кивнул на папку из плотной бумаги, которую он держал в руках:

– Что-то нашел?

Тайрон кивнул:

– Тут настоящая каша. Хотя, наверное, мы скоро зароемся примерно в том же самом. – Джонсон положил папку на стол рядом с бубликами и взглянул на Мелиссу. – Она нас точно не слышит?

Райан подошел к кровати. Лицо девушки дышало тревогой и напряжением. На лбу прорезались три параллельные морщины. Охранник поднял ей правую руку и провел пальцами по ладони.

– Нет, она еще от анестезии не отошла, – помотал он головой.

Тай пожал плечами:

– Мелисса – студентка университета Калифорнии в Санта-Барбаре. Хорошая девочка из семьи среднего достатка. У нее есть мама и старшая сестра. Отец не то умер, не то пропал. Она работает официанткой, но учебу не забрасывает. Итак, в день окончания первого курса эта девушка с друзьями отправляется гулять. Один из ее приятелей ввязывается в драку с футболистом. Тут появляется Чарли Мендес и спасает незадачливого студента.

– Кто такой Чарли Мендес?

Джонсон поднял руку:

– Хороший вопрос. Погоди, дойдем и до этого. В общем, Мендес приглашает Мелиссу с друзьями к себе на виллу. Место некислое, на пару миллионов потянет. Студенты угощаются, студенты нежатся в джакузи, студенты остаются там ночевать. Наутро Мелисса просыпается голой рядом с голым Чарли.

– Мендес что-то подсыпал в выпивку?

– Трудно сказать. Использовал либо «наркотик для изнасилования», либо только выпивку. Зачастую девушки пеняют на наркотики, а дело просто в напитке покрепче. В общем, чем бы ни угостили Мелиссу, согласие дать она не могла, а сексом занималась. – Тай понизил голос. – Секса было много, если ты понимаешь, о чем я.

– Договорим в коридоре. – Локу стало не по себе. В отключке или нет, раненая вполне могла их услышать.

Напарники взяли завтрак, бумаги и перебрались в коридор. Райан, по-прежнему сама бдительность, застыл спиной к полуоткрытой двери.

– Что дальше? – спросил он.

– Мелисса сбегает с виллы и сразу же мчится к копам. Ее осматривают и – бинго! – находят ДНК красавца Мендеса.

– Он уже был в базе данных?

– Да, за хранение наркотиков, еще по малолетству. Но копы его нашли и устроили проверку. Мелисса позвонила ему, спросила, зачем он так с ней, а этот идиот давай хохотать.

– То есть он не отпирался?

Тай грустно улыбнулся:

– Этот хлыщ не семи пядей во лбу, зато эго раздутое. Молодой, богатый хлыщ, иначе не скажешь. Копы забирают Чарли, а он заявляет, что шутил, когда девушка звонила, а еще – что у него полно денег, точнее, их полно у его семьи. Мендесы нанимают целый батальон дорогущих адвокатов, после чего и начинается весь цирк. Адвокаты убеждают судью отпустить Чарли под залог.

Лок аж похолодел:

– Под залог?

– Он платит два миллиона, сдает паспорт, но бегает на свободе, – ответил Тай.

– Откуда у него два лимона?

– Думаешь, все Мендесы – бедняки? Говорю же, у его семьи есть и деньги, и вековые связи в Санта-Барбаре.

Что случилось дальше, Райан догадался сам.

– Чарли выпускают под залог, и он дает деру? – уточнил он.

– Ну, не сразу. Сперва он отмечается каждое утро, как хороший мальчик, но быстро догадывается, что удача отвернулась от него окончательно и бесповоротно. Крутые адвокаты не оставили живого места в Мелиссиных показаниях, но она стоит насмерть. Да еще с присяжными сглупили – избавились от женщин, а отцов отставили. – Джонсон сделал паузу. – У этих отцов – молоденькие дочки. В общем, плачет по Чарли тюрьма, а мы с тобой знаем, как любят насильников где-нибудь в Пеликан-Бэй[2]2   Пеликан-Бэй (Бухта Пеликанов) – тюрьма строгого режима в Кресент-Сити (Калифорния).

[Закрыть]

. А потом парень как сквозь землю проваливается. Судебные исполнители ищут, ищут – не доищутся. Адвокаты защиты добиваются отсрочки, но суд проходит при пустой скамье подсудимых. Чарли единогласно признают виновным, а судью выставляют дураком.

– От шести до десяти лет? – попробовал угадать приговор Лок, который хорошо знал: для американской судебной системы важнее не люди, а деньги.

– Так и получилось бы, не представь главный следователь целую кучу видеозаписей, где Чарли насилует других девушек. Всех их он предварительно одурманивал наркотиками. Судья так озверел, что, когда вернулись присяжные, присудил Мендесу пожизненное без права на УДО.

Значит, Чарли умрет в тюрьме. Шансов на УДО никаких, даже если в тюрьме он резко уверует в Иисуса. Редкий приговор для такого, как этот парень, хотя тут вскрылись факты коррупции, и, как сказал Тай, он еще и разрушил карьеру судьи.

– Что, хороший повод сидеть и не высовываться? – криво улыбнулся Джонсон.

– И постараться, чтобы Мелисса не слишком громко жаловалась, – добавил Райан. Он прикрыл дверь палаты, оставив небольшую щелку для наблюдения за девушкой.

Его друг глотнул апельсинового сока, достал из папки распечатки и протянул их Локу:

– Поручителем под залог был вот этот тип по имени Джо Брэди, он с севера Лос-Анджелеса. Мелисса уговорила Джо разыскать нашего красавца. Хотя особых уговоров не понадобилось. Залог в два миллиона гарантирует поручителю двести штук, если вернуть преступника живым. Брэди разыскал Чарли в мексиканском городе Чихуахуа.

Лок просмотрел распечатки. В основном они были из новостей. Немало поручителей и охотников за головами пересекали южную границу, чтобы разыскать Мендеса, привезти в Штаты и получить свою долю залога. Большинство тратили огромные средства, но оказывались в луже. Лишь один подобрался к Мендесу вплотную – Джо Брэди, вероятно, тот самый, про кого говорила Мелисса.

«Джо пробовал…»

Если верить распечаткам, Брэди оправился в Мексику со съемочной группой, чтобы запечатлеть поимку насильника для потомства. Вот только людям, присматривавшим за Мендесом, не понравилось его стремление вернуть беглеца на родину. Среди ночи, когда Джо и вся съемочная группа мирно спали в отеле, явились вооруженные боевики. Они взяли в заложники и американцев, и австралийца-звукооператора. Наутро тела заложников, в том числе и Брэди, висели на мосту в Санта-Марии, приграничном городке, чемпионе мира по числу убийств на душу населения. Афганистан и Сомали нервно курят в сторонке.

– А сейчас Мелисса хочет, чтобы за Мендесом отправился я, – проговорил Лок, вернув распечатки напарнику. Повисла тишина.

Прервал ее Тай:

– Что ты об этом думаешь?

– Пока не знаю, – ответил его товарищ, снова глянув на спящую девушку. – Побольше бы информации. Тут еще какая-то мелочь пытается ее убить.

Джонсон запрокинул голову и вздохнул:

– Может, договоримся с ними? Мелисса не трогает Мендеса, а они не трогают Мелиссу.

– Тай, с ними не договоришься. Девчонка, которую я поймал тут с ножом, вся в татушках. Вот здесь, – Райан потрогал свой загривок, – у нее название группировки и номер тринадцать.

– «Ла Эме»?

– Именно.

В рамках одной операции Лок внедрился к заключенным тюрьмы сверхстрогого режима «Пеликан-Бэй». За время своей отсидки он узнал о тюремных бандах и их покровителях куда больше, чем иные полицейские за всю жизнь. Администрация тюрьмы проводит политику жесткой расовой сегрегации. Блок для особо опасных преступников, в котором содержится треть заключенных (всего их примерно три с половиной тысячи), можно назвать штаб-квартирой банд. Там сидят главари, и там заключаются многомиллионные, а в случае мексиканской мафии многомиллиардные преступные сделки.

На прогулочном плацу латиносы делятся на нортеньо (северные латиносы), суреньо (южные латиносы) и так называемых пограничных братьев (выходцы из приграничных районов), но основной правящей силой считается «Ла Эме». Способные на чудовищное насилие, как в самой тюрьме, так и за ее пределами, члены «Ла Эме» отличаются от других бандитов деловитостью. Мексиканская мафия работает так же хладнокровно и слажено, как любая компания из списка «Форчун 500»[3]3   «Форчун 500» – список 500 лидирующих по выручке компаний мира.

[Закрыть]

.

Раз к Мелиссе заявилась девчонка от мексиканской мафии, значит, убить ее решили окончательно и бесповоротно.

– Думаешь, этот Мендес связан с мафией? – спросил Тай, сложив распечатки веером.

– Не знаю, – отозвался Лок. – Собираюсь выяснить, но, если начну искать кретина, хочу представлять, во что ввязываюсь. Побудешь с Мелиссой?

Джонсон сжал огромный кулачище и ударил им о кулак приятеля:

– Ясен день! Я уже говорил с продюсерами «Тройного К», поставил их в известность и подобрал им других секьюрити. Кстати, куда ты направляешься?

– В Санта-Барбару: попробую разобраться, что к чему. – Райан глянул на Мелиссу, по-прежнему бледную и слабую.

– Так мы едем в Мексику ловить Чарли?

– Если он еще там.

– Думаешь, удрал?

– Не знаю. – Лок пожал плечами. – А отправляться туда, не зная… – Он осекся. – Читал ведь, что стало с последними из тех, что решил разыскать Мендеса?

– Незавидная участь, – буркнул Тай.

8

Лок, по-прежнему в измазанном кровью костюме, поставил «Ауди» на стоянку отеля. Элегантная пара из Беверли-Хиллз, дожидавшаяся, когда парковщик подгонит их машину, при виде его разинула рты от удивления.

– Прости, в салоне грязновато, – посетовал охранник, вручая парковщику ключи и двадцатку. Тот заглянул в салон и нервно сглотнул. – Хорошо, что я выбрал кожаные сиденья, да? – Райан развернулся и через фойе – вчерашний администратор встретил его самодовольной улыбкой и радостным «Доброе утро!» – зашагал к лифтам, чтобы подняться к себе в номер. Там он принял душ, переоделся, выбросил грязные вещи, а чистые сложил в сумку, упаковал в кейс ноутбук и через сорок пять минут вышел в коридор, оставив дверь незапертой. Получить лицензию на охранную деятельность в Лос-Анджелесе было практически невозможно – это вполне разумно: сколько лихачей набивается в охранники! – поэтому Райан был без оружия, но, если они с Таем поедут в Мексику, это придется изменить. Вероятно, даже раньше.

До чего красив участок Тихоокеанского шоссе от Лос-Анджелеса до Санта-Барбары! Откуда только ни приезжают туристы, чтобы по нему прокатиться: таких дорог раз, два и обчелся. Для Лока после поворота от каньона Топанга на Малибу начиналась дорога призраков и демонов.

В Малибу Риардон Галт похитил Кэрри, а дом, в котором она и Райан жили, сжег, чтобы замести следы. Телохранитель чуть сбавил скорость. На месте пепелища уже красовался новехонький дом в стиле постмодерн. Лок поддал газу, чтобы проехать светофор в Биг-Рок, пока не загорелся красный. Задерживаться и смотреть в глаза прошлому совершенно не хотелось. В Кросс-Крик Райан заправился, купил воды и погнал прочь из Малибу через Транкас-каньон. С каждой милей на душе становилось легче. До Санта-Барбары недалеко, но подумать времени хватит. На первый взгляд дело Мендеса представлялось совершенно логичным. Богатенького мальчика обвиняют в изнасиловании. Отмазаться не получается, и тогда он использует деньги и легковерного судью, чтобы сбежать в Мексику. Там он решает остаться и даже приплачивает серьезно настроенным боевикам.

Только с Мелиссой Уорнер преступник просчитался. На кассетах, которые всплыли на суде, было много девушек, но лишь Мелисса привлекла к поискам Чарли наемного профессионала. Это спровоцировало Мендеса на ответные действия, пусть даже и через третье лицо. С другой стороны, разве не глупо дергать Чарли? Рано или поздно министерству юстиции надоела бы его строптивость, и чиновники выдвинули бы мексиканскому правительству требование задержать парня. Отсюда вытекал другой вопрос – кто опекает Мендеса в Мексике и, что еще интереснее, зачем? Конечно, Чарли – парень богатый, однако казнь охотников за головами – визитная карточка печально известного мексиканского наркокартеля, главари которого далеко не бедствуют. Помощь Мендесу для них чревата ненужным вниманием правительства и прессы, а этот минус перевешивает плюс в виде вознаграждения Чарли.

Нет, что-то тут не сходится.

9

Дежурный сержант в Управлении полиции Санта-Барбары оказался приятным в общении, но помочь ничем не мог. Лок понимал его скрытность: такой уж это город!

Полицейские Санта-Барбары Чарли Мендеса арестовали и собрали достаточно улик для признания его виновным. Разве они в ответе, что судья опростоволосился? Лок сочувствовал им, но уходить ни с чем не собирался.

После двухчасового ожидания Райан встретился с молодым патрульным Кеном Фоссумом, который заступал на смену.

– Позвольте поинтересоваться, как с этим делом связаны вы? – начал Фоссум.

– Вчера вечером Мелиссу Уорнер пытались убить. По-моему, киллера нанял Чарли Мендес.

– Это случилось здесь, в Санта-Барбаре?

– Нет, в Лос-Анджелесе.

– Тогда не понимаю, почему вы обратились к нам. Мистер Лок, это дело Управления полиции Лос-Анджелеса.

Охранник прикусил язык, чтобы не съязвить:

– Сэр, это понятно. Я надеялся поговорить со следователем, который вел первое дело.

– Она вышла на пенсию, – со страдальческим видом объявил Кен. – Пару месяцев назад.

– Знаете, где она живет?

– Да, но разглашению это не подлежит. По долгу службы вы наверняка сталкивались с такими случаями.

Райан и впрямь с этим сталкивался.

– Хорошо, а нельзя ли передать, что я хотел бы с ней поговорить? – попросил он.

– Я передам ей, что вы ее ищете, но это не значит, что она захочет с вами встретиться.

Лок вернулся в машину и позвонил Таю. Состояние Мелиссы по-прежнему было тяжелым, но стабильным. Райан отсоединился и взглянул на пассажирское сиденье. Изнасиловали, а потом едва не застрелили, чтобы шум не поднимала. Только подумаешь, что удивляться уже нечему, как жизнь преподносит очередной сюрприз!

Охранник завел «Ауди» и влился в транспортный поток. Он раздобыл адрес прибрежной виллы, где Мендес надругался над Мелиссой. Неизвестно, даст это что-нибудь или нет, но Локу хотелось увидеть виллу своими глазами. По крайней мере, это поможет составить впечатление о Чарли Мендесе и очень пригодится в поисках. Поиски как охота: чем лучше знаешь добычу, тем проще ее поймать.

Поездка заняла минут пятнадцать. День выдался чудный. «Наверное, в Санта-Барбаре почти все дни такие, – подумал Райан. – В чудный день проще запудрить мозги молодой студентке…»

Он свернул на улицу, где стоял дом, и нашел его по номеру. Мендес продал свое жилище незадолго до суда. Выручка наверняка влилась в двухмиллионный залог, обеспечивший Чарли свободу.

Райан выбрался из машины и взглянул на виллу. Сперва он хотел позвонить в дверь, но передумал и спустился по лестнице к пляжу. На последней ступеньке он разулся и побрел по песку босиком.

Дом с панорамными окнами очень напоминал тот, в котором жили они с Кэрри. Да, сходство было пугающим. Террасы пустовали, окна и балконные двери были закрыты, у парадного входа не было машин. Новый хозяин наверняка приезжал сюда лишь по выходным и в отпуск.

По ступенькам охранник поднялся к деревянной калитке, перемахнул через нее и подошел к боковому окну. Внутри дом казался холодным и безукоризненно чистым. Он одновременно и изобличал Мендеса, и ничего о нем не говорил.

Зазвонил сотовый. Райан нажал на кнопку приема и услышал женский голос:

– Мистер Лок?

– Да.

– Мне передали, что вы хотите со мной поговорить.

Page 4

В носу у Сары, вдовы Джо Брэди, красовалось медное колечко. Сара чуть приоткрыла дверь и смотрела на Лока в щелку. И трех месяцев не прошло с тех пор, как ее мужа убили в Мексике. Охранник по горькому опыту знал, что первые три месяца после потери любимого – самые трудные. Сердце как через мясорубку пропускают. Спать невозможно. И разум подводит: Райан то и дело хотел чем-то поделиться с Кэрри, а потом спохватывался, что ее больше нет. При одном воспоминании об этом его начинало мутить.

– Миссис Брэди? – церемонно начал незваный гость. – Меня зовут Райан Лок. Я друг Мелиссы Уорнер и хотел бы поговорить о вашем муже.

Дверь закрылась, но Райан ждал. Давить на Сару он не собирался – только не после того, что она пережила!

Загремела цепочка, и дверь открылась снова, на сей раз шире.

– Заходите.

Телохранитель проследовал за хозяйкой в гостиную. Там стояли диван, телевизор и манеж, в котором копошилась маленькая девочка, пытающаяся засунуть в ноздрю деревянный кубик. Миссис Брэди жестом велела Локу сесть.

– Принести вам что-нибудь? – спросила она.

– Нет, спасибо.

Сара осталась стоять.

– Через полчаса мне на работу, и еще нужно дочку к маме завезти, так что лучше сразу к делу, – заявила она. – Не хочу показаться грубой, но…

Лок откашлялся. Встреча с ним совершенно не нужна этой женщине, но, раз приехал, отступить он не может.

– Миссис Брэди… – начал он.

– Зовите меня Сарой. «Миссис Брэди» превращает меня в старуху, а я и так чувствую себя столетней.

– Сара, Мелисса Уорнер попросила меня разыскать Чарли Мендеса.

Женщина взяла дочку на руки.

– Двести тысяч – отличные деньги, – ответила она. – Жаль будет, если не успеете их потратить.

Райан подумал, что пора ему привыкать к таким фразам.

– Уверяю вас, дело не в деньгах, – сказал он.

– Ну конечно, – отозвалась Сара, смерив его откровенно скептическим взглядом.

– Я думаю, ваш муж нашел Мендеса, прежде чем попал в лапы убийц.

Малышка смотрела на Райана круглыми голубыми глазами и жевала кубик. Ее мать попыталась отнять игрушку, но девочка впилась в него пухлыми пальчиками и не отдавала.

– Джо усадил Мендеса в машину и вез сюда. Но до границы они не добрались: их остановили копы, – пояснила Сара. – Они не доехали двадцать миль. Еще двадцать миль, и Джо попал бы на нашу территорию.

Об этом Лок слышал впервые.

– Разве не наркоторговцы похитили Джо и его команду? – удивился он.

– Мама дорогая, да вы впрямь не в курсе, как там дела делаются?! Копы, гангстеры – зачастую это одни и те же люди!

Миссис Брэди ошиблась в одном. Райан неплохо представлял себе, сколь коррумпирована мексиканская полиция. В Мексике коррупция цветет пышным цветом, и этим все сказано.

– Думаете, вашего мужа убила полиция? – уточнил охранник.

Сара покачала дочку и поцеловала ее в щеку. Девочка выронила кубик и потянулась за ним, вырываясь из материнских объятий.

– Может, сами копы убили, может, отдали в лапы других убийц. Хоть так, хоть этак, Джо погиб. – Женщина оглядела свою грязную квартирку. – Я умоляла его не ехать туда, а он говорил лишь о том, что мы купим на те деньжищи. Послушайте, мне впрямь пора на работу.

Райан поднял руку – подождите, мол:

– А документов или записей, касающихся Чарли Мендеса, ваш муж не оставил?

– Если и оставил, то не здесь. Такие вещи Джо держал в офисе. После его гибели я туда еще не заглядывала. Джо всегда платил аренду за год вперед, так что пара месяцев у меня еще есть. Наверное, я еще не готова там появиться.

Телохранитель перевел дыхание:

– Не возражаете, если я туда загляну?

– Мы уже убегаем, – сказала миссис Брэди дочери, после чего повернулась спиной к Райану и прошла на кухню, но вскоре вернулась и протянула ему связку ключей. – Код сигнализации написан на брелоке. Как закончите, бросьте их мне в почтовый ящик, а то я поздно с работы возвращаюсь.

Ключи оказались тяжелыми. Лок подумал, что, возможно, брать их не стоит, но все же решился. Он поблагодарил Сару, пообещал вернуть ключи и вышел из грязной квартирки навстречу бархатному калифорнийскому вечеру.

15

Офисы поручителей под залог почти всегда бывают мрачными, и арендованный Джо Брэди исключением не стал. В грязноватом торговом центре его павильон стоял последним, и его заляпанные окна с решетками выходили на узкую двухрядную дорогу. На двери красовалась вмятина, словно след пинка. Вывеска сообщала о том, какие услуги здесь оказывают.

Повозившись с ключами, Лок разыскал нужный, открыл дверь и вошел. Панель сигнализации оказалась справа. Райан ввел код, написанный на брелоке, после чего панель пискнула и деактивировалась. Офис состоял из маленькой приемной, кабинета побольше, туалета и кухоньки.

Приемную украшали постеры, в том числе рекламирующий услуги компании – «Поручительство от Джо Брэди. Помни, тюрьма – это ад!». Ручки на подставке – такие бывают в банках, – привинченные к длинной деревянной конторке, красноречиво свидетельствовали о характере местной клиентуры. В кабинете стояли письменный стол с вращающимся кожаным креслом, а напротив него – два обычных. С одной стороны на маленьком столике примостился компьютер, а на полке под столешницей стоял принтер. И то и другое прикрепили к стене толстой проволокой. Хотя Брэди и давал поручительство уголовникам, он явно не доверял им, так что назвать его набитым дураком было нельзя. К дальней стене кабинета жались три картотечных шкафа с четырьмя ящиками в каждом. Лок осмотрел туалет («Только для персонала»), а потом кухоньку. У раковины стояла одинокая кофейная кружка с логотипом «Поручительство от Джо Брэди». В буфете обнаружились другие кружки, а в маленьком холодильнике – пинта прокисшего молока. Стараясь не дышать, Райан вылил молоко в раковину и смыл водой.

В кабинете охранник нашел ключ от картотеки и стал просматривать ящики. Досье на клиентов располагались в алфавитном порядке. Лок пролистал некоторые из них, закрыл картотеку и сел в кожаное кресло. На столе разложили пять глянцевых брошюр, в том числе одну с рекламой нового жилого комплекса «Дубовая роща». На глянцевых страницах высились огромные особняки с невероятными подъездами и широченными лестницами, населенные улыбающимися роботами, каких встретишь только в риелторских каталогах. Ни рощ, ни дубов Райан на фотографиях не заметил. Наверное, деревья срубили, чтобы освободить место для особняков.

Другие брошюры были посвящены машинам, «Мерседесам» или «БМВ», и яхтам. Вместо того чтобы сосредоточиться на текущих делах, Джо Брэди, не выходя из офиса, мечтал, на что потратит гонорар. С таким отношением к жизни разочарования неизбежны. Сперва закончи дело, потом думай о плате – такого правила держался Райан и пока не пожалел.

Лок отложил брошюры, взял со стола другие бумаги и просмотрел их. Сплошь счета, в глаза ничего не бросалось. Охранник откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Брэди не отправился бы в логово наркоторговцев, не представляя, где искать Чарли. Удивительно, что в офисе нет ничего касающегося Мелиссы или Мендеса.

Счета!

Райан открыл глаза, схватил документы и заново перебрал их. Он искал счет за телефон, но в упор не видел ничего похожего. Последние счета Джо получил за пару недель до отъезда в Мексику. Свежей почты не было.

Лок вскочил и бросился к входной двери: ни прорези, ни почтового ящика. Когда телохранитель вошел, он не заметил свежей почты ни за дверью, ни где-либо еще.

Райан вернулся в кабинет, снял трубку и услышал гудок. В офисе работал телефон и горел свет, значит, коммунальные услуги еще предоставлялись.

Взгляд Лока упал на другой предмет: под брошюрами лежал бювар из искусственной кожи. Охранник вытащил его. Первую страницу покрывали рисунки. Длинные загогулины устремлялись то вниз, то к краям листа, образуя сложный лабиринт. Лок внимательно рассмотрел нарисованные лица – карандашный портрет девушки, в которой он узнал Мелиссу Уорнер, и портрет Чарли Мендеса, нарисованный черной ручкой. Между ними уместилось еще одно лицо – карикатура на дьявола с рогами, безумными глазами и бородкой клинышком. Чуть ниже по центру листа было написано два слова. Почерк соответствовал подписи Брэди на счетах, которые видел Райан.

«Дар дьявола»?

Да, именно так. Кончиком ногтя телохранитель вытащил листок из бювара, сложил его и запихнул в задний карман брюк. Остальные листы оказались чистыми.

Из офиса Лок вышел на узкую асфальтовую дорожку и огляделся. В соседнем павильоне была химчистка. Когда Райан вошел, седая женщина в очках разбирала стопку свежевыстиранных рубашек.

– Простите, мэм! – позвал ее посетитель.

Женщина подняла голову и посмотрела на него.

– Я помогаю Саре, вдове Джо, освобождать офис, – начал охранник, показав на контору Брэди. – Не подскажете, где оставляют почту? Почтовых ящиков я не заметил…

– Ящики у нас за павильонами, – ответила работница химчистки и покачала головой. – Не знаете, кто теперь туда въедет?

– Понятия не имею. Я лишь помогаю вещи собирать.

– Ясно, – со вздохом проговорила женщина. – Джо был хорошим человеком, но я надеюсь, другой поручитель здесь не появится. Клиенты у них не самые приятные, если вы понимаете, о чем я.

Лок понимал. На ее месте ему таких соседей ему тоже не хотелось бы.

– Вы хорошо его знали? – спросил он.

– Нет, мы только здоровались. Нашими услугами Джо не пользовался, – кисло ответила его собеседница. – Наверное, стиркой занималась его жена.

– Последние несколько недель вы никого здесь не видели?

– Нет, вы первый, – ответила женщина и склонилась над рубашками, показывая, что разговор окончен.

Охранник подошел к павильону сзади. Рядом с кондиционером обнаружился почтовый ящик, подписанный «Поручительство от Джо Брэди». В связке ключей был и один маленький, на вид как раз для почтового ящика. Так и оказалось. Райан достал пару рекламных листовок и целую стопку конвертов, которые быстро перебрал. Телефонная компания прислала два письма, судя по толщине конвертов, со счетами. Лок положил их поверх стопки. Он вернулся в офис, включил сигнализацию, запер дверь и поехал к Саре Брэди.

Сары с дочкой дома не оказалось. Ключи и почту Райан оставил у соседки, которая отняла у него добрых полчаса, соболезнуя горю миссис Брэди. Телефонные счета телохранитель утаил.

Он завел машину, включил кондиционер на полную мощность, вскрыл конверты и просмотрел телефонные счета. В середине второго счета он нашел то, что искал, – мексиканский номер. С помощью браузера в сотовом Райан пробил телефонный код. Оказалось, что это приграничный городок Санта-Мария.

Лок прокрутил меню сотового и выбрал опцию, позволяющую скрыть свой номер. Затем он набрал номер в Санта-Марии и стал слушать мексиканский рингтон.

16

Присев на корточки рядом с трупом девушки, детектив Рафаэла Карчарон взглянула на светящийся дисплей. Звонок со скрытого номера. Кто это – Рафаэла могла предположить с большой долей вероятности, только разве сейчас время для таких звонков? Она нажала на красную кнопочку, чтобы отклонить вызов, отключила сотовый и вернулась к осмотру: поскорее бы закончить!

Торопилась Карчарон по двум причинам. Первой и самой очевидной было то, что, если верить статистике и своему опыту, новое убийство не заставит себя долго ждать. А второй – то, что с недавних пор места преступлений стали опасными для отдельных полицейских. Картели, банды, эскадроны смерти, тысяча и одна мелкая группировка знали, что место преступления гарантированно притянет тех, кто с ними борется. За последние несколько недель возникло подозрение, что на невинных и на не совсем нападают, чтобы добраться до таких, как Рафаэла.

Следователь отогнала мух, собравшихся пировать на лице мертвой девушки, и присмотрелась к ней. Смуглая, с большими карими глазами, молодая, хорошенькая, как и все остальные. Ей лет двадцать, может, чуть больше. Наверное, уже не девочка, а женщина, но едва-едва.

Как зовут жертву, Рафаэла понятия не имела, но уже знала, что с ней случилось. У всех убитых истории одинаковые, поэтому их шлейф и повергает в отчаяние. Девушка жила в бедном районе, работала на макиладоре, то есть на отверточном производстве, и была похищена после смены. В последнем Карчарон совершенно не сомневалась, потому что молодые женщины после заката из дома не выходят. Времена сейчас не те – слишком много крови, слишком много пропавших девушек, слишком много разбитых семей…

Но ведь работать надо, а после смены надо возвращаться домой. На отдельных фабриках работа начинается и заканчивается затемно. Служебные автобусы порой ездят нерегулярно или высаживают работников не у самого дома. На коротком отрезке между остановкой и домом женщин и похищают.

Уже смеркалось, когда Рафаэла добралась до пригородного поселка. Впереди желтый автобус, который некогда возил в школу американских детей, высадил отработавших смену женщин. Карчарон остановила машину у обочины, наблюдая, как работницы, разбившись на пары и тройки, двинулись по домам: оставался последний этап пути. Они брели мимо машины сотрудницы полиции, смертельно уставшие после двенадцати часов шитья или механической сборки за ничтожную часть жалованья, которое получала бы американка.

Автобус пропыхтел мимо машины Рафаэлы, чихая черным дымом. Детектив перевела дыхание. В паре сотен ярдов уже маячила цель – домишко из дерева и рифленого железа, некогда кричаще-желтый, но от времени выгоревший до горчичного оттенка.

Из всех служебных обязанностей Рафаэлы Карчарон эта казалась наихудшей. Еще в участке доброжелательный полицейский – по данным Рафаэлы, денег у картеля он еще не брал – вызывался поехать с ней. Тот полицейский был высок, привлекателен и обладал теплой улыбкой – в другое время в другом месте она с удовольствием согласилась бы. Но она сказала «нет», и это был самый разумный вариант. Зачем понапрасну обнадеживать человека: романы ей сейчас совершенно не нужны.

Прежде чем выйти из машины, Рафаэла проверила пистолет. А как иначе? Она ведь женщина ведь и оказалась одна в поселке затемно. По пути к нужному дому Карчарон прошла мимо тьендиты – мини-маркета, до потолка заваленного тяжелой нездоровой пищей, в бедных районах самой популярной – сплошь жирное да сладкое, чтобы набить пустой живот. Эту тьендиту, как и многие другие, устроили в свободной комнате. Пробили в стене прямоугольную брешь – получилась витрина. За прилавком сидел пожилой мужчина и наблюдал за Рафаэлой. Та поздоровалась, но продавец сделал вид, что не слышит, и начал разбирать ящик с развесными конфетами. У порога сотрудница полиции остановилась, набрала в легкие побольше воздуха, постучала и отступила на шаг. Где-то рядом по радио пели «Лос Тигрес дель Норте». Рафаэле нравилась эта группа. Пели они об обычной жизни, и о наркоторговцах тоже. Во многих их песнях торговцы «дурью» прославлялись, и Карчарон понимала почему. Раньше гангстеров считали покровителями своей территории и своих людей. Политики же не покровительствовали никому.

– Кто там? – спросил из-за двери женский голос.

– Сеньора Вальдес?

Дверь приоткрылась совсем чуть-чуть, и в щелку выглянула женщина средних лет с морщинистым от постоянной усталости лицом.

– Можно войти? – спросила Рафаэла. – У меня новости о вашей дочери.

Дверь закрылась, потом с нее со звоном сняли цепочку, и она открылась снова. Гостья попала в комнату с низким потолком, в которой стояли диван, журнальный столик и телевизор, работающий без звука. Рафаэла узнала пару звезд мыльных опер. Столик у дивана заполонили фотографии в рамках: стоило детективу взглянуть на него, и сердце у нее упало. На всех снимках была одна и та же девочка, отличались лишь фон и ее возраст. Вот она совсем крошка, в белом платье для первого причастия, а вот на пороге юности. Единственный ребенок…

Сеньора Вальдес схватила незнакомку за руку:

– Скажите, что с ней все в порядке!

Для таких ситуаций существует целый протокол: что сделать и что сказать. Но Карчарон в него не верила. Когда она арестовывала, допрашивала и пристреливала, то была копом, а в моменты вроде этого – прежде всего женщиной.

Рафаэла коснулась рук сеньоры Вальдес: ладони и кончики пальцев у той были покрыты мозолями, результатом многочасовых смен на фабрике.

– Сеньора, она с ангелами, – тихо произнесла следователь. – Мне очень жаль.

Женщина поникла, низко опустила голову и начала всхлипывать. Карчарон обняла ее, и они долго стояли рядом. Потом Рафаэла заговорила с хозяйкой мягко и ласково, как с маленьким ребенком. Что значит по-настоящему выплакаться, она поняла, лишь впервые выполнив подобное задание. Поначалу она была сдержанной и холодной, профессионалкой до мозга костей. Лишь потом ей стало ясно: проявлять человечность не зазорно. Раздавленного горем человека утешит хотя бы то, что он кому-то не безразличен.

Понемногу женщина успокоилась, но, когда она отлепилась от гостьи, ее опухшие глаза блестели от слез. По телевизору продолжалась мыльная опера: там красивые и богатые горевали из-за упущенного повышения по службе или супружеской измены. Сеньора Вальдес взглянула на фотографии убитой дочери, и в глазах у нее появилось нечто страшнее горя. Безнадежность. Она будоражила Рафаэлу больше, чем кровь или хаос. Дочь уходит из дома и не возвращается. Для Санта-Марии это обыденность.

– Отвезти вас к ней? – спросила Карчарон.

Осиротевшая мать огляделась по сторонам, разыскивая куртку. Рафаэла помогла ей одеться и повела на темную улицу.

17

Джен, мать Мелиссы, сидела у постели дочери, зажав четки в правой руке. Тревоги отпечатались на ее лице морщинами, недосыпание – отеками под глазами, но Тай видел, откуда раненая девушка унаследовала свою красоту. Джен не смыкала глаз, и он радовался, что ее так поддерживает вера.

Иногда Джонсон жалел, что не верует по-настоящему. Его мать была примерной прихожанкой, и ребенком Тай ходил с ней на воскресную мессу, слушал проповедника и, болтая ногами, мечтал о том, чтобы скорее вернуться домой и снять костюм, который мама заставляла надевать. По-настоящему религией он не проникся.

В палату скользнула медсестра – проверить, как Мелисса. Она коротко переговорила с миссис Уорнер, черкнула что-то в карте с историй болезни и вышла в коридор. Тут ее и настигли вопросы Тая:

– Как дела у девушки?

– Показатели жизнедеятельности стабильны. Кровотечение прекратилось. Мелисса потихоньку идет на поправку.

– Когда ее выпишут?

– Еще не скоро, – ответила медсестра и прошествовала мимо охранника в следующую палату.

Поджарый Джонсон встал и потянулся. Он легонько постучал в дверь палаты, и Джен Уорнер отвлеклась от молитв.

– Захотите передохнуть – говорите, не стесняйтесь, – сказал он измученной женщине.

Та улыбнулась и подошла к двери:

– Тайрон, могу я задать вам вопрос?

В ответ Тайрон улыбнулся: полным именем его называли только дамы из церкви и Лок, когда хотел подначить.

– Да, конечно, – кивнул он.

Взгляд Джен упал на спящую дочь.

– Почему вы охраняете нас?

Джонсон мог сочинить байку о том, что он помогает людям по доброте душевной, однако ему хотелось быть честным. К Мелиссе он проникся, но ее появления в жизни Лока не одобрял.

– Райан меня попросил, – сказал чернокожий телохранитель.

Миссис Уорнер коротко кивнула, вполне удовлетворенная ответом:

– Похоже, вы с ним хорошие друзья.

Тай пожал плечами:

– Мы через многое вместе прошли. Немудрено сблизиться.

– После случившегося все друзья Мелиссы по колледжу отвернулись от нее. – Глаза Джен заблестели от слез. – Тот человек буквально растоптал ее. А она была такой красивой девушкой!

– Она и сейчас красива, – возразил охранник. – Этого у нее не отнимешь.

Его собеседница вытащила из сумки пачку носовых платков и промокнула глаза.

– Еще как отнимешь… – вздохнула она. – Возможно, снаружи это не заметно, зато внутри… Мелисса доверяла людям, считала их хорошими. Это он у нее украл.

– Вы в курсе, что Мелисса просила нас его разыскать? Она говорила вам, что ищет встречи с Райаном?

Джен снова кивнула:

– Ей казалось, ваш друг поймет.

– А почему ей так казалось, не объяснила? – уточнил Тай.

– Мелисса говорила, его невесту убил человек вроде Мендеса. Это правда?

Джонсон запрокинул голову и посмотрел в потолок:

– Там все сложнее, но, пожалуй, по сути, похоже. Мы вдвоем охраняли молодую женщину, которую осаждали преследователи. Один из них похитил невесту Райана – хотел заставить его отступиться. Райан не отступился, и Кэрри, его невеста, погибла.

Джен Уорнер промолчала.

– Мы искали ее, – продолжал Тайрон. – Было темно, погода ужасная. Кэрри ускользнула от похитителя и выбежала на дорогу прямо перед нашей машиной. За рулем сидел я, но Райан винит себя.

– Мне очень жаль, – проговорила Джен.

Тай потер щеку:

– Порой мне кажется, что, если бы она не сбежала и тот гад убил ее, было бы проще. Потом ненавижу себя за такие мысли.

Миссис Уорнер коснулась его руки:

– В жизни не все кончается хорошо и правильно.

– А ведь вашей дочери нужно именно это, – заметил Джонсон. – Конец, точка.

– Да, пожалуй. Мелисса чувствует, что не сможет жить дальше по-настоящему, пока Мендеса не упекут за решетку.

– Вы с этим согласны? – спросил Тай.

Джен высморкалась:

– Я хочу, чтобы моя девочка стала такой, как раньше. Ни Мендес, ни его участь меня не интересуют. И месть тоже. Меня интересует только Мелисса.

«Ну конечно, она же мать, – подумал охранник. – Увы, те, кто охотятся за ее дочерью и хотят отомстить ей за преследование Мендеса, считают иначе». Непонятно почему, но они решили, что единственный способ помешать Мелиссе – это убить ее. Даже если бы теперь мисс Уорнер или ее мать обратилась к ним и сказала, что напугана и сворачивает «крестовый поход», это не помогло бы. Как только приказ убрать человека попадает к исполнителям, то есть на улицы, остановить процесс невозможно. Если человека заказали, то заказали, и он должен умереть не потому, что заказчик ни за что не передумает, а потому, что отменить заказ весьма затруднительно.

Тай опасался, что Мелисса их подслушивает, поэтому взял Джен за локоть и увлек дальше по коридору.

– Те люди на полпути не остановятся, – предупредил он ее.

– Но если я увезу Мелиссу домой…

– Девчонка, прокравшаяся сюда, чтобы завершить начатое, член группировки. Эта банда распространена по всей стране – и в больших городах, и в маленьких. Они везде достанут, если захотят.

– Получается, мы не сможем ничего поделать?

Джонсон взглянул на миссис Уорнер, крепко стиснув зубы:

– Вы не сможете, зато мы можем найти Мендеса.

– А как считает Райан?

– По-моему, ваша дочь подготовилась на славу.

Page 5

После выхода на пенсию Марси Браун далеко не уехала. Теперь она жила рядом с автотрассой, милях в тридцати от Санта-Барбары, в глубине побережья, в домике под щипцовой крышей с конюшнями и полем для выгула лошадей. Когда приехал Лок, бывшая сотрудница полиции чистила стойла. Майка, рубашка, волосы стянуты в конский хвост – Марси выпрямилась, бросила вилы и потерла поясницу.

– Хотите разыскать Чарли Мендеса? – спросила она с улыбкой, когда ее гость извинился за беспокойство. – Знаете ведь, что случилось с парнем, который его нашел?

Лок кивнул.

– По-вашему, игра стоит свеч? – прищурилась пожилая женщина.

– Не знаю, детектив Браун, но девушка, угодившая в лос-анджелесскую больницу, попросила меня помочь.

Его собеседница явно заколебалась и долго молчала.

– Зовите меня Марси. Сейчас закончу с этим, – она кивнула на кучу навоза, – зайдем ко мне и поговорим.

Охранник потягивал кофе, а экс-детектив принесла на кухню папку и положила ее на большой сосновый стол. Тяжело вздохнув, она вытащила целую стопку ксерокопий.

– Дело Мендеса единственное, материалы которого я решила скопировать перед увольнением, – рассказала пенсионерка. – Наверное, потому что Чарли не явился в суд, и дело кажется мне не законченым.

– Сколько вы прослужили детективом? – спросил Лок.

– Слишком долго. После Управления полиции Лос-Анжелеса я решила перевестись в Санта-Барбару. Подумала, так будет проще выйти на пенсию.

– Проще не получилось? – осторожно поинтересовался Райан.

– До дела Мендеса вполне получалось. В Управлении много хороших ребят. Горожане тоже очень милые… Только вы ведь не ради моих воспоминаний приехали.

– До того дела вы Мендеса знали?

Марси запрокинула голову и захохотала:

– Чарли знает каждый коп Санта-Барбары, а каждый житель Санта-Барбары знает семью Мендес! Они здесь давно, куда дольше, чем я.

– Судья тоже их знает? – спросил телохранитель, понимая, что делает опасный шаг.

Беззаботная улыбка его новой знакомой погасла.

– Если я верно поняла ваш намек, это весьма серьезное обвинение в адрес судьи.

– Тогда почему он отпустил Чарли под залог?

Браун пожала плечами:

– Если вы спрашиваете, помогла ли Чарли богатая семья, то да, конечно, помогла. На другой исход надеяться было бы наивно. Это же Америка, страна равных возможностей, но те, кто при деньгах, равнее других! Мистер Лок, да вы же все прекрасно понимаете! В нашей стране к богатым особое отношение. На суде важны не сами деньги – с присяжными они иногда и мешают, – а грамотная защита, которую можно на них купить. Мендесу адвокаты достались отличные. Такие запросто убедят, что черное – это белое, а дважды два – пять. Наверное, поэтому у них такие гонорары.

– А судья что же?

– Ну вот, опять вы за свое… – проворчала Марси, подув на свой кофе. – Почему прямо не спросите? Не думаю ли я, что судью подкупили или стребовали с него какой-нибудь старый должок? Нет, не думаю. По-моему, его уговорили принять неверное решение. Круговой поруки, как бывает в маленьких городках, здесь нет.

Лок решил не настаивать. Он верил этой женщине и хотел вернуть разговор к Чарли.

– Но ведь Чарли Мендес и раньше сталкивался с Управлением полиции? – спросил он.

– Да, в подростковом возрасте, – поморщившись, ответила Браун. – Ему же все подносили на блюдечке с голубой каемочкой! Баловень, вот и добаловался. Хотя ни в чем серьезном его не уличали.

– А в чем уличали? – уточнил Райан.

– Появлялся нетрезвым в общественных местах. Болтал лишнее. Пару раз дрался, но либо с теми, кто слабее его, либо когда был с приятелями. В общем, проигрышем не рисковал никогда.

– А на сексуальной почве нарушения были?

Марси хлебнула кофе:

– Сексуальная почва меня и удивила. Говорю же, он баловень, любитель женщин, и притом богатый и симпатичный. Зачем такому кормить девушек наркотиками? Хотя, по-моему, насилие мало связано с сексом.

– Зачем же он так поступил? – спросил охранник. – Показывает, что ему все можно?

– Чего я только ни перевидала за годы службы! Хотите знать, какой урок я считаю самым важным?

Райан кивнул.

– Есть люди, буквально сдвинутые на зверствах, и ничего тут не попишешь. – Марси выплеснула остатки кофе в старую керамическую раковину и включила воду. – Свежий материал в конце, – добавила она, глянув на папку, которую передала своему гостю.

– О чем он?

– О том, что мне кажется бессмысленным.

– Например?

– Например, о месте, где его видели в последний раз. – Пожилая женщина вздохнула. – Если не являешься на суд и богат как Крез, почему бы не сбежать в страну, с которой у США нет договора о выдаче преступников?

Лок решил сыграть в адвоката дьявола:

– Таких осталось не так много, а Мексика пока к нему очень гостеприимна. Те, кому он платит за охрану, – настоящие профессионалы.

– Если Чарли до сих пор в Мексике, – добавила Марси.

– По-вашему, он оттуда сбежал?

– Сама я точно сбежала бы.

Мужчина задумался. Если первый охотник за головами не спугнул Чарли и не согнал с места, у него был отличный повод сидеть и не рыпаться. Наверняка ему там спокойно.

– А семья его с Мексикой не связана? – спросил он. – Может, деловые партнеры есть?

– Единственная связь – фамилия. По крайней мере, так считают в Управлении полиции, хотя эти богатые семейства не поймешь. Подставные компании, разные трастовые фонды… Главное, что все в частной собственности.

– Не представляете, кто опекает Чарли в Мексике?

Марси поджала губы:

– Наркоторговцы, судя по тому, как там расправились с Брэди. Но вы наверняка и сами это сообразили. Девушка, которую вы поймали в больнице, из группировки латиносов?

Гадать, откуда ей это известно, Райану долго не пришлось.

– Я навела справки сразу, как услышала, что в Мелиссу стреляли, – пояснила его собеседница.

– У той девицы татуировка члена группировки.

Марси протянула папку Райану:

– Многие старались вернуть Мендеса, только вы же знаете: чем больше воды утекло, тем менее актуальна проблема. На границе столько всего творится, что Мендес давно отошел на второй план.

Папка оказалась тяжелой.

– Спасибо за все! – поблагодарил охранник.

– Очень надеюсь, что вы вернете Мендеса, – с улыбкой отозвалась Марси. – Он слишком опасен, чтобы гулять на свободе.

11

Отель, в котором поселился Райан, находился в центре Санта-Барбары, напротив станции междугородных автобусов. Лок заказал себе в номер клубный сэндвич, минералку и принялся изучать свидетельские показания, протоколы которых получил у Марси Браун. Ничего принципиально нового охранник не выяснил, но подробности позволили настолько реально представить произошедшее, что он возжелал нанести серьезные телесные повреждения не только самому Чарли Мендесу, но и его пронырам-адвокатам.

Когда Лок добрался до середины папки, аппетит у него пропал. Он выставил поднос с сэндвичем за дверь номера и вернулся к работе. Закончив с папкой, мужчина включил ноутбук, запустил интернет-браузер, задал «Гуглу» имя Чарли Мендеса и стал искать.

На второй странице результатов попалась ссылка на видеосюжет местного новостного канала. Райан открыл ее в новом окне, кликнул «Воспроизведение» и лишь потом подумал, что не представляет, как выглядит Мендес. Он прочел о нем тысячи слов, но ни единой фотографии в папке не было.

На экране Чарли стоял на ступеньках здания суда в хорошем, но явно не дизайнерском костюме – неужели такой выбрали звездные адвокаты, чтобы их подопечный не раздражал своим богатством? Стройный кареглазый блондин, рост под метр восемьдесят, он мог похвастаться правильными чертами лица и здоровым видом человека, выросшего в достатке.

Его мать Мириам, типичная калифорнийская матрона в пуловере и такого же цвета кардигане и жемчугах, стояла слева, положив руку ему на плечо. Волосы у нее безукоризненно осветлены и уложены, а вот лицо казалось довольно худым. Справа стоял Тони Медина, ведущий адвокат Чарли, видный, рано поседевший латинос средних лет с серьезными политическими амбициями. Вообще-то испанской крови у Мендесов не больше, чем у Рональда Макдональда, но Медина сумел приплести к делу национальный вопрос – мол, полиция и обвинение рвут и мечут, потому что потерпевшая – молодая белая женщина, а его подзащитный – представитель нацменьшинства, пусть даже только по фамилии.

Разумеется, выставить жертвой молодого повесу, наследника многомиллионного состояния – задача не из легких, тем более в стране, еще не оправившейся от сильного экономического спада. Впрочем, Тони, как любой адвокат, выстроил защиту на том, что имел, – практически на пустом месте.

Окруженный лесом микрофонов, Чарли Мендес зачитал приготовленное заявление. Читал он монотонно, без всякого выражения: «Хочу поблагодарить свою семью, в первую очередь мать, за поддержку в это сложное время. Большое спасибо Энтони Медине, моему адвокату, и всем его помощникам за прекрасную работу и усердие – Медина по-отечески потрепал Чарли по плечу. – Отдельные слова благодарности судье, который позволил мне дождаться конца разбирательства в кругу близких».

– Хорош врать-то! – пробормотал Лок и приостановил воспроизведение. Менее чем через две недели Чарли сбежал. Насильник и трус!

Зазвонил сотовый. На дисплее высветился местный номер. Лок ответил:

– Марси?

– Мистер Лок, я звоню по поручению Мириам Мендес, матери Чарли Мендеса, – бойко начал женский голос. – Миссис Мендес хотела бы с вами поговорить. Запишете адрес?

12

Черные ворота высотой более трех метров отворились, и машина Лока скользнула на территорию виллы. Впереди на пассажирском сиденье лежала папка Марси Браун. Когда Райан поднялся на пригорок, вдали мелькнул Монтесито, самая элитная часть элитного района Санта-Барбары. Вдали синел Тихий океан.

Лок гадал, откуда главе клана Мендесов известно, что он в городе. Хотя особой прыти для того, чтобы выяснить это, не требовалось. Управление полиции Санта-Барбары – структура небольшая, а высший свет наверняка дружен и сплочен. Слухи разлетаются моментально.

Через полторы минуты телохранитель подъехал к большому дому для гостей, стоящему перед хозяйским домом – особняком в колониальном стиле, построенным в тридцатых годах. В стороне от дома находились два теннисных корта, один с травяным, другой с глиняным покрытием. Чуть дальше виднелся бассейн олимпийского размера с десятиместными джакузи с разных сторон. Молодой уборщик сачком вылавливал упавшие в воду листья.

Райан поставил машину между угольно-черным «Астон-Мартин Вантаж В12» ограниченного тиража и «Бентли Флаинг Спер» и взглянул на обе машины. Ни на одной из них не ездили, обе новехонькие, только-только из автосалона. Вот оно, богатство по меркам Монтесито! Солнечные лучи пронизывали листву растущих у дома платанов. На массивную дверь падали трепещущие тени. Лок позвонил и приготовился ждать. Ему назначили на пять, а часы показывали одну минуту шестого. Интересно, это считается стильным опозданием?

Парадная дверь распахнулась, и служанка пригласила гостя войти. Она хотела взять у него пиджак, но Райан отказался.

– Миссис Мендес в гостиной, – объявила женщина.

Охранник побрел за ней длинным коридором. Паркет из красного дерева гулким эхом разносил их шаги. Лок не слишком разбирался в искусстве, но пару картин, висевших на стене, опознал. Кэрри таскала его в Нью-Йоркский музей современного искусства. На одной стене у Мендесов висел Климт[4]4   Густав Климт (1862-1918) – известнейший австрийский живописец, один из самых ярких представителей стиля модерн.

[Закрыть]

, а угловатое лицо напротив явно писал Пикассо. И Райан очень сомневался, что это репродукции.

Он поднял голову и увидел красный глазок камеры, следящей за их передвижениями. Никто не станет вкладывать большие деньги в произведения искусства, не обеспечив им надежную охрану. Что видели эти камеры? Как Чарли Мендес прощался с матерью прежде, чем пуститься в бега?

– Мистер Лок, спасибо, что согласились со мной встретиться.

Коридор привел гостя в просторную солнечную комнату, центром которой был большой мраморный камин. Мириам Мендес стояла у балкона, выходящего на лазурную гладь бассейна. Заочному впечатлению охранника она решительно не соответствовала. От безукоризненных белокурых локонов богатой калифорнийской матроны остались редкие клочья на висках. Изможденное лицо с выпирающими скулами напомнило картину Пикассо, мимо которой только что прошел Райан. За время, прошедшее с тех пор, как ее сын давал интервью на ступеньках здания суда, эта женщина превратилась в высохший скелет.

– Рак, – коротко пояснила она. – В конечной стадии. Я не упустила бы шанс вылечиться, уверяю вас. У меня есть и деньги, и выход на лучших докторов. К сожалению, некоторые вещи за деньги не купишь. Пожалуйста, садитесь.

Лок опустился в мягкое кресло с невысокой спинкой.

– Насколько я понимаю, вы ищете моего сына, – после длинной паузы проговорила хозяйка.

– Да, как и многие, – сказал Райан, откашлявшись. – Единственное различие в том, что я намерен разыскать его и вернуть за решетку.

Мириам улыбнулась, и эта открытая улыбка выбила Лока из колеи. Такой реакции он не ожидал.

– Надеюсь, у вас получится, – сказала женщина. – Да, совершенно искренне надеюсь. Чарли – позор нашей семьи. Ничего плохого я ему не желаю, но думаю, что за свои поступки он должен ответить, как мужчина.

– Миссис Мендес, так вы поможете мне найти Чарли? – спросил охранник.

– Вы не знаете, где он? – невинно удивилась его собеседница.

– Понятия не имею, – ответил Райан, улыбнувшись.

– Мистер Лок, если бы я знала, где мой сын, то сама полетела бы туда и заставила бы его прекратить бессмысленную беготню. Членам семьи известно лишь, что Чарли в Мексике, да и то не наверняка. Ему же ничего не стоит перебраться в другое место.

– Зачем вы пригласили меня, раз не знаете, где ваш сын?

– Вы ведь в курсе, что случилось с теми, кто искал Чарли до вас? – Вопрос Мириам остался без ответа. – Он наверняка попал в плохую компанию.

Лок подавил ухмылку. «Плохая компания» говорят про подростков, которые допоздна болтаются на улице, курят травку и пьют пиво, а не про боевиков-наркоторговцев, которые хладнокровно убивают людей.

– По-вашему, мне не стоит туда ехать? – спросил Райан.

Хозяйка старательно изобразила удивление:

– Я ни в коем случае не пытаюсь вас отговорить, но в то же время надеюсь, что больше ни одна жизнь не будет загублена впустую.

– Миссис Мендес, ваш сын перед побегом не намекал, где намерен скрыться?

– Если бы намекал, я вряд бы ли это озвучила, – вздохнула Мириам. – Но нет, мистер Лок, Чарли ни на что не намекал. По-моему, он поддался панике.

«Ага, точно», – подумал про себя телохранитель.

– Миссис Мендес, вы хотели спросить что-то еще? – поинтересовался он вслух.

Мириам опустила руку в карман и достала конверт кремового цвета:

– Пожалуйста, передайте это Чарли, когда его разыщете. Дни мои сочтены, боюсь, я не увижу его до…

Лок встал, подошел к ней и взял конверт. Судя по толщине, в нем было три или четыре листа старомодной писчей бумаги. На конверте мать аккуратно написала имя сына.

– Обязательно передам, – пообещал Райан.

Мириам Мендес стиснула ему ладонь. Надо же, сколько у нее силищи!

– Конечно, передадите, – сказала она. – Мистер Лок, счет у меня идет не на месяцы, а на дни, поэтому, пожалуйста, если разыщете Чарли, сразу сообщите мне. В тот же самый момент. Мне будет куда спокойнее знать, что сын получил это письмо до моей кончины. Обещаете?

– Обещаю, что вы узнаете об этом первой, – отозвался охранник.

Прежде чем отправиться на встречу с миссис Мендес, он навел кое-какие справки. У Мириам и впрямь обнаружили рак, только форма, которой страдала она, как правило, не смертельна. Сейчас мать Чарли находилась в ремиссии. Волосы она растеряла, но явно шла на поправку. Просить Райана связаться с ней сразу после поимки Чарли эта женщина могла по одной-единственной причине – она не желала, чтобы ее сына выдавали властям.

– Спасибо, мистер Лок, вы очень хороший человек, – сказала Мириам, вымучив улыбку.

– Миссис Мендес, я найду выход. Не надо меня провожать.

Уже на пороге телохранитель замер, а обернувшись, увидел хозяйку дома в той же позе.

– В чем дело, мистер Лок? – удивилась она.

– Я тут подумал… Миссис Мендес, если вы получите весточку от сына раньше, чем я, вы не передадите ему кое-что?

Глаза Мириам едва не вылезали из орбит, и Райан почувствовал, что она злится.

– Пожалуйста, передайте Чарли, что ни деньги, ни насилие не помешают мне упрятать его обратно в клетку к диким зверям, – сказал он вежливым тоном.

Взгляд его собеседницы посуровел, но улыбка не померкла.

– Будьте осторожны, мистер Лок. Не хотелось бы, чтобы число пострадавших росло.

У бассейна типично американского уборщика сменил крепыш латинос, габариты которого наводили на мысль, что он проглотил своего предшественника. «Присутствие странного», – отметил охранник. Пока он шел к машине, крепыш не сводил с него глаз. Лок бросил письмо на пассажирское сиденье, завел «Ауди» и покатил прочь от дома. Стоило ему приблизиться к воротам, и они открылись. Райан покинул владения Мендесов, отъехал на полмили и остановился у обочины. Он смотрел на письмо, гадая, очень ли аморально будет его вскрыть. В итоге он порвал конверт и вытащил три толстых листа кремовой писчей бумаги.

Листочки были девственно-чисты.

13

Райан не остановился в обслуживаемом секторе стоянки – он заехал в самый дальний ее угол и припарковался между двумя огромными внедорожниками. «Ауди» встала носом к кирпичной стене, поэтому разглядеть, что творится в салоне, можно было лишь сзади. Лок почти не сомневался, что от виллы Мендесов за ним не следили, но то, что он собрался сделать, было не для посторонних глаз.

Охранник выбрался из «Ауди», медленно обошел вокруг машины сначала один раз, а потом еще, тщательно ощупывая внутреннюю часть колесных арок. Потом он залез под машину, а когда выбрался, распахнул обе двери, проверил салон и багажник, не оставив без внимания ни один дюйм. То, что он искал, оказалось в самой глубине багажника – черная коробочка размером с пачку сигарет. Райан достал светодиодный фонарь «Маглайт» и осветил темное чрево салона. Затем в ход пошел нож «Гербер» – телохранитель отодрал коробочку и повертел ее в руках.

Навигатор с отслеживанием местоположения в реальном времени, вот что это было. Эта система имелась в свободной продаже, по пятьдесят баксов за штуку. Цену Райан знал, потому что в свое время рекомендовал такую штуковину автопредприятию, водители которого теряли много груза.

Лок решил, что приборчик подсадили ему в машину, пока он беседовал с Мириам Мендес. Он заподозрил это, когда вместо молодого уборщика увидел у бассейна латиноса постарше. Смена персонала казалась нелогичной, а все нелогичное следовало проверить.

Охранник оглядел стоянку. А если подсадить приборчик в машину с некалифорнийскими номерами? Нет, ни в коем случае! Эти люди отправили бандитку, чтобы прикончить молодую жертву изнасилования. Что им стоит убить пару злосчастных отпускников из Орегона? Систему пока лучше оставить на месте. Хотят следить за ним, пусть следят – пока.

В номере Райан убрал «письмо» Мириам Мендес в папку Марси Браун и отправил Таю эсэмэску с новостями.

Вскоре застрекотал сотовый.

– Как Мелисса? – сразу спросил Лок.

– Она в сознании, а вот меня из палаты выгнали, – ответил Джонсон. – Но не бойся, теперь я сижу сразу за порогом.

– Успел с ней поговорить?

– Пытался, но она требует тебя.

Райан глянул в окно на автобусную остановку:

– У меня тут еще пара встреч. Копы не возвращались?

– Доктор их не пускает. Говорит, Мелисса еще слаба для допросов.

– Тебе он что-нибудь сказал?

– Я пробовал расспрашивать о ее состоянии. Только извини, братан, на родственника я не тяну. Ну, ты меня понимаешь!

– Кстати, о родственниках. Мелиссины еще не показывались?

– Мать едет сюда. Ждем с минуты на минуту, – ответил Тай.

– Отлично, ты уж побеседуй с ней.

– Без проблем. Кстати, есть новость, которая тебе вряд ли понравится.

– Какая еще?

– Помнишь, ты поймал здесь девчушку с ножом?

– Да, и что? – спросил Лок, уже догадавшийся, что сейчас услышит.

– Ее отпустили под залог.

– Вообще-то она могла убить Мелиссу.

– Ну, все не так страшно. Угадай, кто представлял ее на суде.

– Джонни Кокран[5]5   Джонни Л. Кокран (1937-2005) – известный адвокат, прославившийся искусным эмоциональным давлением на присяжных в деле об убийстве известным спортсменом О. Джей Симпсоном своей жены и ее любовника в 1995 г.

[Закрыть]

?

– Проснись, братан! Джонни умер в две тысячи пятом.

– Черт, наверное, некролог пропустил. Так кто представлял девчонку на суде?

– Младший адвокат из конторы Тони Медины.

– Имя выяснил?

– Выясняю. Будет результат – сразу скину по электронке.

К списку встреч Лока прибавлялась еще одна. Из ушлого Медины вряд ли много выжмешь, но вдруг младший адвокат выдаст что-то полезное о том, кто оплачивает защиту юной бандитки? Не исключено, что платит банда, или же девчонка и Чарли Мендес по чистому совпадению оказались клиентами одной адвокатской конторы. К совпадениям Райан относился примерно так же, как к Санта-Клаусу и Зубной Фее, – верить в них можно, но толку – чуть.

– Когда вернешься? – спросил его друг.

– У меня добавилась еще одна встреча.

– Эй, слышь, братан?

– Что?

– Береги себя.

Page 6

Когда «Ауди» Лока петляла по Тихоокеанскому шоссе в направлении Лос-Анджелеса, солнце уже садилось за горизонт. Настроение у Райана улучшилось: сейчас он знал куда больше, чем до отъезда, а еще Тай сообщил по телефону, что Мелисса пришла в сознание. Девушка немного рассказала ему о том, что случилось в ночь, когда в нее стреляли.

Несколько месяцев мисс Уорнер безуспешно выслеживала Лока и наконец увидела снимок, сделанный папарацци: Райан на нем сопровождал членов «Тройного К» в ресторан Западного Голливуда. Она попыталась связаться с ним через менеджеров группы, но получила отказ. Потом девушка выяснила, что группа дает концерт в Лос-Анджелесе, и купила билет.

На концерте гангстеры затеяли разборку. Сперва Мелисса решила, что ничего необычного нет – бандитские разборки на концертах рэперов отнюдь не редкость, – а потом поняла, что они ищут именно ее. Мелисса села в машину и ускользнула, хотя ее преследовали. Точнее, она думала, что ускользнула. По пути в отель, где после концерта рэперы собирали вечеринку, ей пришлось остановиться на заправке. Она заправилась и уже садилась за руль, когда дорогу перегородила другая машина. Из салона выбралась девушка, выстрелила в Мелиссу через лобовое стекло и уехала, решив, что ее жертва мертва. Но мисс Уорнер не умерла. Несмотря на адскую боль, она решила добраться до отеля и разыскать Лока.

Остальное напарники знали.

Райан включил громкую связь, и голос Тая эхом разносился по салону:

– Сейчас с ней копы.

– Ты предупредил, чтобы ей не говорили про ту девчонку из группировки? Ну, что ее отпустили под залог?

– Предупредил, а вот послушают они или нет, не знаю. А ты в Санта-Барбаре что-нибудь нашел?

– Кое-что есть, только нам от этого не легче. Представь, Брэди с кем-то контактировал в Мексике, но тот человек не берет трубку.

– То есть ты не знаешь, кто это?

– Не-а. У меня только номер. – Лок забарабанил пальцами по рулю. – Слушай, не поговоришь со своими приятелями – добытчиками данных? Вдруг они что-нибудь раскопают о семейном бизнесе Мендесов?

– Конечно, поговорю.

– Особенно интересуют любое партнерство с Мексикой, дочерние фирмы, поставщики, инвестиционный портфель и так далее.

– Будет сделано. Так мы беремся искать говнюка или нет?

Лок вздохнул и глянул на голубую гладь океана:

– Попробуем, Тай. Посмотрим, куда нас занесет. Ну, скоро увидимся.

Он отсоединился и сосредоточил внимание на дороге, а потом снова набрал мексиканский номер с телефонного счета Джо. На этот раз ответом ему было сообщение: «Аппарат абонента вне зоны действия сети». По-английски и по-испански. Да, конечно, он попробует перезвонить позже.

По дороге Лок сделал еще один звонок.

Сара Брэди взяла трубку после второго гудка. Райан извинился, что отрывает ее от работы и поблагодарил за помощь.

– Вы нашли то, что искали? – спросила женщина.

О мексиканском телефонном номере телохранитель говорить не собирался, пока не выяснит, чей он. Но было еще нечто, увиденное в офисе, и это нечто терзало Райана, пока петляющее шоссе уносило его на юг.

– Прозвучит глупо, но Джо нарисовал кое-что в бюваре, – сказал он. – Наверное, это пустяки, только… Вы никогда не слышали, чтобы ваш муж говорил о «даре дьявола»?

На другом конце провода раздался горький смешок:

– Да, я в курсе, что это значит. Жаль только, Джо всерьез не воспринял!

– И что же это значит, миссис Брэди?

– Так, глупость. – Сара замялась, словно не представляя, как облечь мысль в слова. – На первых порах Джо работал у одного старика по имени Дэнни Франт. «Поручительство Франта», так называлась та контора. Дэнни занимался поручительством чуть ли не с рождения и напридумывал разных выражансов. Принято считать, что поручители и агенты по розыску сбежавших должников якшаются с одним сбродом. Насколько мне известно, большинство клиентов – либо откровенные дураки, либо неудачники, либо первое плюс второе. Хотя порой попадаются настоящие отморозки. Джо делал таким поблажки, а опытный Дэнни отправлял их в другую контору, потому что знал: они скроются, а искать их потом себе дороже. Когда Франт не хотел браться за очередного отморозка или любителя сбегать, он использовал эту фразу. Говорил, что дары дьявола ему не нужны. Старик был абсолютно прав. Он не позволил бы Джо разыскивать Мендеса.

Лок задумался. Дар дьявола… А что, все правильно! Сам он нередко отказывал клиентам, почувствовав, что хлопот от них будет больше, чем денег. Зато, если в итоге он делал таким клиентам поблажку, дело частенько заканчивалось слезами. У Рейвен Лейн, последней ВИП-клиентки Лока, слезы текли рекой.

– Дэнни еще жив? – спросил охранник.

– Умер десять лет назад. Джо, пока не встал на ноги, название конторы не менял. А потом переименовал ее в «Поручительство от Джо Брэди».

– Значит, это лишь меткая фраза бывшего владельца конторы?

– В общем, да. Но при этом добрый совет.

Лок поблагодарил вдову Джо, отсоединился и глянул на прибор слежения. Телохранитель переместил его из багажника на переднее пассажирское сиденье, чтобы не забывать: на вилле Мендесов или в Санта-Марии кто-то следит за каждым его шагом. Кто-то сидит за компьютером и наблюдает, как маленькая точка, обозначающая его машину, движется по виртуальной карте. Лока это радовало. Пусть думают, что у руля они. Пока Райана это полностью устраивало.

19

До Медицинского центра Калифорнийского университета Лок добрался уже затемно. Машину он этот раз поставил на стоянку для посетителей, после чего поднялся на лифте в отделение реанимации и услышал громкую перепалку доктора с медсестрами. Райан пожал плечами: реанимация есть реанимация, без ЧП тут никак.

Охранник зашагал по длинному коридору. Мелисса, если ее никуда не перевели, в шестой палате слева. Он все сосчитал еще в первый раз – не только палаты, но и число шагов от лифта. Старая привычка, появившаяся за годы службы телохранителем… Попав в незнакомое место, Райан неизменно запоминал все входы и выходы и путь к ним, чтобы на случай пожара или отключения электроэнергии точно знать, как долго туда добираться.

Медперсонал суетился в палате слева: медсестры носились как угорелые. Телохранитель пересчитал двери, потом сделал это еще раз и ускорил шаг.

Тая видно не было. Мимо пробегала медсестра, и Лок схватил ее за руку.

– Куда перевели Мелиссу Уорнер? Она в той палате? – затараторил он, отчаянно надеясь, что ошибается.

– Извините меня! – Медсестра вырвалась, смерив его недовольным взглядом.

Лок шел дальше. Внезапно появился Джонсон – он вырос как из-под земли. Рядом с ним была женщина – она вдруг закричала, и ее вопли быстро переросли в вой отрицания: «Не-ет! Не-ет!!!»

Тайрон прижал ее к себе, и Лок с первого взгляда узнал Джен, мать Мелиссы. Она прорывалась в палату, а Джонсон пытался остановить ее:

– Пусть доктора делают свое дело. Не мешайте им, ладно?

Постепенно миссис Уорнер успокоилась, и Тай отпустил ее. Она соскользнула по стене на пол и, снедаемая паническим страхом, стала дергать себя за волосы.

– В чем дело? – спросил Лок.

– Не знаю, – развел руками его друг. – Джен сидела спокойно, а потом я вошел в палату, чтобы дать ей передохнуть, и все приборы как с ума сошли. Наверное, у Мелиссы что-то случилось с сердцем: медсестры побежали за дефибриллятором, а в палату вызвали доктора.

Мать Мелиссы попробовала встать. Напарники помогли ей.

– Мне нужно на воздух, – прошептала женщина.

– Проводить вас? – предложил Тай.

Джен покачала головой. Забытые четки свисали с кончиков ее пальцев.

– Вы очень любезны, но я справлюсь, – ответила она и неуверенно побрела к лифту. Охранники проводили ее обеспокоенными взглядами и переключили внимание на палату. Суматоха понемногу улеглась. Голоса звучали тише, но из палаты никто не выходил. Лок так и буравил глазами напарника: оба понимали, что это недобрый знак.

Друзья терпеливо ждали, и наконец из палаты выскользнула медсестра. Она упорно смотрела в пол. Следом за ней вышел клинический ординатор в зеленой форме.

– Вы отец? – спросил он, глядя на Лока.

Вопрос потряс Райана до глубины души. Кто он Мелиссе? Явно не родственник. И не друг. Они встречались только раз, два дня назад, когда истекающая кровью девушка забрела в отель. Он посторонний человек, к которому она просто обратилась за помощью.

– Ее мать только что вышла. Позвать ее? – предложил Лок.

– Да, пожалуйста, – ответил доктор.

– Я позову, – сказал Тай и, ссутулившись, зашагал к лифту.

– Мелисса умерла? – спросил Райан.

– Мне очень жаль, – проговорил врач, кусая нижнюю губу. – Порой… – Он осекся. – Порой после таких тяжелых ранений организм не справляется.

Телохранитель перевел взгляд на палату, где на койке лежала мертвая двадцатиоднолетняя девушка. Ее сердце разбилось в самом буквальном смысле.

– Я привез ее сюда после ранения, – сказал он доктору. – Можно мне к ней?

Медик промолчал, и Райан прошагал мимо него в палату.

Мелиссу уложили на койку. Когда Лок вошел, медсестра прикрыла умершую простыней, сквозь которую просвечивал только багровый шов, аркой изгибающийся на животе. Стежки четко указывали, где кожу зашивали после извлечения пули. Охранник скрючился неподалеку от кровати, словно придавленный недавними событиями. Он не был виноват в смерти девушки, ни в коей мере, но она все равно его угнетала.

Мелисса Уорнер оставила ему наследство, мрачное, как любой семейный долг.

Райан поднялся, протянул руку и осторожно закрыл умершей глаза.

20

Неделю спустя.

Западный Голливуд

Три черных внедорожника «Кадиллак Эскалейд» остановились у ресторана в Западном Голливуде. Лок, сидевший на переднем пассажирском сиденье одного из этих автомобилей, выбрался из салона, отступил на шаг и распахнул заднюю дверцу. У других «Эскалейдов» тоже открылись дверцы со стороны обочины. Райан провел Дуэйна Дайкса, самого популярного члена «Тройного К», с подругой через стайку папарацци ко входу в ресторан. Тай сделал то же самое со своей звездой. Эту безупречно отлаженную процедуру проводили в основном ради престижа рэперов. В тот вечер самую большую опасность для Дуэйна представляли непрожаренные гребешки.

В ресторане метрдотель проводил рэперов и их спутниц к столику в центре зала. Райан с Таем сели за маленький столик у окна, заказали минеральную воду и приготовились ждать. Вот вам прелести службы телохранителем: смотришь, как отдыхают другие, и ждешь, когда они закончат.

За воду Лок заплатил заранее: так научили годы службы. Счет нужно просить, когда приносят еду и напитки, тогда не возникнет проблем, если понадобится спешно уйти. У ресторана снова принялись курить, болтать и пить латте три скучающих папарацци. На террасе Райан заметил и узнал некую голливудскую актрису и ее вылощенного спутника, тоже кинозвезду. Гетеросексуалами они оба не слыли, зато вместе снялись в фильме, выходящем на широкий экран.

Первый «Эскалейд» влился в транспортный поток, два других отправились следом. По указанию Лока они свернут за угол и станут ждать, пока рэперы не поужинают.

Через дорогу стоял другой автомобиль, красная «Хонда Аккорд» с тонированными стеклами. Вот уже некоторое время она следила за Райаном и Таем. Вдвоем они легко могли перейти через дорогу или подобраться сзади, перевернуть машину, вытряхнуть водителя и выяснить, на кого он работает. Легко, но делать это было ни к чему. Лок знал, кто в машине, зачем он там и почему этим занимается. Его вполне устраивало присутствие «Хонды», как и черная коробочка в «Ауди». Тайное наблюдение чревато проблемами, если не знаешь о нем. А если знаешь, это щедрый подарок от следящего.

Райан потягивал минералку, а его друг ради разнообразия заказал «Спрайт». Вскоре официант принес заказ.

– От этой дряни зубы гниют, – подначил напарника Лок, чтобы скрасить ожидание.

Они целую неделю вели на людях такие разговоры – о спорте, о текущих делах, о пустяках… Ни слова о Мелиссе Уорнер и ее участи. Ни полслова о Чарли Мендесе. Только не на людях. Только не когда есть шанс, что их подслушают. Оба думали о девушке, которая поплатилась жизнью за попытку связаться с Локом, но заговаривали о ней, лишь когда чувствовали полную безопасность, то есть наедине.

Сегодня Мелисса вспоминалась чаще обычного. Лок закрывал глаза и видел ее лицо. Она вытеснила Кэрри на задворки сознания, и Райан не знал, радоваться ему этому или горевать.

Сегодня, в трех с лишним тысячах миль отсюда, в штате Делавэр, хоронили мисс Уорнер. Она упокоится рядом со своим отцом. Локу прислали приглашение на похороны, но он разорвал его на куски и выбросил в урну у бербанкского магазина одежды, напротив которого стояла красная «Хонда». Охранник не сомневался: приглашение достанут и решат, что Мелисса Уорнер была в его жизни лишь эпизодом, пусть даже бурным. А еще что рисковать собой ради нее он не намерен, особенно сейчас, после ее смерти. Такие спектакли портили Локу вечер за вечером, но он был непреклонен. Его гнев пылал так ярко, что, когда его силы угасали, он им грелся.

Тем временем рэперы заказали трехсотдолларовую бутылку шампанского. Их спутницы захихикали.

Тай мрачно взглянул в сторону своих подопечных.

– Подай нашим кадрам это, – он поднял стакан с ледяным «Спрайтом», – они разницу не почувствуют.

– Эй, кадры отлично платят за то, что ты сидишь в модном ресторане и потягиваешь «Спрайт»! – отозвался Райан.

Напарники уселись поудобнее и стали ждать закуски, горячее и десерты. Когда закуски были съедены, Лок заметил: за окном что-то изменилось. Красная «Хонда Аккорд» влилась в поток транспорта на Пико-бульваре. Арендовал ее частный детектив из Ван-Найса, бывший коп.

Детектива наверняка наняли через посредника, а того проинструктировал другой посредник. В качестве повода для слежки придумали какую-нибудь байку. Что-нибудь про неверную жену с неутолимой страстью к таким, как Лок. Вряд ли детектив понимает, что служит злоумышленникам, и просвещать его Райан не собирался. Человек этот лишь пешка, пусть делает свое дело. Райан взглянул на часы: детектив либо закончил на сегодня, либо отработал оплаченную неделю. Который из вариантов верен, станет ясно завтра. Лок считал, что второй. Слежка за человеком, не совершающим ничего компрометирующего, вызывает вопросы, а тот, кто в итоге платил детективу, от вопросов, вероятно, устал.

Райан заказал еще минералки и подумал, что порой самое верное – не делать ничего. Для него это было еще и самым трудным. Рэперы спорили о том, с чьей карты «Центурион», предоставленной студией звукозаписи, снимут стоимость ужина. Их охранникам не хватало пороху объяснить, что студия печется лишь о том, чтобы они сполна заплатили за каждую минуту несдержанно роскошной жизни. Рано или поздно мальчики поймут это сами. Просто так в жизни не бывает ничего. Судьба за все выставляет счет.

21

Лок вставил пластиковую ключ-карту в прорезь двери своего номера. Световой индикатор на ручке загорелся зеленым. Райан вытащил карту и вошел в их временный штаб. Тай последовал за ним. Лок достал сканер из шкафа и проверил, нет ли в комнате жучков. Таковых не оказалось. Он заранее велел горничным не приближаться к его номеру и поставил в дальний угол маленькую видеокамеру, активируемую датчиком движения. Джонсон сел за стол, раскрыл ноутбук и просмотрел отснятое.

– Мы молодцы, – похвалил он.

С помощью 32-битного шифрованного интернет-соединения Тай подключился к своему почтовому ящику. Его друг тем временем разложил карту на кровати карту. Красными точками на ней обозначались места, где предположительно бывал Мендес. Подтвердились лишь отдельные точки, причем большинство относилось к периоду сразу после побега, прежде чем СМИ переключились на другой скандал. В ту пору туристы горели желанием помочь – звонили и сообщали, что видели Мендеса на разных курортах. Кто-то даже заснял на камеру пребывание Чарли в Канкуне, столь любимом американскими туристами. Случилось это несколько месяцев назад. После убийства Брэди Мендес как в воду канул.

– Есть что новое? – спросил Лок, встав за спиной партнера.

– Наш малыш Чарли как Братец Кролик. Залег на дно, говнюк, боится, что грядет каюк.

– Складно говоришь, Тайрон. В тебе поэт умирает.

– Может, займусь на старости лет, – улыбнулся Джонсон.

Тай вернулся к электронной почте, Лок – к карте. Если Мендес не перебрался в другую страну, то, судя по тому, где его видели, находился на северо-востоке Мексики, у границы. Спрашивается, зачем? Райан в такой ситуации подался бы на юг, в глубь Латинской Америки.

Чарли мелькал в радиусе трехсот – четырехсот миль, а значит, подтверждалось подозрение Лока, что преступник находится под чьим-то крылом, вероятно, картеля или банды.

Пять лет назад определить, кто покровительствует этому парню, не составило бы труда. В ту пору существовали картель Синалоа и картель Гольфо, которые делили между собой торговлю наркотиками и людьми в Мексике. Потом мексиканское правительство, благодаря финансовой поддержке США, приняло крутые меры по борьбе с организованной преступностью, в лидеры вырвались военизированные Лос-Зетас, и началось дробление наркокартелей. Нет, влиятельные картели не исчезли, но вертикальная интеграция рассыпалась до уровня, на котором стало непонятно, кто кому подчиняется. Наихудшим последствием этого стал рост насилия. Прежде оно разрешало деловые споры, а сейчас убивали, насиловали, пытали не ради запугивания или устранения конкурентов, а чуть ли не для развлечения.

К тому же наркокартели теперь отдавали часть бизнес-процесса на сторону – от перевозок до охраны и отмывания денег. Это, во-первых, как и в законном бизнесе, экономило деньги, а во-вторых, отдаляло верхушку от уголовно наказуемых действий. Раз первые лица картеля не в курсе, что их подрядчик глумится над законом, то и в последующих преступлениях их не обвинить. Возмутительные поступки совершали не их люди. Правдоподобное отрицание отлично прижилось в организованной преступности.

Все эти перемены означали, что выследить Мендеса будет куда сложнее, чем предполагал Лок. А еще, раз он убеждал преследователей, что этот парень совершенно его не интересует, ему нельзя было в открытую собирать информацию. Чтобы поймать Чарли, нужно было сперва его разыскать, а они с Таем пока продвигались в этом деле очень медленно.

Джонсон встал, потянулся и поднял руки за голову:

– Ничего. Мендеса никто не видел. И никто не слышал, чтобы кто-нибудь его видел.

От досады Райан пнул спинку кровати:

– Рано или поздно он должен где-то всплыть!

– Ты собираешься разговаривать с кем-то, кроме детектива в Санта-Барбаре и вдовы Брэди? С кем-нибудь из минюста или из Службы маршалов?

Лок подошел к окну и глянул на Город Ангелов:

– Маршалы в Мексику за ним не поедут, а у минюста своих дел полно. Чарли Мендес – это уже старая песня. Нет, если его прищучат, за ним кого-то отправят, но искать его точно не станут.

Поиски затруднял еще один фактор. За последние несколько месяцев взаимоотношения американского и мексиканского правительств заметно разладились. Нарковойны все чаще переливались через границу, коррумпированность мексиканского правительства становилась все очевиднее, так что доверие сменилось напряжением. Проще говоря, искать серийного насильника ни в Мексике, ни в США никого не тянуло. У обеих сторон имелись дела поважнее.

– Я устал. Не возражаешь, если на боковую отправлюсь? – спросил Джонсон.

– Конечно нет.

Тай подошел к двери.

– Мы найдем его, – пообещал он.

Лок помахал ему рукой – давай, мол, спокойной ночи, – а сам вернулся к карте. Он вглядывался в нее, надеясь, что она раскроет тайны, даст некий ключ, отправную точку. Увы, надежды не оправдались. Три часа спустя Райан наконец заснул.

Часть II
22

Солнце над Тихим океаном казалось ярко-оранжевым. Убаюканный его теплом, Чарли Мендес потянулся и громко зевнул. Впереди целый день! Через минуту-другую он встанет с шезлонга, возьмет доску для серфинга и пойдет ловить волну. Через часок вернется на виллу, сполоснется и отправится на ланч. Обратно он придет с местной девушкой: он меняет их каждую неделю. После сиесты с ней – калорий в процессе сжигалось больше, чем при серфинге, – он отдохнет по-настоящему. Часов в семь можно поужинать, потом выпить в местном баре и подцепить другую девицу. А ближе к полуночи он ляжет спать, на этот раз в гордом одиночестве.

Большинству людей такое существование быстро наскучило бы, однако Чарли привык к праздности. Тем легче ему было перенести переезд в Мексику. Единственной проблемой были местные девушки. Красавицы, порой ослепительные, они оказались чересчур доступными. Богатому американцу, да еще молодому, стройному, загорелому, завалить мексиканку было куда проще, чем поймать волну. Мендес так скучал по своей прежней жизни, что однажды одурманил местную девицу и привез ее к себе на виллу. Но потом он взглянул на нее, бесчувственную, и кайф отлетел. Девица и так выполнила бы любую его прихоть, даже самую унизительную и извращенную. В чем же тут кайф?

Ради кайфа нынче вечером Чарли выскользнет с виллы, поедет к соседнему городку Дьябло, где в паре курортных отелей останавливаются американцы, и выберет достойный внимания объект. Он специально купил новую видеокамеру. И специально отобрал наркотики. Он рисковал. Несмотря на незавидную участь предыдущего охотника за головами, появление очередного совершенно не исключалось. Только от этого кайф был еще сильнее. Чарли Мендес одновременно будет и охотником, и жертвой. От такой перспективы у него по спине ползли мурашки, а руки покрывались гусиной кожей.

Он поднялся, скинул сандалии и взял доску. Неподалеку, на асфальтированной дорожке, два телохранителя с автоматами за спиной стояли у красного «Мерседеса». Здесь в открытую носили мощное огнестрельное оружие, и никто не удивлялся. Чарли помахал телохранителям, и один из них, Гектор, махнул ему в ответ. Гектор пугал Мендеса. Самый тщедушный из вездесущей свиты беглеца, зато однозначный лидер – его уважали, с ним считались. Чарли пугали его глаза: такие бывают у хищников.

Мендес побежал к океану. Впервые за несколько месяцев он чувствовал себя по-настоящему живым, а все потому, что намечался увлекательный вечер. Наконец-то он чего-то ждет! И тут его окликнул Гектор:

– Чарли!

Парень не остановился, но телохранитель позвал его снова. Один раз этого типа проигнорировать можно, а два – уже слишком. Чарли обернулся. Гектор манил его к себе. Надо подойти к машине…

– В чем дело, Гектор?

– Вам следует вернуться в дом.

– Почему?

Охранник выступил вперед:

– Садитесь в машину. Я возьму вашу доску.

Мендес разозлился, но доску отдал. Гектор устроился на переднем пассажирском сиденье, положив автомат на колени.

– В чем проблема? – допытывался Чарли. – Почему мы уезжаем?

Телохранитель повернулся к нему и растянул губы в улыбке:

– Никаких проблем нет.

– Появился новый охотник?

– Говорю же, проблем нет. Это мера предосторожности.

– Но ведь что-то произошло?

– Помните девушку, которая подняла шум? Как ее, Уорнер?

Давненько Мендес о ней не вспоминал! Поначалу он то и дело представлял, как убивает ее самыми ужасными способами, и лишь изредка мысленно возвращался в ночь, когда ее изнасиловал.

– Ту сучку? – спросил он. – Ага, помню. А что с ней?

– Умерла, – коротко ответил Гектор.

По реакции Чарли можно было подумать, что к его приходу в ресторане кончилось фирменное блюдо:

– Да? Как это случилось?

Гектор пожал плечами.

– На концерте рэперской группы в нее стреляли. Это же Лос-Анджелес! Порой там творятся жуткие вещи.

– Так с какой радости мне возвращаться в дом?

Черт подери, даже после смерти мерзкая сучка портит ему жизнь! До чего же Чарли ненавидел дом, в котором его держали после приезда Брэди! Из окон не видно ни гор, ни океана – лишь другие здания, да и те едва просматривались за высокими стенами и колючей проволокой.

Губы охранника превратились в тонкую полоску под крупным носом-луковицей – верный признак того, что он устал от вопросов.

– Ладно, Гектор, забыли. Причина наверняка веская, – со вздохом проговорил Мендес и забрался на заднее сиденье. Кондиционер работал на полную мощность, Чарли попал под струю его холодного воздуха и содрогнулся. Он сел поудобнее и постарался заснуть. Но ему не давали покоя воспоминания о Мелиссе: перед его мысленным взором мелькали эпизоды той ночи. Даже одурманенная, девушка пыталась сопротивляться – вяло царапала ему лицо. Чарли получил тогда огромное удовольствие. И даже сейчас от тех воспоминаний у него появилась эрекция. Много бы он отдал за другую такую Мелиссу!

Page 7

Проснулась она от холода и липкой влаги, текущей по ногам. Прислушалась, но не услышала ничего. Телу медленно вернулась чувствительность, и она поняла, что лежит не на кровати. Откуда этот сквозняк? Во рту так пересохло, что казалось, язык прилип к нёбу. Джулия с огромным трудом открыла глаза, но ничего не увидела: вокруг царила тьма.

Через секунду глаза начали приспосабливаться к мраку. Что находится сзади, она не видела. Видны были голый бетонный пол, голые серые стены и голый же потолок с одинокой лампочкой на шести дюймах провода в дальнем конце комнаты.

Девушка попробовала встать, но не смогла. Повернув голову набок, она почувствовала болезненный спазм. Затем Фишер посмотрела на свою руку: кисть обвивала веревка, которая крепилась к металлическому кольцу, утопленному в бетонный пол. Она повернула голову в другую сторону и поняла, что вторую ее руку тоже привязали. Тогда пленница попробовала поднять ногу, но веревка обвивала и их.

Паника накрыла ее с головой. Как девушка ни вырывалась, как ни билась, веревки выдержали. Она приказала себе остановиться. Думать, ей нужно думать.

Голова казалась тяжелой, словно мозг обернули ватой.

Думай!

Думай о том, как сюда попала.

Что вспоминается последним?

Побег из курортного отеля и поиски бара.

Чарли.

Красавец. Она разговаривала с ним. Он угостил ее выпивкой. «Маргаритой». Она его целовала.

Потом лестница. Она споткнулась. Он помогал идти и трогал ее всюду. Дальше вспомнилось еще кое-что. Такое вспоминать не хотелось. О таком вообще не хотелось думать. Может, стоит думать не о том, как она сюда попала, а о том, как отсюда выбраться?

Вдруг ее здесь бросят? Вдруг что-то случится с теми, кто ее здесь оставил? Воды у нее нет. Она умрет. Снова нахлынула паника, и на этот раз Джулия не смогла ее подавить.

Она попробовала закричать, но изо рта у нее вырвалось лишь хриплое карканье. Девушка попробовала снова. Получилось громче. Она кричала и кричала, потеряв счет времени.

Но вот в замке заскрежетал ключ. Пленница попыталась поднять голову. Двери она не увидела, зато услышала, как та открывается. Наверное, дверь находилась сзади.

Она вздрогнула: щеки коснулась чья-то рука. Рука погладила по щеке. Пальцы обвели ей губы.

– Пожалуйста! – услышала девушка свой лепет. – Пожалуйста, не трогайте меня!

Некто сел на корточки у нее за спиной. Некто дышал, но не говорил ни слова. Некто убрал руку с ее щеки, поднял ей голову и положил себе на колени.

Фишер снова увидела руку, на этот раз с бутылкой воды. Рука наклонила бутылку так, чтобы она могла пить. Немного воды пролилось на пол, и она, измученная жаждой, слизнула. Некто опустил ее на пол: вода кончилась.

– Пожалуйста, отпустите меня! – взмолилась Джулия. – У моих родителей есть деньги. Они вам заплатят.

Некто не ответил. Дверь закрылась. Она снова осталась одна.

30

Напарники прибыли в Дьябло и нашли в центре города отель, входящий в большую американскую сеть. Почти все номера пустовали, что не удивляло, учитывая криминальную обстановку в приграничных городах.

Тай снял двухместный номер по фальшивым документами, расплатился наличными и повел Райана в бар на встречу со своим знакомым. Лок надеялся, что Мендес появится там и в этот вечер. Он уже решил, что если увидит Чарли в общественном месте, то постарается немедленно его задержать.

Когда приехали к бару, на стоянке было полно машин. Джонсон нашел свободное место поближе к двери черного хода, и напарники выбрались из «Дуранго». Лок вытащил из козырька и захватил с собой фото Чарли Мендеса.

Они обогнули бар и оказались у главного входа.

– Нам сюда, – сказал Тайрон, глянув на вывеску.

Его товарищ расправил плечи и решительно вошел в бар. Тай прошел туда следом. Первым, что отметил Райан, переступив порог, стал запах сигаретного дыма: для него, только что приехавшего из Калифорнии, где курить в общественном месте позорнее, чем портить воздух другим способом, это было тем самым присутствием необычного, на что он первым делом обращал внимание. Фото Мендеса охранник спрятал в задний карман.

У стойки напарники заказали по пиву и оглядели посетителей. В баре сидели в основном местные, но была и пара американцев.

Лок чокнулся с Таем.

– За что пьем? – поинтересовался тот.

За спиной у товарища Райан заметил белого мужчину, на вид явно американца, который сидел один, пил «ерша», виски с пивом, и явно прислушивался к их разговору.

– Давай за отличный отпуск, – предложил Лок, наклоняя свою бутылку к бутылке Джонсона. Когда он повернулся лицом к стойке, белый незнакомец перехватил его взгляд.

– Ребята, вы американцы? – спросил он.

– Как ты догадался? – вместо ответа переспросил Лок.

– Наверное, просто людей чувствую, – ответил тот, скоромно пожав плечами.

– Выпьешь с нами? – предложил Райан.

– Конечно, – улыбнулся американец.

Тай кивнул на столик, за которым сидели туристы, в основном молодые девушки:

– Ну, братан, я пойду пройдусь.

Лок подтолкнул новому собутыльнику пиво и придвинул к стойке табурет. На правом бицепсе любителя «ерша» он уже заметил нечто интересное – татуировку в виде «боевого креста»[8]8   Импровизированное солдатское надгробие из закрепленного вертикально личного оружия с повешенной на него каской и приставленной к нему обувью.

[Закрыть]

.

– Мой приятель служил в пехоте, – объявил он, кивнув на Джонсона.

– Старые добрые времена, – отозвался усевшийся рядом с ним американец, подняв бокал. – Твое здоровье!

– И твое тоже. – Райан хлебнул пива. – Где ты служил?

– Много где. Последний раз в Ираке. Во время «Бури в пустыне», первой нашей операции.

«Буря в пустыне» была паролем, которого ждал Лок. Значит, они нашли знакомого Тая. Райан заговорил тише, но все тем же беззаботным голосом – эдакий пустоголовый янки, на отдыхе болтающий с соотечественником.

– Ну, что у тебя?

Его собеседник вытащил пачку сигарет, предложил Райану, но тот отказался, и тогда он заговорил:

– Он был здесь вчера вечером.

– Точно он? – спросил Лок.

Американец закурил:

– Точно. Я сразу его узнал и, честно говоря, удивился, увидев его в этом баре.

– Почему?

– Здесь же туристы.

– Он был с девушкой?

Информатор Джонсона выпустил колечко дыма, которое повисло над стойкой:

– Недалеко отсюда курорт, там еще водятся гости. Девушка пришла одна. Они разговорились, и он угостил ее выпивкой. Девица здорово набралась, потому что он помогал ей выйти.

У Лока чуть сердце не остановилось.

– Она не могла идти?

– Детишки приходят сюда, а пить не умеют, – ответил курильщик, пожав плечами.

Вернулся бармен и спросил, не нужно ли добавки. Райан отмахнулся.

– Он ушел с девушкой? – спросил он, когда бармен отошел.

– Они поднялись наверх. Какое-то время я их не видел, а потом за ним явился накачанный мексиканец.

– Телохранитель? – уточнил Лок.

– Похоже на то. Вот… – Американец порылся в кармане и вытащил сотовый телефон. – Вашего красавчика заснять не удалось, зато я щелкнул качка.

Он вывел на крохотный дисплей зернистое фото. Бармен по-прежнему ошивался неподалеку.

– Что скажешь, классная яхта? – чуть повысил голос осведомитель.

Лок подыграл ему – взял сотовый и вгляделся в фото. Мужчину засняли в профиль на выходе из бара. Коренастый мексиканец, с набрякшими веками и сломанным носом боксера, он был в шортах и майке без рукавов.

– Что же ты продаешь такую красавицу? – спросил Райан.

Американец пожал плечами:

– С деньгами туго. Да ты меня понимаешь!

– Слушай, скинь мне фотку, – попросил Лок. – Покажу жене, и мы что-нибудь придумаем.

– Договорились. Ну, приятно было познакомиться.

Они пожали друг другу руки. Знакомый Тайрона соскользнул с табурета, вышел из бара и через пару секунд прислал Райану фотографию. По договоренности, днем позже ему будет отправлен денежный перевод.

Тай все это время болтал с девушками.

– Жаль мешать тебе, братан, но нам пора, – сказал Лок, приблизившись к нему.

Джонсон поднялся из-за стола туристок.

– Ну, девушки, еще увидимся! – пообещал он, напоследок одарив новых знакомых многозначительным взглядом. – Я спросил их, не пропала ли тут молодая американка, – повернулся он к своему другу.

– И что?

– Никто ничего подобного не слышал.

– Ну, если Мендес накормил девушку наркотиками, она, возможно, еще не оклемалась.

Напарники вернулись к «Дуранго», оглядывая стоянку, чтобы проверить, нет ли за ними хвоста. Когда они сели в салон, Лок пересказал товарищу то, что услышал от его знакомого.

– Ты ему веришь? – спросил Тай.

– Да, но сомневаюсь, что Мендес скоро сюда вернется. Особенно если он увез из бара девушку.

– Что нам это дает?

Райан наклонил сотовый, чтобы показать своему спутнику фото телохранителя:

– Это дает нам еще одно лицо, которое нужно искать в толпе.

Напарники сидели в машине у бара, разглядывая входящих и уходящих посетителей. Ни Чарли Мендеса, ни его охранника. Устав от долгой дороги, они по очереди спали. Годы службы научили их отдыхать когда получится. Да и в сравнении с другими местами, где им доводилось спать, заднее сиденье «Доджа» казалось раем. К трем часам ночи стоянка начала пустеть. Теперь машина с двумя пассажирами могла привлечь ненужное внимание, и Тай разбудил друга:

– Мендеса нет.

Лок сел и протер глаза:

– Давай еще немного подождем.

Через полчаса из бара выбрались последние выпивохи – они расселись по такси и растаяли в ночи. Начал расходиться персонал. Самым последним показался бармен, который обслуживал Лока. Он зашагал к «Дуранго».

Райан распахнул дверцу и вышел ему навстречу. Бармен прирос к месту, наверняка, решив, что его сейчас ограбят или загонят в бар, чтобы отобрать вечернюю выручку.

Лок показал ему пустые руки:

– Я только спросить хочу.

Мексиканец шагнул прочь, нащупывая ключи, но Райан проворно вклинился между ним и его машиной:

– Говоришь по-английски?

Бармен кивнул:

– Мне проблемы не нужны.

Лок вытащил фотографию Чарли Мендеса, а Тай включил фары, чтобы местный житель разглядел, кто на снимке.

– Этот парень здесь вчера был? – спросил Райан.

Бармен смотрел то на фотографию, то на державшего ее мужчину. По его виду было ясно, что он ничего не скажет. Лок хорошо его понимал.

– Ты его знаешь? – задал он новый вопрос.

Мексиканец сморщился, и Райан потрепал его по щеке:

– Посмотри на меня. Дело очень важное. Этот парень здесь был?

– Si, – отозвался бармен, умоляюще глядя на него.

– За ним приехал другой мужчина. Вот этот. – Лок показал фото на экране сотового и взглядом пригвоздил собеседника к месту. В глазах бармена мелькнуло узнавание. Он сглотнул так, что его кадык аж подпрыгнул, но не ответил и, оттолкнув охранника, двинулся к машине. Райан схватил его за руку, но мексиканец вырвался и побежал. Лок кинулся следом. Руки у бармена дрожали, и, пока он возился с ключами, Райан догнал его и стиснул ему плечо.

– Кто это? – допытывался Лок. – Как его зовут?

– Пожалуйста, у меня семья, дети, – лепетал беглец, заглядывая ему в глаза.

Лок позволил ему сесть в машину и уехать. Он узнал все, что хотел.

Напарники вернулись в отель. Лифт там сломался. Они забрались на четвертый этаж, забаррикадировали дверь так, чтобы любой, кто попробует войти без приглашения, поднял адский шум, и, измученные, провалились в забытье.

31

Лок проснулся ровно в семь. Тай еще спал, а Райан поднялся, умылся, помочился, принял душ и сделал растяжку. Когда он вернулся в спальню, его друг только выползал из-под одеяла: у изножья кровати торчали голые лодыжки. Тайрон встал, подошел к окну и, раздвинув шторы, уставился на дымовые трубы соседней фабрики.

– Господи, ничто на свете не сравнится с отпуском! – воскликнул он с чувством.

– Ага, наша работа с ним тоже не сравнится, – отозвался Лок. – Собирайся, у нас дела.

Джонсон поплелся в ванну. Он чесался не переставая.

– В такой день ты осчастливишь какую-нибудь женщину, – пообещал Райан, наблюдая за ним.

– Спасибо, брат.

– Осчастливишь, когда она разведется с тобой и заберет половину твоих денег.

Пока чернокожий охранник ополаскивался, его напарник сел на краешек кровати и вгляделся в номер из телефонного счета Брэди. Он был совсем не далеко от Санта-Марии, а звонить опасался. Вдруг, набрав этот номер, Джо ускорил свою гибель? Может ли телефонный звонок ускорить смерть человека? Райан нисколько в этом не сомневался. Фотографию телохранителя он сделал заставкой на своем сотовом и теперь смотрел на человека, имя которого боялись произнести вслух. Затем Лок пролистал последние вызовы и позвонил. Он прижал трубку к уху, чтобы заглушить плеск воды в ванной, и прислушался к незнакомому рингтону.

Ему ответили, и от неожиданности Лок чуть не выронил трубку. Он встал и подошел к окну:

– Алло!

– Если хочешь меня трахнуть, – начал женский по-английски, но с акцентом, – то почему не подойдешь и не попросишь как мужчина?

Райан был готов к чему угодно, но не к такому.

– Меня зовут Фрэнсис Брэди, – сказал он. – Ваш номер я нашел в личных вещах моего брата, Джо Брэди. Его убили в Мексике.

Лок понятия не имел ни есть ли у Брэди брат, ни, тем более, как его зовут. Зато он не сомневался, что желание родственника задать несколько вопросов выглядит более чем обычным. К тому же телохранитель не хотел, чтобы незнакомка, которой он позвонил, знала, кто он. Ее реакция наводила на мысль, что в Мексике Брэди занимался не только поисками Чарли Мендеса.

Собеседница молчала.

– Алло! – снова проговорил Лок.

Женщина откашлялась:

– Вы его брат?

По крайней мере, ей знакомо имя Джо Брэди.

– Да, верно.

Тай вышел из ванной с полотенцем вокруг пояса. Теперь он расчесывал грудь.

– По-моему, тут клопы или другие твари… – начал он все тем же недовольным тоном.

Райан замахал рукой – заткнись, мол.

– Ваш номер я нашел у него в офисе. Хочу выяснить, что именно случилось с Джо в Мексике. Я надеялся, что вы мне поможете.

Снова тишина, снова нерешительность.

– Могу я хотя бы узнать ваше имя? – попросил охранник.

– Где вы сейчас? – спросила женщина.

– В Санта-Марии, – соврал Лок, не желая выдавать свое местонахождение незнакомому человеку.

– Вы спятили? Знаете ведь, что случилось с вашим братом! Хотите к нему присоединиться? – возмущалась незнакомка.

– Нет, не хочу. Но я должен выяснить, почему с ним так получилось.

– Возвращайтесь домой, мистер Брэди. Ничего лучше я вам не посоветую.

Телохранитель перевел дыхание. На улице рабочие садились в автобус. Райан выделил для себя женщину средних лет, которая заняла место у окна. Судя по изможденному виду, она не жила, а существовала.

– Я не могу вернуться, – возразил Лок. – Вы знали моего брата, а я даже имени вашего не знаю.

Снова последовала пауза, но он слышал дыхание незнакомой собеседницы.

– Встретимся через час, – заговорила она наконец и продиктовала адрес в Санта-Марии.

Так Райан поплатился за свою ложь. Накануне вечером, в спокойное время, они с Джонсоном добирались из Санта-Марии в Дьябло больше часа. А сейчас на дорогах пробки.

– Давайте чуть позже, – попросил он, но его собеседница уже отсоединилась.

32

Из отеля в Санта-Марию за час не доберешься, зато этого времени вполне достаточно, чтобы устроить им смертельную ловушку. В нормальной ситуации при встрече с человеком, мотивы которого неизвестны или не вполне ясны, Лок любил заранее осматривать местность, находить входы и выходы, разрабатывать план действий или атаки. Но сейчас, если в Санта-Марии их ждет ловушка, придется импровизировать.

Через пятнадцать минут после звонка напарники только выбирались за окраину Дьябло. Оставалось проехать сорок миль и найти адрес. Тай вел машину, а Лок направлял его.

Джонсон отчаянно жал на газ, но скорость «Дуранго» не превышала восьмидесяти миль в час. У предместий Санта-Марии пустыня и чахлый кустарник сменились плотными городскими джунглями. Бело-зеленые такси сражались за место на дороге со старыми автобусами, в которых некогда ездили американские школьники, а теперь добирались на фабрику рабочие. Минута утекала за минутой, и Тай громко сигналил, пробираясь сквозь непрерывный поток транспорта. Лок переключился на карту города и следил то за ней, то за соседними машинами. «Дуранго» ехал по центральным улицам. Водитель негромко выругался.

Райан оторвался от карты и увидел знак «Дорожные работы. Проезда нет». Тайрон уже начал поворачивать. Золотое правило телохранителей – двигаться всегда лучше, чем стоять. Может, проблема только в дорожных работах, а может, и нет. Лок не сомневался, что ни один враждебно настроенный к ним человек не в курсе, что они ищут Мендеса в Санта-Марии, но все же лучше было рассчитывать на обратное. «Готовься к худшему» – вот правильная мантра для желающих остаться в живых.

«Додж» заблокировал перекресток, и автомобилисты гневно засигналили. Тай круто развернулся и погнал обратно. Так сгорело тридцать секунд, прожигать которые ни в коем случае не следовало.

– Отсюда налево и назад по дуге, – скомандовал Райан.

«Дуранго» летел параллельно железной дороге, когда он понял, что перепутал направление. Такое с ним случалось нечасто.

– Прости, брат, но нам в другую сторону, – простонал он.

Тайрон и глазом не моргнул – он крутанул руль, и «Додж» заскакал по рельсам. Лок побледнел как полотно, а Джонсон взглянул на него и расхохотался:

– Что такое? Ты же велел в другую сторону!

– В следующий раз сам за руль сяду!

Водитель пожал плечами:

– Хорошая идея, с учетом того, какой из тебя штурман.

По нужному адресу напарники подъехали с пятиминутным опозданием. Это был торговый центр. В качестве места встречи Локу он нравился: много транспорта, много входов и выходов, много сторонних наблюдателей. Вообще-то наркоторговцев такое не остановит, но пустая стоянка на задворках цивилизации заставила бы Райана волноваться больше обычного.

Единственный вопрос: ждет ли та женщина?

Зазвонил сотовый. Тот самый номер!

– Где вы? – спросила незнакомка.

– Заблудился, – отозвался охранник.

– Я дала вам час.

– Извините.

– Я на третьем этаже, в кафе напротив лифтов. Жду еще одну минуту, потом ухожу. На дебильные игры у меня нет времени.

Женщина отсоединилась. Тай ждал талона для въезда на стоянку – уже руку протянул, – а потом ему придется ждать, пока поднимется шлагбаум.

– Догонишь меня, – бросил Райан, распахнул дверцу и выскочил из машины.

Друг окликнул его, но Лок мчался к входу с такой скоростью, что едва не врезался в автоматические двери. Он обогнул женщину с коляской и огляделся. Несколько человек ждали лифт, который, если верить дисплею, только начал снижаться. Телохранитель побежал к лестнице – через двери и скорее наверх.

Сердце бешено стучало, дыхание сбилось – Лок взлетел на третий этаж, толкнул очередные двери и попал в галерею магазинов. Он лихорадочно искал кафе, чувствуя, как по его спине струится пот.

Ни кафе, ни ресторанов – вообще ничего подобного. Сплошные магазины. Американских брендов столько, словно они с Таем не пересекали границу.

Райан зашагал вдоль магазинов – покупатели удивленно смотрели на потного гринго. Лок позвонил незнакомке.

– На третьем этаже нет кафе, – проговорил он, когда она ответила.

– А у Джо Брэди не было брата. Может, скажете, кто вы и чего хотите?

Время принимать решение. Эта особа умна, кем бы она ни была. Если она связана с картелем или с теми, кто опекает Мендеса, то знает, что он врал и что его намерения по отношению к Чарли благими не назовешь.

– Меня зовут Райан Лок. Я хочу найти Чарли Мендеса и вернуть его в Штаты.

– За кого вы? – спросила женщина. Она была где-то рядом и наблюдала за ним. Охранник чувствовал ее взгляд.

– В смысле, на какую организацию работаю? – уточнил он.

– Да.

– Ни на кого. Я частник, – ответил Райан.

– Охотник за головами?

– Нет.

– Зачем вам Мендес?

– Я уже объяснил. Ко мне обратилась его жертва, девушка, которую он изнасиловал. Она хотела, чтобы я вернул Мендеса за решетку.

Воцарилась тишина. Лок представил, как воспринимает его слова незнакомый с ним человек. Как сущее безумие. Безумец-камикадзе, выполняющий поручение девушки, которую встретил неделю назад. Райан оглядел посетителей, пытаясь по голосу определить внешность собеседницы.

– Эй, вы меня слушаете? – позвал он ее.

– Если вы не охотник за головами, то кто?

– Я телохранитель, работаю в личной охране. А вы кто такая, не скажете? Алло!

– Тихо! Я думаю.

Лок высматривал женщину с сотовым. Раз она его прекрасно видит – в этом Райан не сомневался, – он тоже должен видеть ее.

Торговый центр пронзала полукруглая шахта с эскалатором. Охранник поднял голову и уловил движение – кто-то отпрянул от стеклянного барьера. Лок заметил сшитый на заказ черный костюм, ярко-красную помаду, длинные темно-русые волосы… Но секундой позже незнакомка исчезла.

– Это были вы, – сказал он собеседнице.

– Я перезвоню, – пообещала та и отсоединилась.

На эскалаторе Райан поднялся туда, где видел женщину, внимательно оглядывая посетителей. Внизу то же самое делал Тай. Лок разыскал место, где стояла незнакомка. Ее самой уже след простыл. Райану оставалось лишь надеяться, что она сдержит слово.

Page 8

Пять часов спустя

Гектор, в прошлом амбициозный наемный убийца – сикарио, ненавидел должность няньки, на которую его сместили. Особенно противно было «менять памперсы» Чарли Мендесу. Богатый, испорченный американский щенок совершал ужасные поступки, причем, в отличие от Гектора, не для того, чтобы заработать или остаться в живых, а хохмы ради. Ноль на палочке, он за всю жизнь и дня не проработал! Трус, он не решался даже взять женщину силой, не накачав ее наркотиками до беспамятства!

Телохранитель не просто выполнял приказы босса, а выполнял их на совесть. Он старался, чтобы с головы Мендеса не упало ни единого волоска, но любить подопечного его никто не обязывал.

Жизненный путь Гектора разительно отличался от жизни Чарли. Начать с того, что он не родился в рубашке. Ни в рубашке, ни в сорочке, ни в жалких лохмотьях.

Он рос с четырьмя младшими братьями и сестренкой. По меркам родного поселка их семья считалась маленькой. Гектор лишился отца в восемь лет: того сжевала и выплюнула молотилка, а домой его привезли в фанерном ящике. Техасский фермер, занимавшийся перевозкой, наверняка считал себя благодетелем: не поскупился ведь, расходы понес.

Босс спас Гектора и привел работать в придорожный автоцентр. В ту пору у картеля был и автоцентр, и порядок в делах. Поначалу мальчишку держали на подхвате – в основном он перегонял машины через границу. Его никогда не останавливали, и лишь потом он понял, что дело тут не только в везении. Хотя нет, неправда, что никогда. Однажды его остановили, но в итоге отпустили. Гектор отправился прямиком к боссу, который в награду за честность решил его не наказывать. С того момента Гектор пользовался его доверием, и карьера молодого человека стремительно пошла в гору. Тут тебе и престиж, и статус, и пенсия, если посчастливится до нее дожить.

Часы показывали без четверти шесть, и виллу окутал вечерний сумрак. Скоро подадут ужин. Гектор опустил на стол стакан «Джонни Уокер Блю Лейбл» и из гостиной с видом на бассейн прошел в коридор. Он негромко постучал в дверь спальни. Его подопечный любит долгие сиесты, но к этому времени обычно встает, ополаскивается и переодевается к ужину.

На стук никто не ответил.

Охранник снова постучал, на этот раз очень громко. Алкоголь вкупе с раздражением не позволили ему рассчитать силу.

Снова не ответили, и Гектор открыл дверь. В спальне царил мрак: окна были глухо зашторены.

– Сеньор, – зашептал телохранитель, – через час подадут ужин. Вам стоит…

Он приблизился к кровати и подтолкнул выпуклость локтем, но, когда приподнял верхнюю простыню, увидел под ней «куклу» из одежды, аккуратно свернутой и уложенной так, чтобы было похоже на фигуру спящего человека.

Ванная пустовала. Чарли Мендес сбежал, а у Гектора появилась проблема.

24

Кто в двадцать один год ездит в отпуск с родителями? Этот вопрос мучил Джулию Фишер с тех пор, как ее отец принес домой буклеты о мексиканском курорте с тарифом «все включено». Впрочем, это было лучше Диснейленда, в который он хотел отправить дочь на семнадцатилетие.

Мать предпочла бы Европу, но отец, страстный любитель экономить, сказал категорическое «нет». Он выбрал маленький курорт Дьябло. Никаких тебе перелетов, разницы во времени, беспорядков в аэропорту и прочих неудобств, связанных с поездками за тридевять земель. Всего на неделю – даже если Джулии не нравится эта идея, можно же порадовать старого папку? Как ни удивительно, он предложил дочери взять с собой ее молодого человека, напрочь забыв, что они недавно расстались.

Девушка согласилась, хотя бы ради того, чтобы скорее закончить разговор. Порой скажешь что-нибудь и тут же пожалеешь. В тот раз получилось именно так, только слово не воробей. Хотя, наверное, потерпеть можно. Только одна неделя, да к тому же прежде Мексика нравилась и ей, и родителям. Вроде бы за границей, и в то же время почти дома. Отец верно рассчитал: если не понравится, можно уехать на машине. А маме курорт не понравился с первой же минуты.

Если когда-то отель и соответствовал фотографиям в буклете, те времена давно прошли. Он даже стоял не на берегу. Какой океан – район, через который они ехали, напоминал полупромышленный! Зато отец сэкономил. «Слушайте, апартаменты почти бесплатные!» – радовался он, а мама в ответ закатывала глаза. Правда, персонал очень старался произвести хорошее впечатление. Так старался, что маме пришлось признать: лучшего сервиса они не встречали.

В общем, Джулии не нравилось лишь то, что в двадцать один она отдыхает с родителями. А еще ей было очень скучно.

Тем вечером отец был в своем репертуаре: позволил дочери выпить вина, устроив целый спектакль – в шутку предложил официанту проверить у нее удостоверение личности. Не то чтобы Фишер любила выпить, но ей не хватило пороху признаться, что на вечеринках она выпивает с восемнадцати лет и устраивать спектакль незачем. Мать, которой пришлось мыть мусорную корзину, когда после одной такой вечеринки дочку вырвало, тоже молчала.

В конце улицы Джулия успела заметить паб, хотя из отеля выбиралась крайне редко: отец свято верил, что «все включено» нужно понимать буквально, а тратить лишние деньги глупо. Да и администрация курорта не рекомендовала покидать территорию: в районе нередко выясняли отношения наркокартели. Американцев и других иностранных туристов пока не трогали, но, когда гости покидали территорию, служащие отеля заметно волновались. У дверей дежурили вооруженные охранники – правда, они сейчас и в других странах не редкость. В родной Джулии Аризоне законы о контроле над оружием таковы, что его едва удосуживаются регистрировать. Отец тоже купил пистолет и научил дочь стрелять. В любом случае, до бара, где девушка заметила молодых американских туристов, было ярдов триста – четыреста.

После ужина Джулия поднялась к себе, переоделась и освежила макияж. В районе десяти она выскользнула за территорию курорта через боковой выход. Здорово, что можно отдохнуть от родителей! Фишер любила их и понимала, что скоро вылетит из гнезда – вот они за нее и цепляются. Только порой, например, сейчас, на отдыхе, это становилось слишком большой навязчивостью.

В полупустом баре сидели старики да местные. Ни одного американца. И ни одного человека моложе сорока. Мексиканцы пожирали ее глазами, и Джулия перепугалась. Бармен сжалился над ней и посоветовал другое заведение. Тот бар, по его словам, находится неподалеку и, вероятно, понравится ей больше. Там играет живая музыка, хотя по каким дням, бармен не помнил. Одной идти пешком ни в коем случае нельзя. Бармен вызвал такси и дал Джулии телефон этой службы. Обратно, мол, лучше снова вызвать такси, а эта местная служба надежна и безопасна.

До бара Фишер ехала минут десять и очень радовалась, что взяла телефон службы такси, ведь в какой стороне отель, она уже не понимала. Девушка начала жалеть о вылазке, но тут у стойки увидела его. Американец. Бородатый, загорелый, стройный. Старше ее, но ненамного, и, главное, красив. По-настоящему красив.

Чарли Мендес сидел за стойкой рядом с девушкой и поначалу переживал. Когда он приехал в бар, то не увидел ни одного соотечественника, ни одной молодой американки и уж тем более ни одной молодой американки без спутника. Но потом появилась она и уселась на табурет, явно чувствуя себя немного не в своей тарелке. Чарли решил, что судьба смилостивилась над ним, хотя в глубине души и переживал.

Парень угостил Джулию выпивкой, а сам вглядывался ей в лицо: она его, случайно, не узнала? Вообще-то после бегства из Штатов он отрастил бороду и перекрасил волосы, а под палящим мексиканским солнцем загорел чуть ли не до черноты. Теперь он выглядел иначе – почти на свой возраст, а не вечным мальчиком, которого корчил из себя в Санта-Барбаре.

– Еще пива? – спросила его новая знакомая. Коротко стриженная блондинка, она носила специальный лифчик для плоскогрудок: в таком кажется, что титьки есть. Зато хорошенькая, ничего не скажешь.

– Нет, я еще не допил, – отозвался Чарли, роясь в кармане. – Тебе то же самое?

Джулия пожевала нижнюю губу и встала с табурета:

– Нет, что-нибудь другое.

– Например? – с улыбкой уточнил Мендес.

– Мне нужно в дамскую комнату. Удивишь меня?

Чарли проводил ее взглядом. Когда девушка скрылась в уборной, он заказал пиво для себя и «Маргариту» для своей новой подруги Джулии. Бармен подал напитки. Парень добавил к их стоимости двадцать долларов и поинтересовался, нет ли на втором этаже комнаты, которую можно снять на пару часов.

Бармен ушел, и Мендес принялся колдовать над коктейлем. Вскоре вернулась Джулия. Она села на табурет и пригубила свой напиток.

– Обожаю «Маргариту»! – радостно воскликнула она. – Как ты догадался?

Чарли вытаращил глаза и растянул губы в щенячьей улыбке, столько раз выручавшей в Санта-Барбаре.

– Чисто случайно, – ответил он, глядя, как девушка делает еще один глоток.

25

Уже в машине Гектор понял, что его злость на Чарли Мендеса прошла. Ему следовало быть в ярости, но он не сердился по-настоящему, а радовался, что Чарли напортачил, без разрешения улизнув за территорию. Зато у телохранителя теперь как минимум появилась наконец настоящая работа, миссия – разыскать клиента и вернуть на виллу.

Даже если найти Чарли не удастся, или к тому времени, как охранник его найдет, он кого-нибудь подцепит, это будет означать конец «смене памперсов». В подобных ситуациях сам молодой подопечный Гектора говорил, что никто не внакладе. Всерьез такое мог сказать лишь американец. Никто не внакладе – только в Америке такое бывает.

Внакладе все – вот мексиканский вариант.

Гектор поддал газу: водители уступали ему дорогу, чему очень помогала мигалка на крыше. По пути телохранитель сделал один звонок. Нет, не боссу – тому можно будет звонить, когда ситуация прояснится, – а бармену, который перезвонил ему, едва поползли слухи, что Гектор ищет Мендеса. Бармена ожидало вознаграждение: таких чаевых он еще не получал.

– Американец с девушкой, – сообщил он. – На втором этаже у нас свободная комната. Он там с ней. На вашем месте я поспешил бы.

– Почему? В чем дело? – допытывался телохранитель, но связь прервалась. Похоже, бармен непонятную проблему решить не мог. Гектор включил сирену, щелкнув переключателем на приборном щитке, и еще поддал газу.

Вскоре он выбрался из салона и зашагал к бару. Стоянка перед этим заведением буквально ломилась от машин. Даже в середине недели посетители текли сюда рекой, чему способствовала «крыша», которую обеспечивал босс Гектора. Сам Гектор, его шеф и их знакомые заглядывали сюда лишь изредка, но бар считался безопасным для местных и для туристов, поэтому никогда не пустовало. Бармен кивнул охраннику – и следуйте, мол, за мной – и стал подниматься по узкой деревянной лестнице. Гектор схватил его за руку и пригвоздил к месту взглядом, напоминая, с кем тот имеет дело, а потом спросил:

– В чем проблема?

– В девушке. Я никогда ее не видел.

Бармен говорил загадками, а идущий от него запах виски кружил телохранителю голову.

– И что? – спросил Гектор.

– Девушка пришла одна и подсела к вашему американцу.

Девушки ведут себя так только на работе – охранник обливался потом на узкой лестнице и в упор не понимал, из-за чего сыр-бор. Он пожал плечами, но тут же подумал, что Чарли мог обидеть эту девушку. Ранить или даже убить. Да, вероятно, иначе из-за чего бармен так нервничает? Гектор стиснул ему руку:

– Ну, выкладывай, в чем дело?

– Девушка – американка, – прошептал бармен, наклонившись к нему.

Гектор протиснулся мимо него и поспешил по деревянным ступенькам, перескакивая через одну. Вот он поднялся на крохотную лестничную площадку и распахнул единственную дверь.

Увиденное убедило его в том, что он был прав. «Никто не внакладе» – для никчемных гринго вроде Чарли Мендеса. Такому человеку, как Гектор, уготовано исключительно «внакладе все».

26

Вопреки тщательно культивируемой репутации рассадника декадентства и невоздержанности в Лос-Анджелесе принято рано ложиться и рано вставать. Как же иначе, ведь вокруг столько бесхозных денег! Еще не пробило семь, а в закусочной на углу Мелроуз и Ланкершим человек пять уже дожидались свободного столика.

Лок потягивал кофе в угловой кабинке и гонял по тарелке недоеденный западный омлет[6]6   Западный (или денверский) омлет готовится со сладким перцем, ветчиной и луком.

[Закрыть]

, а Тай методично уничтожал целую гору еды. Из отеля они пришли пешком: Райану хотелось лишний раз убедиться, что за ними больше не следят. Хотя особого значения это уже не имело. Дверцы «Эскалейдов» два друга больше не открывали, куртки и пиджаки не придерживали: у «Тройного К» появилась новая охрана. А вот дело Чарли Мендеса с мертвой точки так и не сдвинулось. Напарники прощупали все каналы, но Мендеса давно никто не видел, и новостей о нем не было.

Тайрон вытер рот бумажной салфеткой и рыгнул:

– Ну, сеньор Лок, какой у нас план?

– Помимо обучения тебя застольному этикету?

– Извини, это случайно.

– Что ты хочешь узнать?

– Мы едем в Мексику ловить того говнюка?

Райан глянул на приятеля с другого конца стола:

– Сеньор Джонсон, есть одно маленькое препятствие.

Тай улыбнулся и снова заработал ложкой. У него что, кишечные паразиты? Каждый день ест как на убой и ни фунта не наберет. В высшей степени возмутительно!

– Типа мы понятия не имеем, где он? – спросил темнокожий охранник.

– Типа того, – ответил его товарищ, прокашлявшись. – Вдруг он вообще больше нос не высунет? Неужели мы просто руки умоем?

– Нет, это тоже не дело.

– Ладно, назначим себе срок. Если бы мы прямо сейчас знали, где Мендес, по-твоему, как быстро подготовились бы к тому, чтобы вытащить его сюда? – спросил Лок.

– За день, может, за два.

Райан знаком попросил у официантки чек.

– Через два дня едем в Мексику, – решил он. – Если не выясним, где Мендес, возможно, удастся его выкурить.

– Или расстаться с жизнью, – подсказал его друг.

Лок поднял свою кружку с кофе и чокнулся с его стаканом апельсинового сока:

– Тоже вариант.

Официантка принесла чек, и Джонсон одарил ее фирменной всепобеждающей улыбкой. Девушка это проигнорировала, но зато, взяв кредитку Райана, вернула ее со своим номером телефона, который написала на обороте чека.

– Позвонишь ей? – спросил Тайрон, глядя вслед официантке. – Со зрением у девушки явные проблемы, а вот внешность не подкачала.

– Хватит!

– А что? До конца жизни решил в монаха играть? Доиграешься до ЛЗС.

Лок поморщился: сейчас он задаст неизбежный вопрос и очень об этом пожалеет.

– Что за ЛЗС? – проворчал он недовольно.

– Летальный застой спермы, братан. Она в голову ударяет парням, которые слишком долго держат ее в себе. Да-да, в буквальном смысле!

Райан отодвинул тарелку:

– Не понимаю, почему у тебя так мало подружек. Ты же само очарование!

– Эй, я же просто так брякнул, – примирительно сказал Тай.

– Лучше не брякай.

У Джонсона пискнул мобильник «Блэкберри». Джонсон взял его со стола, глянул на дисплей и нажал красную кнопку, чтобы прочесть свежий имейл.

– В чем дело? – поинтересовался Лок.

– Ты хотел движухи? Получай! – заулыбался его чернокожий товарищ. – Я разговаривал с одним парнем, американцем, внедренным в пару местных банд. Он пишет, что видел Мендеса в баре.

– Когда?

– Вчера, – продолжал улыбаться Тай.

– Где?

– В курортном городке Дьябло неподалеку от Санта-Марии.

Райан попытался вспомнить карту. Название ему знакомо, точно знакомо…

– Это рядом с местом, где Мендеса в последний раз видел Брэди?

– Вроде да. – Джонсон прокрутил сообщение до конца. – Похоже, Чарли был не один.

– С охраной? – спросил Лок.

– Про охрану не сказано, зато с ним была американская девушка, – нахмурившись, ответил Тай.

Его друг уже стоял у двери.

– Поедем в Мексику раньше, чем планировали, – заявил он.

– Завтра?

– Нет, сегодня.

– Я буду готов через час.

– Давай через полчаса, – велел Райан, выбираясь на улицу.

27

«Ауди» подождет хозяина в Лос-Анджелесе. Лок оставил парковщику, видевшему его машину и его самого окровавленными, щедрые чаевые за то, чтобы тот брал автомобиль из гаража и катался по городу примерно теми же улицами, коими он целую неделю ездил сам. Отсутствие передвижений наверняка возбудит подозрение тех, кто контролирует следящее устройство.

Райан поднялся в номер и собрал часть вещей. Кое-что из одежды так и висело в шкафах: вдруг кому-то захочется проверить? Зубную щетку и станок он тоже не взял. Щетку купит новую, а без бритвы обойдется. Раз Мендес изменил внешность, чтобы отвлечь внимание, он тоже изменит.

За номер в отеле охранник заплатил до конца следующей недели – за это время он рассчитывал найти и вернуть Чарли на родину. Если в десять дней не уложится, оставшиеся вещи либо сохранят, либо выбросят, ведь не исключено, что он вообще не вернется.

Райан повесил заранее сложенную сумку на плечо, окинул номер прощальным взглядом и вышел. В коридоре его ждал Тай. Они молча спустились на лифте в гараж и сели в белый «Форд Рэйнджер» с двойной кабиной.

Сумки напарники бросили в багажник. На «Форде» они доедут до границы, а там найдут другую машину. Тай сел за руль и вывел автомобиль из гаража. Оба внимательно смотрели по сторонам: не преследует ли их кто-нибудь?

Лок вытащил фотографию Чарли Мендеса из нагрудного кармана и пристегнул к козырьку в качестве напоминания. Мендес широко ухмылялся. Если Райан добьется своего, улыбаться этому парню осталось недолго.

По федеральной автостраде № 5 они добрались до Сан-Диего, свернули на Кумейяйское шоссе и поехали на восток от Кливлендского национального парка. Наконец Джонсон затронул тему, которая терзала обоих:

– Мендеса видели с девушкой. Думаешь, он опять?..

Дорога игриво петляла у Рио-Гранде, но потом снова свернула на север. Лок смотрел в окно на сухую пустыню, поросшую чахлым кустарником.

– Горбатого могила исправит, – пожал он плечами.

28

Белый «Форд» въехал на вершину холма, у подножия которого тянулась мексиканская граница. Райана с Таем приветствовали высокие придорожные кресты, выкрашенные в розовый цвет и обвешанные сухими венками. Лок насчитал шесть двадцатифутовых крестов, а дальше, ярдов через сто, высились еще четыре. Он знаком велел напарнику притормозить у обочины.

– В чем дело? – спросил Джонсон.

Его друг молчал, не отводя глаз от крестов.

– Просто взглянуть хочу, – сказал он наконец.

Тайрон ударил по тормозам, и «Форд» остановился на обочине.

Лок выбрался из салона, подошел к первому кресту и увидел на нем фотографию, обернутую в прозрачный полиэтилен. Райан сел на корточки прямо в придорожную пыль и вгляделся в снимок.

На него смотрела молодая мексиканка с длинными темными волосами, бархатными карими глазами и застенчивой улыбкой человека, не привыкшего позировать фотографу. Она была в черной мантии, которую надевают выпускники школ, и держала в правой руке квадратную шапочку магистра – молодая, вся жизнь впереди… Под фотографией стояло имя: «Роза Перес», а рядом тем же аккуратным почерком были написали даты рождения и смерти. Роза умерла девятнадцатилетней.

Лок выпрямился и, заслонившись рукой от смелеющего утреннего солнца, взглянул на подножие холма. Там лежала Санта-Мария. По официальным данным, ее население составляет полтора миллиона человек. А насколько реальная численность превышает официальные данные, на полмиллиона? Как и в другие пограничные города, расположенные вдоль Рио-Гранде, в мастерские Санта-Марии, где работники вручную собирают всевозможные товары, стекаются тысячи людей с бедного юга Мексики. Свободная торговля между двумя странами позволяет американским компаниям перенести производство на пару миль к югу от границы и сэкономить десятки миллионов долларов на зарплате и налогах. В мастерских работают в основном молодые женщины. Они проворнее, и платить им можно меньше, чем мужчинам. Именно молодых женщин чаще других убивали в Санта-Марии вот уже более десяти лет. Несколько тысяч жительниц похитили с городских улиц, изнасиловали, убили и бросили, как мусор, порой изуродованными и расчлененными. Придорожные кресты были и памятником, и предостережением. Зверства преступников сделали этот город самым опасным на свете. Спокойно здесь не спал никто, но больше всего доставалось бедным молодым женщинам. В других странах творится примерно то же самое, только в Мексике подобная мерзость достигла небывалого размаха. Чьих рук это дело, не знал никто. Сплетен, слухов, теорий хватало, а ответов не было. Только новые жертвы…

Лок коснулся снимка, и перед глазами у него встала Мелисса. Он поднялся, приказав себе повременить с переживаниями. У них с Таем работа, дело, которое не позволит им отвлекаться. Закончат его – тогда можно будет и о погибших скорбеть. А сначала нужно найти Мендеса.

Райан вернулся к машине и вытащил из багажника две большие холщовые сумки. Первую, с красно-белой биркой, он бросил на заднее сиденье, вторую, без бирки, положил рядом. Расстегнув молнию второй сумки, он достал два жестких чехла для пистолетов и две боковые кобуры.

Из одного чехла Лок вытащил «Зиг-Зауэр-226», вставил свежую обойму на двенадцать патронов и проверил, хорошо ли она вошла. То же самое он проделал со вторым «Зигом», после чего сложил пустые чехлы в сумку, захлопнул заднюю дверцу и уселся на пассажирское сиденье.

Пистолеты были куплены в Эль-Пасо у знакомого Тая. Этот тип плевать хотел на то, кому продает оружие, только бы фальшивые деньги не подсунули. Толстая пачка двадцатидолларовых банкнот – единственные документы, которые фигурировали на той сделке. Понадобится стрелять – оружие приведет к Райану с Таем по отпечаткам пальцев, если, конечно, их оставить. С другой стороны, соваться в Мексику без оружия – гарантированное самоубийство.

Большая нервотрепка получилась с прохождением таможни на американской стороне. Из-за печальной репутации мексиканской пограничной зоны туристы почти не ездят из США в Санта-Марию и наоборот. Зато этим путем пользуются контрабандисты, занимающиеся ввозом оружия, правда, не на обычных машинах. Контрабанда – процесс обоюдный: наркотики едут на север, а огнестрельное оружие – на юг, к наркокартелям.

Когда на границе начались вопросы, Лок показал два разрешения на ношение оружия и наврал таможенникам, что частная компания наняла их для охраны американского чиновника и его семьи, проживающих в Санта-Марии. Байка получилась правдоподобной, и их пропустили.

Райан протянул пистолет своему спутнику. Тот проверил его, надел кобуру и вложил в нее оружие.

– А вдруг нас остановят местные федералы? – спросил Тай.

Его друг не сводил глаз с палящего солнца.

– Поступим как все – откупимся, – сказал он равнодушно.

– А если они не позволят себя купить?

– Как по-твоему, какого цвета будут наши кресты? – спросил Лок.

– Не знаю, но точно не розового.

Райан оглянулся на придорожную полосу и растянул губы в улыбке:

– Вообще-то розовый подчеркнет красоту твоих глаз.

Тайрон ждал дырки в плотном транспортном потоке и после того, как мимо них с ревом пронесся по скоростной полосе грузовик, снова вывел «Форд» на шоссе. Его взгляд метался между дорогой, зеркалом заднего обзора и боковыми зеркалами. На автостраде они в относительной безопасности, но с минуты на минуту попадут на городские улицы, по которым им предстоит ехать до первого пункта назначения.

Джонсон проскользнул к наклонному съезду сквозь плотный поток грузовиков, возвращающихся домой за новым грузом. Поворотник он не включал. Подведя машину к последнему отрезку разделительной полосы, где кончался съезд, он круто повернул вправо. Тай еще раз глянул в зеркало заднего обзора и увидел пустой съезд: преследователей не было.

Лок проверил спутниковый навигатор у себя на сотовом.

– Так, это аккурат под нами, – сказал он напарнику.

Тайрон снова не стал включать поворотник и снова свернул в самый последний момент. «Форд» двигался по большой дуге и едва не задел бело-зеленое такси, ехавшее в противоположном направлении. Дорога привела друзей на широкую улицу с разделительной полосой посредине.

– Сюда, – проговорил Лок, и они подъехали к зданию, с одной стороны которого расположился салон подержанных автомобилей с автомастерской, а с другой – стоматология. Оба заведения, очевидно, принадлежали одному лицу, а салон и автомастерская составляли единое целое – йонк, то есть мастерскую, где разбирают угнанные авто. В мексиканской провинции такие заведения называются «уэсарио», автобарахолки.

Через ворота Тай въехал во дворик, обнесенный листами рифленого железа. Возле темно-синего «Доджа Дуранго» с сильно тонированными стеклами (вероятно, это была местная мода, а не фабрично установленная опция) чесался пес. Он медленно поднялся, обмочил колесо «Доджа» и засеменил прочь, когда Райан вышел поприветствовать хозяина, толстяка в фетровой шляпе и цветастой рубашке, которая была ему мала на пару размеров.

– Cuanto cuesta?[7]7   Сколько стоит?

[Закрыть]

– спросил Лок хозяина.

Толстяк снял шляпу и уставился на Райана с удивленной улыбкой. «Додж» наверняка купили на аукционе где-нибудь в Техасе в виде не подлежащей восстановлению развалюхи, отремонтировали, снабдили мексиканскими номерами и выставили на продажу. «Форд Рейнджер», на котором приехали напарники, стоил раз в десять дороже. Именно поэтому в Мексике на нем кататься не следовало. В лучшем случае «Форд» привлечет ненужное внимание, в худшем его угонят, а это лишняя морока. Лок понимал: чтобы нормально передвигаться, нужно слиться с общей массой, а из-за цвета их автомобиля это было затруднительно.

Хозяин пожал плечами, подошел к «Дуранго» и заговорил. Он наверняка расхваливал свой товар, но Райан с его убогим испанским ничего не понял. В итоге охранник решил не затягивать беседу и вытащил из кармана тысячу долларов наличными.

– Вы мне ключи, я вам нал, и мы уезжаем, – предложил он по-английски и показал на ворота.

Толстый мексиканец нырнул в деревянный сарайчик, служившую офисом, и тут же вынырнул оттуда с набором ключей. Лок взял ключи и швырнул их Таю:

– Прокатись вокруг квартала, я тут подожду.

Его друг вернулся через пять минут и вылез из салона:

– Рухлядь, но ничего, сойдет.

Райан отдал владельцу машины деньги, и тот быстро затолкал их за подкладку своей шляпы, до сих пор не веря своему счастью. Тайрон сел в «Дуранго», а Лок – в «Форд Рейнджер». Один за другим они выехали за ворота и вернулись на дорогу. Через полмили показалась многоэтажная стоянка небольшого торгового комплекса. У барьера оба телохранителя взяли по талону и покатили мимо вооруженной охраны на верхний этаж.

Нижние этажи были забиты машинами, но под самой крышей было пусто. Райан огляделся, но камер слежения не заметил. В городе, где преступность не просто сильно распространена, а обладает абсолютным господством и где суд властен далеко не над каждым, система охранного видеонаблюдения никого не напугает. Друзья поставили машины рядом и перенесли все свои вещи в «Дуранго». Кроме всего прочего, туда переселились две черные спортивные сумки из багажника «Рейнджера». Затем напарники съехали на пару этажей вниз. Лок припарковал «Форд», сел в «Додж» к Таю, и они быстро вернулись на улицу.

Замшелый «Дуранго» с затонированными окнами не выделялся из общей массы даже в центре Санта-Марии. Косые взгляды, которыми прохожие и водители провожали «Рейнджер», исчезли. Напарники стали «своими» и, если не вылезать из машины, могли спокойно оглядеться по сторонам.

Впереди на перекрестке собралась небольшая толпа. Тай сбавил скорость. У круглосуточного мини-маркета лежал парень в окровавленной рубашке, над которым склонилась женщина средних лет.

Лока поразили лица людей, обступивших парня. В них не было ни шока, ни паники – лишь тупая, усталая безысходность. Подобную реакцию в Лос-Анджелесе вызывает рядовая авария: так, обычное происшествие. Так было и здесь. Только одна женщина плакала. Сцена показалась Райану до боли знакомой. Единственная разница заключалась в том, что прежде он наблюдал такое в городах, официально объявленных зоной военных действий.

Он приоткрыл окно ровно настолько, чтобы слышать, как женщина оплакивает погибшего сына. Но вот мини-маркет остался позади, а с ним и голос материнской боли.

Page 9

В ожидании звонка Лок с Джонсоном кружили по Санта-Марии, чтобы немного освоиться. На первый взгляд Санта-Мария не казалась самым опасным городом на свете, как, впрочем, не казались таковыми и Кабул, и Багдад, особенно в погожий день. Насилие как приступы болезни. Когда оно проходит, остаются раны, почти не видимые невооруженным глазом, – разбитые сердца и мечты. А в промежутках люди работают, едят, учатся, занимаются любовью и растят детей, надеясь, что их не засосет в трясину.

Центральные улицы напарники объезжали по прямоугольнику: сперва на север, потом на восток, потом на запад. На улице Эрманос-Эскобар, неподалеку от заправки «Пемекс», их собрался обогнать черно-белый «Додж Чарджер» федеральной полиции. Тай притормозил, чтобы пропустить федералов, но те буквально приклеились к носу их автомобиля.

У Лока тотчас же возникло дурное предчувствие. Мексиканские силы правопорядка – сущий лабиринт. Пятьсот долларов в месяц получают самые удачливые копы, а картели проникли в определенные структуры полиции настолько глубоко, что для наведения порядка правительство использует армию. Честные копы попадаются, но хватает и нечистых на руку. Исчезновение подозреваемых до суда – визитная карточка Мексики, так что предчувствие Райана подкреплялось фактами.

– Что прикажешь делать? – спросил Тай.

«Додж» немного снизил скорость, вынуждая его идти на обгон.

– Держись за ним, – решил Лок.

Обгонять «Чарджер» они не станут. Но плохо уже то, что их к этому склоняют. Город наполнен полицией и армейскими подразделениями. Если свернуть на другую дорогу, их, вероятно, не станут преследовать, но улица Эрманос-Эскобар – центральная, оживленная, что Лока полностью устраивало. Если их остановят, пусть хотя бы при свидетелях.

Райан отстегнул кобуру и бросил ее на заднее сиденье. Тай последовал его примеру. В зеркале заднего обзора Лок увидел, что к ним приближаются еще две патрульные машины – внедорожник и пикап, обе с включенными мигалками. Пикап пристроился за «Дуранго», а внедорожник встал в соседний ряд и поехал параллельно.

Классический приказ остановиться: бежать-то им некуда! «Додж Чарджер» медленно сбавил скорость. Тайрон тоже сначала затормозил, а потом и вовсе остановил машину. Он вырос в Лонг-Бич и прекрасно знал, что делать, когда останавливает полиция, поэтому заглушил мотор и положил руки на руль.

Дверца пикапа распахнулась, и дуло пистолета-пулемета «Хеклер-Кох» уставилось на задний бампер «Дуранго». Захлопали дверцы, и на дорогу выбирались копы в черных бронежилетах. Сперва медленно, а потом все быстрее и быстрее они приближались к машине напарников.

Лок поднял руки и шевелил растопыренными пальцами, чтобы показать: оружия у него нет. Коп сперва уставился на него, потом раскрыл пассажирскую дверцу, схватил его за плечо, выволок из салона и уложил лицом на асфальт. Сильным пинком телохранителя заставили раздвинуть ноги. Руки больно заломили за спину и сковали наручниками, да так туго, что металлические кольца впились в запястья. Чужие пятерни залезли Райану в карманы, чужие пальцы вытащили бумажник, сотовый и фотографию Чарли Мендеса.

Охранник приподнял голову и успел заметить, что с Таем вытворяют то же самое. Как и Лок, его товарищ молчал и не сопротивлялся. Тут Райану наступили на загривок, заставив смотреть перед собой. Судя по звукам, федералы открыли багажник и радовались находкам.

Боль текла от запястий к плечам – Райана рывком подняли на ноги и подтащили к черно-белому микроавтобусу. В салоне было два многоместных сиденья. Лок рухнул на ближнее и прижался спиной к стенке. Теперь он, по крайней мере, мог оглядеться. В небе стрекотал вертолет. Открылась дверь клетки, и в салон втолкнули Джонсона. Тот сел напротив своего друга и улыбнулся.

– Мы в дерьме, да? – спросил он.

– Похоже на то, – немного подумав, ответил Лок.

Дверь клетки заперли на два засова. Хлопнула задняя дверца, зафырчал двигатель, и микроавтобус сдвинулся с места, постепенно набирая скорость. Чтобы не свалиться на пол, напарники упирались ногами в сиденье напротив. Подпрыгивая на каждом ухабе, Лок думал, не катался ли так Брэди в день своей гибели.

34

Минут через пятнадцать микроавтобус затормозил и остановился. Двигатель затих. Дверцы открылись и закрылись, после чего послышались взволнованные голоса – говорили по-испански. В следующие несколько минут прояснится, что будет с арестованными. Если за дверью окажется заброшенный склад, значит, дело плохо. Одна за другой убегали секунды, а Лок, как ни странно, не нервничал. В подобных ситуациях он нередко думал о том, что мог сделать иначе, каких промахов мог избежать. Но сейчас им овладела апатия. Никто не заставлял его искать Мендеса. Он взялся за это дело, потому что считал это правильным и потому что кому-то следовало найти мерзавца. Если такая инициатива наказуема смертью, он согласен.

Да и ради чего ему жить?

Вопрос пришел на ум сам собой – высокопарный, но правильный. Райан взглянул на своего товарища по несчастью, сидевшего с закрытыми глазами. Да, Тайрон Джонсон – единственный повод для сожаления.

– Тай! – позвал Лок.

– Чего?

– Старик, прости меня.

– Пистолет мне к виску не приставляли. По крайней мере, пока. Я знал, во что ввязываюсь, и девчонке той сочувствовал. Если это чертов конец, пусть будет конец. Я и так протянул дольше всех ребят, с которыми рос. Хныкать «Ах, как несправедливо!» не стану. Даже если меня сейчас замочат, оттрубил я лучше, чем сам ожидал. Жалею только об одном.

– О чем это?

– В восьмом классе я возвращался из церкви с Тайнишей Браун, и она хотела отсосать у меня в доме своей бабушки. Я отказался, потому что она встречалась с моим приятелем. Сейчас жалею. Губки у нее были что надо. Клянусь, сосала она не только леденцы. Тайниша, черт ее дери… Губки нежные, бархатные…

– Тай! – снова позвал Лок.

– Что?

– Окажи мне услугу.

– Какую еще?

– Заткнись, мать твою!

– Я, когда нервничаю, болтаю лишнее, а что делать?

Голоса снаружи затихли. Температура в микроавтобусе неуклонно росла, и лоб Райана покрылся потом, а губы стали солеными. Они с Таем сидели в тишине, плавились от жары и ждали. Наверное, это своеобразная стратегия допроса: пусть пленные немного помаринуются, пообезвоживаются, подумают о самом худшем. Пока лучше их не трогать. Через пару часов они станут глиной в руках копов, которые сейчас играют в карты или смотрят телевизор в участке с кондиционером. Для иностранцев, запертых в микроавтобусе и не ведающих, что с ними будет дальше, два часа – целая вечность. Если, конечно, иностранцы эти не считают такое ожидание стандартной рабочей ситуацией.

Лок устроился поудобнее, закрыл глаза и постарался заснуть. «Если можешь, спи, – давно решил он для себя. – Даже если ночной сон не за горами». К тому же он знал, как обескураживает копов задержанный, которому так наплевать на свое будущее, что нервной энергии не хватает даже на бодрствование.

Едва Райан заснул, между ним и Таем появились лица. Отдельные он узнал – вот Кэрри, вот Мелисса, вот его давно умершая мать… Потом появились лица, напугавшие его куда больше. Лок видел их совершенно четко, но не представлял ни кто они, ни почему взирают на него с безмолвной мольбой. Только одно лицо было белым, остальные принадлежали латиноамериканцам. Все женские, все молодые, все испуганы. Страх и отчаяние валили из глаз этих девушек, как пар.

– Райан! Райан!

Кто-то звал его по имени. Лок разлепил веки. Тайрон вытянул ногу и пинал его по голени:

– Эй, проснись!

Райан не сразу сообразил, где находится.

– Что такое?

– Ты дергался, как пес, который гонится за кроликами.

– Сон приснился, – ответил Лок, запрокинув голову.

С улицы донесся голос. Женский голос.

– Можно воды? – крикнул Джонсон.

Ответа не последовало. Секундой позже открылся смотровой люк, и на пол упала бутылка воды.

– Эй, мы же в наручниках! – напомнил Тайрон, но люк со скрежетом закрылся.

Хлопнула дверца кабины. Ожил двигатель. Заскрипел рычаг переключения передач, словно за руль сел человек, прежде не водивший микроавтобус. Тай с тревогой взглянул на Лока: автомобиль развернулся, потом встал, снова дернулся вперед и потихоньку набрал скорость. Что бы ни происходило, куда бы их ни везли, ничего хорошего это не сулило.

Утешало лишь то, что кроме них в микроавтобусе был теперь только один человек. Тай и Райан, хоть и в наручниках, получали реальный шанс.

Гул транспорта и шелест шин по асфальту говорили о том, что они по-прежнему в городе. Машина набрала скорость. Минут через пять они, вероятно, попали в пробку: водитель затормозил так, что напарников швырнуло к кабине. Бутылка воды оказалась у Райана под ногами, но поднять ее он не мог.

Затем микроавтобус снова набрал скорость. Порой его обгоняли машины, но постепенно транспортный поток редел. Воздух посвежел. Характерная городская вонь и жара остались позади.

Время шло. Лок глянул на напарника и увидел, что тот уже страдает от обезвоживания – темнокожий охранник ссутулился и уронил голову на грудь. Даже глаза у него запали.

– Тай, не отключайся, ладно? – позвал его друг.

– Все нормально! – тут же поднял голову Джонсон.

– Слушай, рано или поздно мы остановимся и, если появится шанс сбежать, не упустим его.

– В наручниках будет непросто, но я тебя понял.

Руки обоим сковали за спиной, то есть для атаки у них оставались только ноги и головы. Правда, порой наручники слетают, если как следует ударить ими о плотную поверхность. Но Райан уже стучал своими о стену – безуспешно.

Микроавтобус явно попал в рытвину – подскочил так сильно, что Лок чуть не упал с сиденья. И снова яма – на этот раз Райан успел выставить ногу и удержался на месте.

Они ехали по грунтовой дороге или вообще по бездорожью. Автомобиль проскакал по кочкам еще ярдов пятьсот – шестьсот. Потом двигатель замолчал, водительская дверь открылась, кто-то вылез из кабины, и дверь снова захлопнулась.

Тишина.

Лок задвигал бедрами, перемещаясь к задней двери. Нужно быть к ней поближе, когда она откроется. Они, конечно, в наручниках, но зато их двое против одного.

Щелкнул замок, дверь отворилась, и напарников ослепил солнечный свет. Они долго сидели в темноте, защитить глаза было нечем, и теперь Райан беспомощно щурился. Он видел лишь силуэт водителя ростом около пяти футов шести дюймов при среднем сложении, а лица его разглядеть не мог.

Неизвестный снял висячий замок с двери клетки, отодвинул засовы и распахнул ее. Вероятно, разгадав затею пленных, он отступил шагов на десять и сжал рукоять табельного пистолета, который торчал у него из кобуры.

– Вылезайте! – скомандовал этот человек.

Голос был женским.

Первым вылез Тай – носком распахнул дверь клетки, шагнул к задней двери и выпрыгнул на сухую землю. Лок выбрался следом. Женщина попятилась, чтобы держаться на безопасном расстоянии от своих пленников.

Постепенно глаза Райана привыкли к слепящему солнцу. Вокруг пустыня – можжевельник, перекати-поле и больше ничего. Ни строений, ни домов, ни людей. Идеальное место для казни.

– Повернитесь спиной! – велела женщина, вынимая пистолет из кобуры.

Она слишком далеко – наброситься не получится. Прежде чем они окажутся достаточно близко, чтобы бороться с ней, она выстрелит, а даже если не выстрелит, ей достаточно сделать несколько шагов назад, и атака захлебнется. «Неужели это конец?» – думал Райан, выполняя приказ.

Казнь в пустыне. Два трупа койотам на пиршество.

– На колени! – прозвучал следующий приказ.

– У тебя есть план? – спросил Лок, глянув на Джонсона. – Если да, с удовольствием послушаю.

– Не болтать! На колени!

Выстрел в затылок – гуманнейшая из казней: жертва почти ничего не чувствует. Райану не давало покоя лишь одно: в Мексику он приехал с конкретной целью.

Он повернулся к незнакомке. Его глаза уже достаточно привыкли к солнцу, и он разглядел ее. Та самая особа, которую он видел в торговом центре.

– Повернитесь спиной! – велела она.

– Вы коп? – спросил Райан.

Похитительница не ответила.

– Брэди так же казнили? – не унимался Лок.

Женщина отступила на шаг. Судя по ее позе, объяснялось это скорее раздражением, чем нерешительностью.

– Убивать вас я не намерена. Хотела снять наручники, но, если вы не встанете на колени, не сниму. К вашему сведению, к гибели Джо Брэди я отношения не имею. Послушал бы он меня – был бы сейчас жив!

– Неужели? – подначил ее Лок.

В правой руке незнакомка по-прежнему сжимала пистолет, левую опустила на бедро.

– Ладно, не поворачивайтесь. Тогда я просто оставлю вас в пустыне, – заявила она.

– Может, лучше сделать, как она велела, – проговорил Тай.

Через минуту друзья стояли рядом, и Райан растирал запястья. Женщина бросила каждому по бутылке воды.

– Что дальше? – спросил Лок, едва они утолили жажду.

Их противница кивнула на склон:

– Пойдете пешком. До границы около двух миль. У барьера вас подберут пограничники. Две мили – путь неблизкий, вполне успеете сочинить байку о том, почему возвращаетесь на родину.

– А если мы не хотим на родину? – возразил Райан.

– До города пятьдесят миль. Следующий коп, который вас остановит, вполне может сдать вас картелю или засадить в тюрьму за то, что ввезли в страну огнестрельное оружие. Выбирайте!

– Я за первый вариант, – заявил Тай.

– Прислушайтесь к словам вашего друга, – посоветовала Локу женщина. Затем она вытащила два полиэтиленовых пакета и швырнула их напарникам. – Здесь ваши сотовые и бумажники. Оружие у вас незаконное.

Друзья подняли свои вещи.

Лок поскреб землю носком кроссовки и взглянул на новую знакомую. У нее были большие карие глаза и непослушные волосы, убранные в хвост. Лишний вес у похитительницы был сосредоточен на бедрах, как и у самого Райана. Она источала энергию, которая его восхищала. Но… что-то тут не стыковалось.

– Я приехал за Чарли Мендесом. Почему вы его защищаете? – спросил Лок.

Женщина спрятала пистолет в кобуру. Судя по выражению ее лица, охранник продемонстрировал такую наивность, что она больше не считала его опасным. Тем не менее рукоять она не отпускала.

– Вы, американцы, такие надменные! – Голос ее зазвучал презрительно.

– Теперь вы нас оскорбили, – процедил Тайрон.

– Знаете, сколько похорон молодых женщин я посетила в этом году?

Лок пожал плечами.

– Несколько десятков. Погибли сплошь молодые. Их похитили на улице по дороге из мастерских. Изнасиловали. Пытали. Изувечили. Им вырезали грудь и бросили у всех на виду. Ради чего? Ради удовольствия. А вы, мистер Крутой Охотник, заявляете, что я защищаю насильника!

– Так помогите мне его поймать!

– Возвращайтесь домой, мистер Лок. Забирайте своего друга и возвращайтесь в Штаты, не то повторите судьбу Брэди. Так и случилось бы, не предложи я привезти вас сюда. Рано или поздно Мендеса поймают. А пока такие, как вы, только мешают мне. У нас тут своих идиотов хватает. Заезжие не нужны.

Лок быстро обдумал ситуацию. Состязаться с этой женщиной в силе он не хотел. Пешком до города им не добраться. Единственный вариант – уйти, как она просит, а потом вернуться.

– Ладно, – сказал наконец Райан. – Мы уедем. Окажете мне услугу?

– Какую?

Лок включил сотовый и нашел фотографию телохранителя Мендеса.

– Я слышал, что на днях Мендес подцепил в баре американскую девушку, – рассказал он. – Меня очень беспокоит ее безопасность. Пожалуйста, проверьте, все ли у нее благополучно. Я скажу, где ее видели в последний раз.

Райан приблизился к женщине на шаг и повернул к ней дисплей телефона.

– Мендес был с этим человеком, – добавил он, показывая фото телохранителя.

Похитительница взяла телефон и взглянула на снимок, а потом снова перевела взгляд на Лока.

– Где? – спросила она кратко.

Райан не понял, что именно имелось в виду.

– В смысле?

– Где это снимали?

– В баре неподалеку от… – Охранник осекся: наконец-то он ее заинтересовал!

Женщина вытащила свое оружие – оказалось, это «Браунинг».

– Где? Где это снимали? – потребовала она ответа.

– Мы вам покажем, – отозвался Лок.

– Нет, говорите!

Наконец-то что-то сдвинулось с места!

– Мы поможем вам, а вы – нам. Никаких фокусов, слово даю, – пообещал Райан.

Их новая знакомая двинулась к микроавтобусу и распахнула водительскую дверь:

– Вам придется ехать сзади.

Дверь клетки лишь немного притворили. Американские телохранители сели на прежние места, а женщина, наконец представившаяся детективом Рафаэлой Карчарон из федеральной полиции, повезла их к шоссе. Люк между салоном и кабиной подняли. На нем стояла решетка, но Рафаэла держала окна открытыми, чтобы ветерок попадал и пассажирам. Лок не обиделся, что новая знакомая везла их сзади. Она и так рисковала, уже тем, что согласилась им помочь. Из ее слов было ясно: арест для напарников означал гибель.

Ситуацию изменили фотография телохранителя и упоминание девушки, с которой познакомился Чарли. Райан спросил, кто этот тип, и Рафаэла ответила, что не знает. Ложь! Карчарон прекрасно знала, кто был на снимке. Но независимо от того, была она крутым копом или нет, эта дама перепугалась. Страх в ее глазах убедил Лока, что даже для нее, живущей среди ужасов и зверств криминогенного района, этот человек – настоящий зверь. Зверь стоял между Райаном и Чарли Мендесом. И Райан уже начинал понимать, почему Мендеса до сих пор не поймали, хотя и не мог взять в толк, почему картель его защищает. Эта загадка – основа всего дела. Нужно ли им с Таем ее разгадывать?

35

Гектор отвернулся от стеклянной двери в бассейн, прошел по коридору на кухню и приготовил девушке поесть. Потом он уложил еду на поднос и спустился к пленнице.

Телохранитель поставил поднос на пол, отпер дверь и вошел. Девушка сидела на том же самом месте, что и раньше. На Гектора она взглянула с облегчением и страхом. С облегчением, потому что ее не бросили, и со страхом перед тем, что он мог сделать. Охранник с ней не разговаривал. Возможно, ее придется убить, поэтому привязываться к ней нельзя: жалости к ней ему и так уже хватает.

Кое-кто, услышав такое, ухмыльнулся бы, однако от правды не убежишь. Руки Гектора были в крови по самые локти. Тем не менее ему не были чужды ни боль, ни горе, ни сочувствие, ни страх – ни одна из человеческих эмоций.

Он подпер дверь ящиком пива, одним из тех, что заполонили узкий коридор, взял поднос и поставил рядом с девушкой. На подносе были хлеб, яичница, сок и кофе – американский завтрак, простой, но сытный.

– Кофе горячий, – предупредил Гектор. – Только не вздумай обливать им меня: я привык к боли.

Пленница не ответила, но к его словам, похоже, прислушалась. Охранник вытащил ключи, освободил ей руки и, пока она ела, стоял у двери. Его порадовало, что аппетит у нее не пропал. Девушка допила кофе и посмотрела на него:

– Зачем вы меня здесь держите? Если ради денег, мои родители заплатят, хотя миллионов у них нет.

«Такая молодая, – подумал Гектор. – Такая наивная…» Он жестом велел девушке сесть, чтобы надеть наручники, а когда опустился на пол рядом с ней, в комнате появился кто-то третий. Могущественнее, чем человек. Могущественнее, чем босс Гектора.

Впоследствии Гектор решил, что это был не Бог, не Богоматерь и не Святая Смерть[9]9   Санта Муэрте, главная фигура крайне популярного в Мексике культа, совмещающего католические и индейские религиозные представления.

[Закрыть]

. Он почувствовал нечто большее, нечто совершенно немыслимое – силу, которую не описать никакими словами. Его лицо оказалось совсем рядом с лицом девушки, и на миг телохранителю захотелось упасть на пол и рыдать от собственных деяний. Но холодный рассудок убийцы-профессионала взбунтовался и оттолкнул его от края бездонной пропасти. Странное чувство не улеглось, но отступило, как отступает от берега море в отлив.

– Никому не говори, что ты из бедной семьи, поняла? – прошептал Гектор. – Без денег им незачем оставлять тебя в живых.

Девушка была так близко, что в голубизне ее глаз он разглядел зеленые крапинки. Она кивнула.

Охранник поднялся, взял поднос и поскорее вышел в коридор, заперев за собой дверь. Руки его так дрожали, что кофейная чашка и блюдце позвякивали.

Нужно выпить. Очень нужно!

36

Рафаэла высадила их у ресторана фастфуда, а сама поехала возвращать микроавтобус. Оказавшись единственными американцами в ресторане, напарники сели за столик в глубине зала и молча поели. С тех пор как они пересекли границу, им ни разу не встретились афроамериканцы – чернокожих здесь почти не было, и Тай словно магнитом притягивал чужие взгляды. Впрочем, так было везде, и Джонсон ничуть не возражал. То ли он ничего не замечал чужих взглядов, то ли считал, что с таким ростом, сложением и суровой красотой он просто не может остаться без внимания.

Через тридцать пять минут Лок получил эсэмэску: «Жду вас за рестораном».

Райан похлопал друга по руке, они выбрались из ресторана и подошли к его заднему фасаду. Рафаэла подъехала на «Шевроле Камаро», и ее новые знакомые сели сзади. Женщина переоделась в джинсы, белую блузку и кроссовки.

– Ну, показывайте бар, – велела она.

– Он в Дьябло. Вот приедем туда, и я скажу вам название, – ответил Райан.

Рафаэла глянула на него в зеркало заднего обзора:

– Вы мне не доверяете?

– Пару часов назад вы хотели выкинуть нас из страны.

– Я шкуру вашу спасала.

– А в участке поинтересовались, что стало с задержанными? – спросил Тай.

Карчарон чуть не расхохоталась:

– У нас, если коп уезжает с задержанными, а возвращается без них, вопросов не задают. То есть умные люди не задают. Меньше знаешь – крепче спишь.

Зазвонил ее сотовый. Она выудила его из сумочки, лежавшей на пассажирском сиденье, что-то ответила по-испански и отсоединилась.

– Сперва нам нужно кое-куда заскочить, – объявила женщина, взглянув на пассажиров. – Когда приедем, вы останетесь в машине. Из салона не выходите. Если спросят, кто вы такие, не отвечайте.

– Мы справимся, – заверил ее Джонсон.

– Я в вашем друге не уверена, – проговорила сотрудница полиции, посмотрев на Лока.

Тай пожал плечами:

– Не переживайте. В нем никто не уверен.

Рафаэла резко развернула машину и нажала на газ, вливаясь в поток ночного транспорта. Лока вдавило в спинку сиденья. Во время поездки по городу его поразило отсутствие нормального. Девушки не гуляли без сопровождения, и все прохожие напоминали жуков – низко опустив голову, они спешили вперед, желая поскорее добраться туда, где их ждали.

На перекрестке стоял грузовик, в кузове которого сидели солдаты. Ружья между колен, в зубах сигареты – они оглядывали каждую машину. Карчарон пронеслась мимо, словно не заметив их. Давно привычный фон, ее внимания они не заслуживали.

Огни города остались позади: «Шевроле» выехал на трассу. Лок открыл окно, чтобы насладиться свежим воздухом, и подался вперед.

– Можно вопрос? – обратился он к Рафаэле.

Та чуть заметно повернула голову:

– Какой еще?

– Кто тот телохранитель?

– Не знаю.

– Я думал, мы откровенны друг с другом. Я объяснил, почему мы здесь. Вы заинтересовались, только когда увидели фотографию. Получается, вам известно, кто он.

– Как его зовут, я понятия не имею. А внешность узнала.

– Откуда узнали?

Рафаэла крепче вцепилась в руль и, глядя на дорогу, мелькающую за лобовым стеклом, проговорила:

– Он один из них. Очень опасный.

– Из них? То есть из картеля?

Карчарон покосилась на Райана и стиснула зубы, а потом потупилась и снова уставилась на дорогу:

– Да.

Лок ухватился за спинку пассажирского сиденья и резко подался вперед:

– Вы говорили не об этом. Вы сказали «из них» и имели в виду явно не картель.

– Нет, не картель.

– Тогда кого? Кто они?

Мимо промчался очередной армейский грузовик. Солдат из кузова зыркнул на Рафаэлу.

– Он из тех, кто убивает местных женщин, – объяснила она.

– Раз вы знаете, что он убивает женщин, почему не арестуете его? – спросил Лок, перехватив ее взгляд в зеркале заднего обзора.

– Вы давно в наших краях? – спросила Карчарон с грустной улыбкой.

– Здесь не арестовывают убийц?

– Это зависит от доказательств и от того, кем является преступник.

– Так кто он? Вы чего-то недоговариваете.

Она на миг повернулась к Райану лицом:

– Служит в полиции.

iknigi.net

Дар Дьявола - Шон Блэк

Пролог

Санта-Барбара, Калифорния

Вечер пятницы. Восемь часов. Бары и клубы Стейт-стрит уже наполняются посетителями. Три студента, шатаясь, выползли из ирландского паба «Джеймс Джойс» и устроили на тротуаре веселую кучу-малу. Один из них стиснул приятелей в «стальном зажиме». Перед входом в ночной клуб «Велвет Джонс» вышибала потребовал документы у студента и студентки, рассмотрел их с преувеличенной тщательностью, потом отцепил красный канат и пропустил юнцов, даром что удостоверения личности наверняка были поддельными. Под его пристальным взглядом парочка шмыгнула в клуб.

Сцены безобидного студенческого кутежа разыгрывались на всем протяжении главной клубной улицы города. Сколько помнят старожилы богатого калифорнийского побережья, такое бывает каждый год.

Чарли Мендес наблюдал за происходящим, застыв на пересечении Стейт-стрит и Уэст-Харли-стрит. Из закатанного рукава футболки он вытащил сигарету «Мальборо», из бокового кармана джинсов – зажигалку «Картье» и закурил. Чарли сделал пару глубоких затяжек и принялся разглядывать улицу. Мимо пронеслась стайка девчонок, и одна длинноногая брюнетка улыбнулась ему. В ответ Мендес подарил ей фирменный оскал калифорнийского серфера и провел рукой по своим густым светлым кудрям. Брюнетка захихикала, хотела что-то сказать, но подруга схватила ее за локоть и потащила за собой.

Чарли вытащил маленький цифровик, который всюду носил с собой именно ради таких ситуаций, и крикнул:

– Эй, красотка, улыбочку!

Сальная реплика и предложение сфоткаться для большинства ровесников этого человека были чреваты поднятием среднего пальца и презрительным взглядом, только Чарли к большинству не относился. Лет в двадцать он небезуспешно работал моделью в Нью-Йорке. Вопреки нездоровому образу жизни красота его не исчезла, а лишь немного поблекла. Загорелое лицо Мендеса источало зрелую мужественность, а его зубам и волосам не грех было и позавидовать.

Брюнетка покраснела, что-то шепнула подружке и упорхнула.

Мужчина просмотрел отснятые кадры. Девчонка явно испугалась вспышки и закрыла глаза. М-м-м, как многообещающе – Мендес аж содрогнулся от предвкушения.

Чарли жил ради таких вечеров. В своем родном городе он любил многое, но с возможностями, которые Санта-Барбара дает человеку вроде него, не сравнится ничто. Каждый год отсюда уезжают выпускники, и на их место приезжают восьмиклассники. Обновление идет непрерывно, постоянен лишь он, Чарли Мендес. Он смотрит. Ждет. Выбирает момент. Не упускает шанса пополнить свою коллекцию.

Чарли посмотрел на часы – совершенно не серферские «Ролекс Ойстер Сумбаринер» за пять тысяч долларов. Еще рано. Сейчас он пойдет домой и подготовится, а позднее, часов в одиннадцать, вернется проверить, что сулит ему вечер. Завтра студенты начнут разъезжаться, и Санта-Барбара за пару дней превратится из университетского города в туристический. Один за другим появятся жители Лос-Анджелеса и Сан-Франциско, имеющие здесь дачи. Хотя они Мендесу ни к чему – только заполонят пляж, у которого он по утрам занимается серфингом, и вообще подпортят ему жизнь.

Одним словом, эту ночь надо использовать по полной. Надо сделать ее яркой и незабываемой, чтобы хватило на долгие месяцы одинокого лета, пока к осеннему семестру не подтянется молодняк.

Чарли подошел к своей машине – «Астон Мартину», красному кабриолету с низкой посадкой, прыгнул на водительское сиденье и завел мотор. Он поехал по побережью на север, чтобы подготовить почву для предстоящего действа.

Часть I 1

Шестнадцать месяцев спустя

Лос-Анджелес, Калифорния

С бешено колотящимся сердцем Мелисса Уорнер проталкивалась к сцене. Прямо над ней милый темнокожий паренек в мешковатых джинсах и майке с символикой «Лос-Анджелес Лейкерс» пел в стиле рэп о шлюшках и потаскушках, чуть поодаль крутились два диджея в таком же наряде, а справа и слева от рэпера извивались, явно кайфуя от каждого слова, десяток танцовщиц в нарядах в стиле БДСМ.

Шлюшки, шлюшки, Потаскушки, Всем вам подавай одно.

Два ярких прожектора зигзагами скользили по толпе, набившейся в зал. Басы пульсировали так, что Мелиссе казалось, будто бы пол содрогается в такт с ними. Одной рукой рэпер схватился за мошонку, другой стиснул пачку долларов и помахал купюрами. Его публика, в основном белые подростки из пригорода, вопила, восторгаясь песней. Кем это «произведение искусства» делало их сестер и матерей? Проститутками. Кусками мяса. Убогими тварями, умеющими лишь одно. «Не отвлекайся! – велела себе Уорнер. – Вспомни, для чего ты здесь. Чтобы найти его».

Разве легко его искать? Ничего подобного! Но Мелисса упрямо шла по следу, хотя все вокруг говорили, что самое разумное – забыть. Еще немного, и ей воздастся за упорство. Он рядом. Он… Человек, который поможет ей восстановить справедливость и, вероятно, начать новую жизнь.

Она заглянула за перегородку на дюжих секьюрити в футболках. Человека, которого она искала, среди них не оказалось. Словно пловец, мисс Уорнер работала руками, ныряла под занесенные локти, чтобы отодвинуться от сцены и завоевать себе немного свободного пространства. От давки ее замутило, и у нее закружилась голова. Мелисса жадно глотала воздух, вот только горячей влаги в нем было куда больше, чем кислорода. «Сейчас отключусь», – запаниковала было она, но в тот же момент очутилась в свободном закутке.

У барьера скучал секьюрити в футболке с промотура «Тройного К», что в переводе на общечеловеческий означало «Команда Комптонского Клоуна», с удостоверением на черном шелковом шнурке. Деревянная аппарель за его спиной вела за кулисы. Мелисса вытащила сотовый, разыскала единственный, с трудом добытый снимок того человека и показала его секьюрити. Тот лишь пожал плечами:

– Не знаю этого типа.

– Но вы должны знать, – настаивала Уорнер. – Он здесь начальник охраны.

– Не-а, не он.

– Я имела в виду охрану группы.

– О группе знать ничего не знаю.

Мелисса встала на цыпочки, чтобы заглянуть за кулисы, но охранник тотчас загородил ей обзор. Подмышки у него быстро темнели от пота. Девушка уловила терпкий запах мужского тела, и ее снова замутило.

– Хочешь за кулисы заглянуть? Могу устроить. Рэперов увидишь. – Секьюрити кивнул на сцену. – Не просто так, конечно, – добавил он, не сводя глаз с груди собеседницы.

Мелисса отступила на шаг и зажмурилась, запрещая себе плакать. Знал бы этот тип, что с ней делает его похоть! Хоть каплю ее боли почувствовал бы… Она разлепила веки, но секьюрити уже отвлекся. Он командовал кем-то по рации и вглядывался в толпу.

Мисс Уорнер обернулась. Клаберы разбегались. Музыка еще лилась из колонок, но рэпер больше не пел. Он стоял на краешке сцены и призывал свою публику к порядку:

Page 2

– Как тебя зовут?

– Эшли.

– Эшли, крепко держи пиджак, чтобы с места не сдвинулся.

– Да… Но кровь… Вдруг у нее… ну… инфекция? – задрожала девушка.

Лок смерил ее таким же взглядом, как администратора:

– Если не остановим кровь, она умрет от кровопотери прямо на наших глазах. Так что, пожалуйста, делай, что говорят.

Блондинка кивнула. Райан подставил ладони, и азиатка прыснула на них четыре порции антисептика.

– Эшли, убери пиджак и давай сюда тампон, – скомандовал Лок, растирая антисептик.

Его помощница послушалась, и он аккуратно отодрал хлопковую блузку от края раны. Это была страшная дыра диаметром в полдюйма, но Райан видел и пострашнее. Очевидно, пуля осталась внутри. Хорошо, что рана не сквозная, не то пришлось бы зажимать в двух местах. Лок вытянул голубой шнур тампона и прижал его к ране. Тампон тут же начал впитывать кровь и расширяться, заполняя дыру в животе девушки. Кровь все еще медленно текла из раны, но секундами раньше она лилась ручьем. Райан глянул на администратора – тот сидел с телефонной трубкой у уха.

– Уже едут, – сказал он охраннику.

– Когда будут? – уточнил тот, и служащий снова взялся за телефон.

Райан сложил известные ему факты. Где стреляли в девушку и когда? Жизнь и смерть будут разделять не минуты, а секунды.

– Мистер Лок! – вдруг позвала его раненая, глотая слезы.

Этой девушке известно его имя. Они уже встречались? Райан порылся в памяти. Нет, вряд ли, хотя какие-то ассоциации она и правда у него вызывала. Это она была на концерте? Стояла у служебного входа? Чего он только ни видел за последний месяц! На какие только ухищрения не шли девчонки ради внимания «Тройного К»! Не говоря уже о недавней разборке группировок…

– Ты меня искала? – спросил телохранитель.

Подбородок девушки опустился на грудь.

– Они… хотели… помешать мне, – пролепетала она еле слышно.

– Кто? Кто хотел тебе помешать?

– Он их подослал. Вынуждает меня бросить поиски, но я не брошу.

У Лока аж волосы на затылке зашевелились. Он посмотрел на медленно рассеивающуюся толпу. Фанаты украдкой оглядывались. У кого-то в глазах читалось любопытство, у кого-то – отвращение. Из общей массы никто не выделялся. Явной угрозы никто не представлял.

– Кто? Кто этого хочет? – опасливо допытывался Райан.

В ответ девушка зашевелила губами, но имя так и не произнесла.

– Он тебя преследует?

Девушка покачала головой, и в ее взгляд вернулась отрешенность.

– Поймайте его! – прошептала она.

Терпение Лока таяло.

– Не знаю ни кто ты, ни в чем здесь дело, но я не коп и людей не ловлю. Я их охраняю.

– Потому для этого нужны именно вы.

– Для чего «для этого»?

– Для того, чтобы вернуть его.

Девушка говорила загадками. Из каждого ее ответа выплывали новые вопросы.

– Кого вернуть? – спросил охранник растерянно.

– Джо пробовал, но его убили.

– Джо? Так зовут человека, которого я должен поймать?

– Это несправедливо! Он должен сидеть в тюрьме за свои поступки!

– Да о ком ты?

Девушка буравила Лока взглядом, но вот ее глаза вспыхнули, как вспыхивают свечи, прежде чем их затушит сквозняк:

– Вы – мой последний шанс. Если не поймаете его и не вернете, они меня убьют.

Лок старательно зажимал ей рану, но свеча гасла. У девушки закрывались глаза. Если позволить ей отключиться, живой она до больницы не доедет. Нужно тормошить ее, нужно с ней разговаривать.

– Слушай, начнем-ка сначала. Как тебя зовут? – поинтересовался он.

Глаза раненой сфокусировались. Хороший знак.

– Мелисса, – ответила она.

Ура, маленькая победа!

– Ну, Мелисса, я поеду с тобой в больницу, и по пути ты все мне расскажешь. Сейчас начнем с начала, ладно?

– Ладно.

Райан повернулся к администратору:

– ОВП[1]?

Тот ответил непонимающим взглядом.

– Когда «Скорая» приедет? – пояснил охранник.

– Сказали, минут через десять.

Лок снова занялся арифметикой. Неотложка едет из городской больницы, значит, понадобится еще минут десять. Двадцать минут раненая не протянет.

Райан поднял девушку на руки и побежал к двери, отчаянно стараясь не поскользнуться на окровавленном полу.

3

С бесконечной осторожностью Лок усадил Мелиссу на переднее пассажирское сиденье. Стоило ей шевельнуться, и она стонала. Но Райан отрешился от этого жалобного звука. Чтобы раненая выжила, нужно думать, как доставить ее в больницу, а все прочее отсечь.

Один козырь у него был. Охранник заранее подготовился к концерту «Тройного К», поэтому знал, где находится ближайший пункт «Скорой помощи» – в Медицинском центре Калифорнийского университета – и как быстрее всего добраться туда из отеля. Он завел машину – черная «Ауди А6» – и погнал по бульвару Уилшир. Впереди едва полз «Лексус». Райан подрезал его и, прорвавшись в левый ряд, еще сильнее надавил на педаль газа.

На перекрестке Уилшира и Беверли-Глен загорелся зеленый свет. Лок пролетел через него, не сбавляя скорости, но впереди, за перекрестком, обе полосы стояли намертво. Выручила поворотная полоса – телохранитель объехал пробку, а когда на очередном светофоре загорелся зеленый, подрезал стоящие впереди машины.

Пара водителей засигналила, но Лок, не обращая внимания, ехал дальше. Дальше на дороге было свободно. Райан чуть притормозил, чтобы свернуть на бульвар Уэствуд.

Девушка шевельнулась и застонала.

– Мелисса, не засыпай, ладно? – попросил ее водитель.

– Очень больно.

Лок переключил передачу и протянул пассажирке руку:

– Ты держишься молодцом.

– Сезар Мендес, – проговорила Мелисса, сжав его ладонь.

Имя всплыло откуда ни возьмись. Раненая побледнела как полотно – даже губы у нее стали бесцветными, а это плохой признак.

– Кто-кто? – переспросил Райан.

– Сезар Мендес. Все зовут его Чарли, – отозвалась девушка. – Этого человека я прошу вас найти. Разыщите его, верните обратно.

Лок отвлекся буквально на секунду, но этого хватило, чтобы колесо «Ауди» угодило в выбоину. Мелисса вскрикнула и вцепилась ногтями ему в руку.

– Если надо, царапай, не стесняйся, – проговорил охранник, не обращая внимания на боль. Раненая раздирала ему кожу. – Чарли? Это он в тебя стрелял?

Page 3

– Эй, вы, успокойтесь! Да успокойтесь же!

Перехватив взгляд охранника, девушка увидела, как подростки в страхе несутся кто куда, будто мелкие рыбешки от акулы.

Она подалась вперед, чтобы присмотреться.

«Акул» было пять – молодые латиноамериканцы в синих шляпах и банданах. Ясно, группировка… Сквозь толпу они буквально продирались: здесь толкнут, там пнут – и так с любым, кто попадется под руку. Паренек лет семнадцати получил кулаком по лицу и упал. К нему тут же бросились три латиноса и начали пинать его – кто в голову, кто в живот. Другие клаберы использовались, чтобы удержать равновесие или чтобы оттолкнуться от них и пнуть упавшего еще сильнее. Один латинос стоял чуть поодаль. Совершенно неподвижный, он взирал на побоище с холодным равнодушием. Как ни странно, именно он командовал «акулами», которые были куда выше и здоровее его. Вот он что-то крикнул трем молодчикам, и те мгновенно перестали терзать несчастного.

Лидер напавших на клуб поднял голову. Оказалось, что это вовсе не парень. Побоищем командовала девушка. Абсолютно спокойная среди творящегося вокруг бесчинства, она обвела взглядом танцпол. Рэпер с группой удрали за кулисы, а из-за барьера прибежали секьюрити, тщетно пытавшиеся восстановить порядок.

Девушка заметила Мелиссу, перехватила ее взгляд и показала на нее пальцем. Теперь та догадалась, что происходящее здесь не случайность. Молодые латиносы появились в клубе не просто так. Она искала здесь его, поэтому они искали здесь ее. Мисс Уорнер попятилась и отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в металлический барьер.

Латиносы быстро подавили вялое сопротивление толпы и устремились к Мелиссе. Несчастная похолодела от ужаса: на ее глазах лидер группировки задрала футболку, показав черную рукоять пистолета.

Жуткое зрелище вернуло девушку к реальности. Она огляделась в поисках пожарного выхода. Вон он, одностворчатая дверь ярдах в двадцати от нее!

Она рванула к выходу, не решаясь оглянуться. Если она выскользнет за дверь, то доберется до стоянки. А если доберется до стоянки, то юркнет в машину и уедет.

Поиски брошены – Мелисса Уорнер вылетела за дверь навстречу теплой лос-анджелесской ночи.

Нужно найти его, то есть дожить до того момента, когда они встретятся. А потом будь что будет!

2

В каждом новом деле Райан Лок прежде всего обращал внимание на два аспекта. Во-первых, на отсутствие нормального – на исчезновение секьюрити на посту, на пустое место в кабинете, где прежде находилась камера слежения, на тишину во внутреннем дворе, который обычно сторожит злющий доберман, и так далее. Во-вторых, на присутствие ненормального, странного, из ряда вон выходящего – на незнакомую машину у школы в час окончания уроков, на новую крышку люка на пути следования парада…

Тем вечером Лок осматривал фойе отеля, битком набитое пришедшими на вечеринку после концерта дважды платиновой рэп-группы «Тройное К» – его нынешних клиентов – и увидел кое-что, а точнее, кое-кого, явно попадающего под вторую категорию. Никем не замеченная молодая женщина вошла через вращающуюся дверь и остановилась. Судя по мечущемуся взгляду, она кого-то разыскивала.

Само по себе ее появление не удивляло. На вечеринках «Тройного К» девушек хоть отбавляй. По наблюдениям Лока, в среднем их раз в шесть больше, чем парней. Но такой, как молодая особа, которая пробиралась к нему через толпу, на вечеринках этой группы охранник не встречал.

Прежде всего, волосы у девушки были красиво уложены, а не липли ко лбу неопрятным войлоком. У фанаток рэпа всегда блестят глаза – от возбуждения или от избытка алкоголя, а у этой особы они казались кукольными, тусклыми и безжизненными. А еще у фанаток не хлещет из живота кровь, не течет по ногам и густыми алыми каплями не капает на беломраморный пол фойе. Казалось, что вместе с этой девушкой по отелю бредет тишина. Бокалы и стаканы замирали у самых губ. Глаза вылезали из орбит. Люди невольно отшатывались, освобождая проход, а кровь все текла. На полу появилась алая дорожка.

Среди всеобщего замешательства среагировал лишь Райан. Он снял пиджак и повернулся к высоченному афроамериканцу Таю Джонсону, своему напарнику и лучшему другу:

– Отведи ребят в номер.

На том концерте пару раз дошло до потасовки – возможно, группировки разбирались друг с другом, – и телохранитель не желал рисковать. Бывший морпех Тай быстро повел музыкантов и администраторов группы к лифтам. Их побег оборвал тишину – вокруг зароптали, забеспокоились. Райан бросился к раненой девушке и настиг ее за четыре широких шага.

Незнакомка сгорбилась и мелко дрожала. Когда Лок потянулся к ней, она содрогнулась особенно сильно. Несчастная морщилась от боли, когда он осторожно подвел ее к ближайшему диванчику и постарался успокоить.

На блузке у девушки Райан заметил отверстие с обугленными краями, из которого текла кровь. Пулевое ранение, других вариантов нет. Один внимательный взгляд, и охранник, смяв пиджак, приложил его к ране. Девушка вскрикнула от боли, но он успокоил ее.

В их сторону, недовольно поджав губы, двинулся администратор отеля. Кровь испачкала сверкавший чистотой пол, а теперь и дизайнерский диванчик. Администратор посмотрел на Райана и кивнул сперва на девушку, потом на дверь: давай, мол, уведи ее. Лок спокойно встретил его взгляд. Большего не требовалось. Голубые глаза телохранителя вспыхнули от гнева – как всегда, когда при нем плевали на чужую жизнь. Жуткое вышло зрелище.

Служащий отеля густо покраснел.

– Вызовите неотложку! – велел ему Лок. – Объясните, что у нас девушка с пулевым ранением. Она потеряла много крови.

Администратор убежал, а Райан оглядел фойе. Фанатов почти не осталось. К стене жалась стайка нарядных девчонок – на вид им было чуть за двадцать.

– Девушки, нет у кого тампона или прокладки? – громко спросил охранник. Девицы взирали на него в немом ужасе. – Мать вашу, в сумочки загляните! – заорал он.

Стройная блондинка в черном платье для коктейлей вытащила пачку тампонов:

– Такие подойдут?

– Отлично, тащи сюда.

Блондинка проковыляла к нему на высоких каблуках. Тампон, по-прежнему в обертке, она держала в вытянутой руке, зажав большим и указательным пальцами.

– Сними упаковку! – гаркнул Лок. – И найди антисептик.

– У меня есть, – пискнула девушка с азиатской внешностью.

– Чудесно, давай сюда, – скомандовал мужчина и снова повернулся к раненой. – Так, сейчас я уберу пиджак, сниму тебе блузку и заткну рану. Постараюсь аккуратнее, но больно будет.

Взгляд девушки скользил по его лицу, как палец туриста по карте местности. Зрачки чуть расширились – в глаза словно вернулась жизнь. Вблизи девушка показалась моложе, чем Лок сперва подумал. Ей было лет девятнадцать, максимум двадцать. Бледная желтоватая кожа, тонкие черты лица, ярко-зеленые глаза и темно-русые, с каштановым отливом волосы. Она кивнула, и Райан перевел взгляд на блондинку, которая подала ему тампон:

loveread.info

Дар Дьявола Текст

Sean Black: The Devil’s Bounty

Copyright © Sean Black 2012. First published in Great Britain in 2012 by Bantam Press an imprint of Transworld Publishers.

© Перевод на русский язык, Терехина Ж.А., 2013

© Издание на русском языке, оформление ООО «Издательство «Э», 2017

Пролог

Санта-Барбара, Калифорния

Вечер пятницы. Восемь часов. Бары и клубы Стейт-стрит уже наполняются посетителями. Три студента, шатаясь, выползли из ирландского паба «Джеймс Джойс» и устроили на тротуаре веселую кучу-малу. Один из них стиснул приятелей в «стальном зажиме». Перед входом в ночной клуб «Велвет Джонс» вышибала потребовал документы у студента и студентки, рассмотрел их с преувеличенной тщательностью, потом отцепил красный канат и пропустил юнцов, даром что удостоверения личности наверняка были поддельными. Под его пристальным взглядом парочка шмыгнула в клуб.

Сцены безобидного студенческого кутежа разыгрывались на всем протяжении главной клубной улицы города. Сколько помнят старожилы богатого калифорнийского побережья, такое бывает каждый год.

Чарли Мендес наблюдал за происходящим, застыв на пересечении Стейт-стрит и Уэст-Харли-стрит. Из закатанного рукава футболки он вытащил сигарету «Мальборо», из бокового кармана джинсов – зажигалку «Картье» и закурил. Чарли сделал пару глубоких затяжек и принялся разглядывать улицу. Мимо пронеслась стайка девчонок, и одна длинноногая брюнетка улыбнулась ему. В ответ Мендес подарил ей фирменный оскал калифорнийского серфера и провел рукой по своим густым светлым кудрям. Брюнетка захихикала, хотела что-то сказать, но подруга схватила ее за локоть и потащила за собой.

Чарли вытащил маленький цифровик, который всюду носил с собой именно ради таких ситуаций, и крикнул:

– Эй, красотка, улыбочку!

Сальная реплика и предложение сфоткаться для большинства ровесников этого человека были чреваты поднятием среднего пальца и презрительным взглядом, только Чарли к большинству не относился. Лет в двадцать он небезуспешно работал моделью в Нью-Йорке. Вопреки нездоровому образу жизни красота его не исчезла, а лишь немного поблекла. Загорелое лицо Мендеса источало зрелую мужественность, а его зубам и волосам не грех было и позавидовать.

Брюнетка покраснела, что-то шепнула подружке и упорхнула.

Мужчина просмотрел отснятые кадры. Девчонка явно испугалась вспышки и закрыла глаза. М-м-м, как многообещающе – Мендес аж содрогнулся от предвкушения.

Чарли жил ради таких вечеров. В своем родном городе он любил многое, но с возможностями, которые Санта-Барбара дает человеку вроде него, не сравнится ничто. Каждый год отсюда уезжают выпускники, и на их место приезжают восьмиклассники. Обновление идет непрерывно, постоянен лишь он, Чарли Мендес. Он смотрит. Ждет. Выбирает момент. Не упускает шанса пополнить свою коллекцию.

Чарли посмотрел на часы – совершенно не серферские «Ролекс Ойстер Сумбаринер» за пять тысяч долларов. Еще рано. Сейчас он пойдет домой и подготовится, а позднее, часов в одиннадцать, вернется проверить, что сулит ему вечер. Завтра студенты начнут разъезжаться, и Санта-Барбара за пару дней превратится из университетского города в туристический. Один за другим появятся жители Лос-Анджелеса и Сан-Франциско, имеющие здесь дачи. Хотя они Мендесу ни к чему – только заполонят пляж, у которого он по утрам занимается серфингом, и вообще подпортят ему жизнь.

Одним словом, эту ночь надо использовать по полной. Надо сделать ее яркой и незабываемой, чтобы хватило на долгие месяцы одинокого лета, пока к осеннему семестру не подтянется молодняк.

Чарли подошел к своей машине – «Астон Мартину», красному кабриолету с низкой посадкой, прыгнул на водительское сиденье и завел мотор. Он поехал по побережью на север, чтобы подготовить почву для предстоящего действа.

Часть I

1

Шестнадцать месяцев спустя

Лос-Анджелес, Калифорния

С бешено колотящимся сердцем Мелисса Уорнер проталкивалась к сцене. Прямо над ней милый темнокожий паренек в мешковатых джинсах и майке с символикой «Лос-Анджелес Лейкерс» пел в стиле рэп о шлюшках и потаскушках, чуть поодаль крутились два диджея в таком же наряде, а справа и слева от рэпера извивались, явно кайфуя от каждого слова, десяток танцовщиц в нарядах в стиле БДСМ.

 Шлюшки, шлюшки,Потаскушки,Всем вам подавай одно.  

Два ярких прожектора зигзагами скользили по толпе, набившейся в зал. Басы пульсировали так, что Мелиссе казалось, будто бы пол содрогается в такт с ними. Одной рукой рэпер схватился за мошонку, другой стиснул пачку долларов и помахал купюрами. Его публика, в основном белые подростки из пригорода, вопила, восторгаясь песней. Кем это «произведение искусства» делало их сестер и матерей? Проститутками. Кусками мяса. Убогими тварями, умеющими лишь одно. «Не отвлекайся! – велела себе Уорнер. – Вспомни, для чего ты здесь. Чтобы найти его».

Разве легко его искать? Ничего подобного! Но Мелисса упрямо шла по следу, хотя все вокруг говорили, что самое разумное – забыть. Еще немного, и ей воздастся за упорство. Он рядом. Он… Человек, который поможет ей восстановить справедливость и, вероятно, начать новую жизнь.

Она заглянула за перегородку на дюжих секьюрити в футболках. Человека, которого она искала, среди них не оказалось. Словно пловец, мисс Уорнер работала руками, ныряла под занесенные локти, чтобы отодвинуться от сцены и завоевать себе немного свободного пространства. От давки ее замутило, и у нее закружилась голова. Мелисса жадно глотала воздух, вот только горячей влаги в нем было куда больше, чем кислорода. «Сейчас отключусь», – запаниковала было она, но в тот же момент очутилась в свободном закутке.

У барьера скучал секьюрити в футболке с промотура «Тройного К», что в переводе на общечеловеческий означало «Команда Комптонского Клоуна», с удостоверением на черном шелковом шнурке. Деревянная аппарель за его спиной вела за кулисы. Мелисса вытащила сотовый, разыскала единственный, с трудом добытый снимок того человека и показала его секьюрити. Тот лишь пожал плечами:

– Не знаю этого типа.

– Но вы должны знать, – настаивала Уорнер. – Он здесь начальник охраны.

– Не-а, не он.

– Я имела в виду охрану группы.

– О группе знать ничего не знаю.

Мелисса встала на цыпочки, чтобы заглянуть за кулисы, но охранник тотчас загородил ей обзор. Подмышки у него быстро темнели от пота. Девушка уловила терпкий запах мужского тела, и ее снова замутило.

– Хочешь за кулисы заглянуть? Могу устроить. Рэперов увидишь. – Секьюрити кивнул на сцену. – Не просто так, конечно, – добавил он, не сводя глаз с груди собеседницы.

Мелисса отступила на шаг и зажмурилась, запрещая себе плакать. Знал бы этот тип, что с ней делает его похоть! Хоть каплю ее боли почувствовал бы… Она разлепила веки, но секьюрити уже отвлекся. Он командовал кем-то по рации и вглядывался в толпу.

Мисс Уорнер обернулась. Клаберы разбегались. Музыка еще лилась из колонок, но рэпер больше не пел. Он стоял на краешке сцены и призывал свою публику к порядку:

– Эй, вы, успокойтесь! Да успокойтесь же!

Перехватив взгляд охранника, девушка увидела, как подростки в страхе несутся кто куда, будто мелкие рыбешки от акулы.

Она подалась вперед, чтобы присмотреться.

«Акул» было пять – молодые латиноамериканцы в синих шляпах и банданах. Ясно, группировка… Сквозь толпу они буквально продирались: здесь толкнут, там пнут – и так с любым, кто попадется под руку. Паренек лет семнадцати получил кулаком по лицу и упал. К нему тут же бросились три латиноса и начали пинать его – кто в голову, кто в живот. Другие клаберы использовались, чтобы удержать равновесие или чтобы оттолкнуться от них и пнуть упавшего еще сильнее. Один латинос стоял чуть поодаль. Совершенно неподвижный, он взирал на побоище с холодным равнодушием. Как ни странно, именно он командовал «акулами», которые были куда выше и здоровее его. Вот он что-то крикнул трем молодчикам, и те мгновенно перестали терзать несчастного.

Лидер напавших на клуб поднял голову. Оказалось, что это вовсе не парень. Побоищем командовала девушка. Абсолютно спокойная среди творящегося вокруг бесчинства, она обвела взглядом танцпол. Рэпер с группой удрали за кулисы, а из-за барьера прибежали секьюрити, тщетно пытавшиеся восстановить порядок.

Девушка заметила Мелиссу, перехватила ее взгляд и показала на нее пальцем. Теперь та догадалась, что происходящее здесь не случайность. Молодые латиносы появились в клубе не просто так. Она искала здесь его, поэтому они искали здесь ее. Мисс Уорнер попятилась и отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в металлический барьер.

Латиносы быстро подавили вялое сопротивление толпы и устремились к Мелиссе. Несчастная похолодела от ужаса: на ее глазах лидер группировки задрала футболку, показав черную рукоять пистолета.

Жуткое зрелище вернуло девушку к реальности. Она огляделась в поисках пожарного выхода. Вон он, одностворчатая дверь ярдах в двадцати от нее!

Она рванула к выходу, не решаясь оглянуться. Если она выскользнет за дверь, то доберется до стоянки. А если доберется до стоянки, то юркнет в машину и уедет.

Поиски брошены – Мелисса Уорнер вылетела за дверь навстречу теплой лос-анджелесской ночи.

Нужно найти его, то есть дожить до того момента, когда они встретятся. А потом будь что будет!

2

В каждом новом деле Райан Лок прежде всего обращал внимание на два аспекта. Во-первых, на отсутствие нормального – на исчезновение секьюрити на посту, на пустое место в кабинете, где прежде находилась камера слежения, на тишину во внутреннем дворе, который обычно сторожит злющий доберман, и так далее. Во-вторых, на присутствие ненормального, странного, из ряда вон выходящего – на незнакомую машину у школы в час окончания уроков, на новую крышку люка на пути следования парада…

Тем вечером Лок осматривал фойе отеля, битком набитое пришедшими на вечеринку после концерта дважды платиновой рэп-группы «Тройное К» – его нынешних клиентов – и увидел кое-что, а точнее, кое-кого, явно попадающего под вторую категорию. Никем не замеченная молодая женщина вошла через вращающуюся дверь и остановилась. Судя по мечущемуся взгляду, она кого-то разыскивала.

Само по себе ее появление не удивляло. На вечеринках «Тройного К» девушек хоть отбавляй. По наблюдениям Лока, в среднем их раз в шесть больше, чем парней. Но такой, как молодая особа, которая пробиралась к нему через толпу, на вечеринках этой группы охранник не встречал.

Прежде всего, волосы у девушки были красиво уложены, а не липли ко лбу неопрятным войлоком. У фанаток рэпа всегда блестят глаза – от возбуждения или от избытка алкоголя, а у этой особы они казались кукольными, тусклыми и безжизненными. А еще у фанаток не хлещет из живота кровь, не течет по ногам и густыми алыми каплями не капает на беломраморный пол фойе. Казалось, что вместе с этой девушкой по отелю бредет тишина. Бокалы и стаканы замирали у самых губ. Глаза вылезали из орбит. Люди невольно отшатывались, освобождая проход, а кровь все текла. На полу появилась алая дорожка.

Среди всеобщего замешательства среагировал лишь Райан. Он снял пиджак и повернулся к высоченному афроамериканцу Таю Джонсону, своему напарнику и лучшему другу:

– Отведи ребят в номер.

На том концерте пару раз дошло до потасовки – возможно, группировки разбирались друг с другом, – и телохранитель не желал рисковать. Бывший морпех Тай быстро повел музыкантов и администраторов группы к лифтам. Их побег оборвал тишину – вокруг зароптали, забеспокоились. Райан бросился к раненой девушке и настиг ее за четыре широких шага.

Незнакомка сгорбилась и мелко дрожала. Когда Лок потянулся к ней, она содрогнулась особенно сильно. Несчастная морщилась от боли, когда он осторожно подвел ее к ближайшему диванчику и постарался успокоить.

На блузке у девушки Райан заметил отверстие с обугленными краями, из которого текла кровь. Пулевое ранение, других вариантов нет. Один внимательный взгляд, и охранник, смяв пиджак, приложил его к ране. Девушка вскрикнула от боли, но он успокоил ее.

В их сторону, недовольно поджав губы, двинулся администратор отеля. Кровь испачкала сверкавший чистотой пол, а теперь и дизайнерский диванчик. Администратор посмотрел на Райана и кивнул сперва на девушку, потом на дверь: давай, мол, уведи ее. Лок спокойно встретил его взгляд. Большего не требовалось. Голубые глаза телохранителя вспыхнули от гнева – как всегда, когда при нем плевали на чужую жизнь. Жуткое вышло зрелище.

Служащий отеля густо покраснел.

– Вызовите неотложку! – велел ему Лок. – Объясните, что у нас девушка с пулевым ранением. Она потеряла много крови.

Администратор убежал, а Райан оглядел фойе. Фанатов почти не осталось. К стене жалась стайка нарядных девчонок – на вид им было чуть за двадцать.

– Девушки, нет у кого тампона или прокладки? – громко спросил охранник. Девицы взирали на него в немом ужасе. – Мать вашу, в сумочки загляните! – заорал он.

Стройная блондинка в черном платье для коктейлей вытащила пачку тампонов:

– Такие подойдут?

– Отлично, тащи сюда.

Блондинка проковыляла к нему на высоких каблуках. Тампон, по-прежнему в обертке, она держала в вытянутой руке, зажав большим и указательным пальцами.

– Сними упаковку! – гаркнул Лок. – И найди антисептик.

– У меня есть, – пискнула девушка с азиатской внешностью.

– Чудесно, давай сюда, – скомандовал мужчина и снова повернулся к раненой. – Так, сейчас я уберу пиджак, сниму тебе блузку и заткну рану. Постараюсь аккуратнее, но больно будет.

Взгляд девушки скользил по его лицу, как палец туриста по карте местности. Зрачки чуть расширились – в глаза словно вернулась жизнь. Вблизи девушка показалась моложе, чем Лок сперва подумал. Ей было лет девятнадцать, максимум двадцать. Бледная желтоватая кожа, тонкие черты лица, ярко-зеленые глаза и темно-русые, с каштановым отливом волосы. Она кивнула, и Райан перевел взгляд на блондинку, которая подала ему тампон:

– Как тебя зовут?

– Эшли.

– Эшли, крепко держи пиджак, чтобы с места не сдвинулся.

– Да… Но кровь… Вдруг у нее… ну… инфекция? – задрожала девушка.

Лок смерил ее таким же взглядом, как администратора:

– Если не остановим кровь, она умрет от кровопотери прямо на наших глазах. Так что, пожалуйста, делай, что говорят.

Блондинка кивнула. Райан подставил ладони, и азиатка прыснула на них четыре порции антисептика.

– Эшли, убери пиджак и давай сюда тампон, – скомандовал Лок, растирая антисептик.

Его помощница послушалась, и он аккуратно отодрал хлопковую блузку от края раны. Это была страшная дыра диаметром в полдюйма, но Райан видел и пострашнее. Очевидно, пуля осталась внутри. Хорошо, что рана не сквозная, не то пришлось бы зажимать в двух местах. Лок вытянул голубой шнур тампона и прижал его к ране. Тампон тут же начал впитывать кровь и расширяться, заполняя дыру в животе девушки. Кровь все еще медленно текла из раны, но секундами раньше она лилась ручьем. Райан глянул на администратора – тот сидел с телефонной трубкой у уха.

– Уже едут, – сказал он охраннику.

– Когда будут? – уточнил тот, и служащий снова взялся за телефон.

Райан сложил известные ему факты. Где стреляли в девушку и когда? Жизнь и смерть будут разделять не минуты, а секунды.

– Мистер Лок! – вдруг позвала его раненая, глотая слезы.

Этой девушке известно его имя. Они уже встречались? Райан порылся в памяти. Нет, вряд ли, хотя какие-то ассоциации она и правда у него вызывала. Это она была на концерте? Стояла у служебного входа? Чего он только ни видел за последний месяц! На какие только ухищрения не шли девчонки ради внимания «Тройного К»! Не говоря уже о недавней разборке группировок…

– Ты меня искала? – спросил телохранитель.

Подбородок девушки опустился на грудь.

– Они… хотели… помешать мне, – пролепетала она еле слышно.

– Кто? Кто хотел тебе помешать?

– Он их подослал. Вынуждает меня бросить поиски, но я не брошу.

У Лока аж волосы на затылке зашевелились. Он посмотрел на медленно рассеивающуюся толпу. Фанаты украдкой оглядывались. У кого-то в глазах читалось любопытство, у кого-то – отвращение. Из общей массы никто не выделялся. Явной угрозы никто не представлял.

– Кто? Кто этого хочет? – опасливо допытывался Райан.

В ответ девушка зашевелила губами, но имя так и не произнесла.

– Он тебя преследует?

Девушка покачала головой, и в ее взгляд вернулась отрешенность.

– Поймайте его! – прошептала она.

Терпение Лока таяло.

– Не знаю ни кто ты, ни в чем здесь дело, но я не коп и людей не ловлю. Я их охраняю.

– Потому для этого нужны именно вы.

– Для чего «для этого»?

– Для того, чтобы вернуть его.

Девушка говорила загадками. Из каждого ее ответа выплывали новые вопросы.

– Кого вернуть? – спросил охранник растерянно.

– Джо пробовал, но его убили.

– Джо? Так зовут человека, которого я должен поймать?

– Это несправедливо! Он должен сидеть в тюрьме за свои поступки!

– Да о ком ты?

Девушка буравила Лока взглядом, но вот ее глаза вспыхнули, как вспыхивают свечи, прежде чем их затушит сквозняк:

– Вы – мой последний шанс. Если не поймаете его и не вернете, они меня убьют.

Лок старательно зажимал ей рану, но свеча гасла. У девушки закрывались глаза. Если позволить ей отключиться, живой она до больницы не доедет. Нужно тормошить ее, нужно с ней разговаривать.

– Слушай, начнем-ка сначала. Как тебя зовут? – поинтересовался он.

Глаза раненой сфокусировались. Хороший знак.

– Мелисса, – ответила она.

Ура, маленькая победа!

– Ну, Мелисса, я поеду с тобой в больницу, и по пути ты все мне расскажешь. Сейчас начнем с начала, ладно?

– Ладно.

Райан повернулся к администратору:

– ОВП[1]?

Тот ответил непонимающим взглядом.

– Когда «Скорая» приедет? – пояснил охранник.

– Сказали, минут через десять.

Лок снова занялся арифметикой. Неотложка едет из городской больницы, значит, понадобится еще минут десять. Двадцать минут раненая не протянет.

Райан поднял девушку на руки и побежал к двери, отчаянно стараясь не поскользнуться на окровавленном полу.

3

С бесконечной осторожностью Лок усадил Мелиссу на переднее пассажирское сиденье. Стоило ей шевельнуться, и она стонала. Но Райан отрешился от этого жалобного звука. Чтобы раненая выжила, нужно думать, как доставить ее в больницу, а все прочее отсечь.

Один козырь у него был. Охранник заранее подготовился к концерту «Тройного К», поэтому знал, где находится ближайший пункт «Скорой помощи» – в Медицинском центре Калифорнийского университета – и как быстрее всего добраться туда из отеля. Он завел машину – черная «Ауди А6» – и погнал по бульвару Уилшир. Впереди едва полз «Лексус». Райан подрезал его и, прорвавшись в левый ряд, еще сильнее надавил на педаль газа.

На перекрестке Уилшира и Беверли-Глен загорелся зеленый свет. Лок пролетел через него, не сбавляя скорости, но впереди, за перекрестком, обе полосы стояли намертво. Выручила поворотная полоса – телохранитель объехал пробку, а когда на очередном светофоре загорелся зеленый, подрезал стоящие впереди машины.

Пара водителей засигналила, но Лок, не обращая внимания, ехал дальше. Дальше на дороге было свободно. Райан чуть притормозил, чтобы свернуть на бульвар Уэствуд.

Девушка шевельнулась и застонала.

– Мелисса, не засыпай, ладно? – попросил ее водитель.

– Очень больно.

Лок переключил передачу и протянул пассажирке руку:

– Ты держишься молодцом.

– Сезар Мендес, – проговорила Мелисса, сжав его ладонь.

Имя всплыло откуда ни возьмись. Раненая побледнела как полотно – даже губы у нее стали бесцветными, а это плохой признак.

– Кто-кто? – переспросил Райан.

– Сезар Мендес. Все зовут его Чарли, – отозвалась девушка. – Этого человека я прошу вас найти. Разыщите его, верните обратно.

Лок отвлекся буквально на секунду, но этого хватило, чтобы колесо «Ауди» угодило в выбоину. Мелисса вскрикнула и вцепилась ногтями ему в руку.

– Если надо, царапай, не стесняйся, – проговорил охранник, не обращая внимания на боль. Раненая раздирала ему кожу. – Чарли? Это он в тебя стрелял?

Ответа не последовало. Райана радовало, что девушка сжимает ему руку. Через полквартала с правой стороны уже просматривался главный вход в больницу.

Лок рискнул еще раз взглянуть на Мелиссу. Опущенные веки пассажирки трепетали. Шофер нажал на кнопку, чтобы приоткрыть окно с ее стороны и проветрить салон.

– Мелисса, слышишь меня? – позвал он. – Ты только не спи, ладно? Мы почти на месте.

Райан погнал к больнице, то и дело поглядывая на девушку. Та отчаянно старалась не потерять сознание.

Скрипя тормозами, «Ауди» остановилась у главного входа, где стоянка запрещалась. Секьюрити вырос словно из-под земли и заорал, требуя переставить машину. Лок его проигнорировал: он выбрался из салона и скорее бросился к пассажирской двери. Он отстегнул ремень безопасности и, чертыхаясь, вытащил девушку.

С Мелиссой на руках он побежал в приемную неотложной помощи. Она закрыла глаза и перестала дышать.

www.litres.ru


Смотрите также